Андрей Маргов – Диждериду: на тропе динозавров (страница 14)

Ставр скривился:

– Такую тушу мяса мы бы не осилили. Через пару дней она начала бы разлагаться и источать зловоние. К нам бы со всей округи сбежались хищники… А нам это надо? У нас вон туша кабана лежит, и Кен оленя принёс. Это добро надо в дело пустить.

Рико промолчал, понимая, что он прав. Все зашли в лагерь. Кен дал указание роботу, и тот занялся свежеванием оленя.

– Кен, что ты хотел нам показать? – спросил Ставр, когда они подошли к пещере.

В ответ тот протянул им несколько круглых плодов:

– Не знаю, что это, но они похожи на съедобные.

Ставр, понюхав и попробовав плод на вкус, уверенно заявил:

– Это дикая груша. У нас такая в Приморье растёт. Её можно есть после того, как она немного отлежится.

Чанг откусил и пожевал:

– Кислая, но ароматная, – и посмотрев на андроида, спросил: – И много там грушевых деревьев?

– Немного, но вам хватит. Раз она съедобная, значит, её можно посушить на зиму. Будет вам ещё один продукт для разнообразия.

ёСтавр почесал затылок:

– Ё-моё… У нас куча дел: баню и заимку надо достроить, мясо коптить, шкуры обрабатывать, дары леса собирать. И как это всё успеть? Ума не приложу!

Кен предложил:

– Давайте сегодня с мясом разберёмся и строительством бани. А завтра часть команды продолжит стройку, а часть пойдет собирать дикоросы.

– Да, так и сделаем, – Ставр размял шею. – Я пойду мясом кабана займусь. Надо смалец вытопить. Да колбасу попробую сделать.

Чанг кивнул:

– А я тогда баней займусь.

Ставр, сняв экзоскелет, занялся мясом. Женщины и Тимур стали ему помогать. Долорес была рядом, всем своим видом демонстрируя, что он теперь её мужчина. Катрин была недовольна, но старалась не показывать своих чувств. Она понимала, что подруга обошла её на повороте и теперь будет трудно расположить его к себе.

– Хотите колбасы из потрошков? – спросил Ставр женщин, бросив в железный таз из бочки кишки кабана.

Долорес брезгливо сморщилась и отвернулась со словами:

– Фу! У меня что-то аппетит пропал.

Катрин же подсела поближе и, играя глазками, двусмысленно выпалила:

– А я не против твоей колбаски, – Долорес одарила её презрительной ухмылкой, но Катрин сделала вид, что ей всё равно, и продолжила: – Что нужно делать? Говори.

Ставр показал на содержимое таза:

– Для начала надо вот эти кишки хорошенько промыть, а потом в соленой воде замочить. Возьмёшься за такую работёнку?

Она выдержала паузу. По виду её лица было понятно, что эта работа её не вдохновляет, но, пересилив брезгливость, она пробормотала:

– Окей. Покажи только, как это делать.

Послышался голос Тимура:

– Давай я тебе покажу, – он подсел рядом. – Я опытный колбасник в пятом поколении.

Катрин улыбнулась:

– Тим, с тобой не соскучишься.

– И не проголодаешься, – щурясь в улыбке, он проговорил: – Более того, я суперповар и легко могу довести тебя до… гастрономического оргазма.

– А-ха-ха-ха! – она разразилась смехом. – Проказник! Ты меня смущаешь.

Тимур, поглядывая на неё, загадочно проговорил:

– От смущения до возбуждения всего два кивка, – она промолчала, а он, взяв кишки из таза, продолжил: – Сейчас я научу тебя азам казахской кухни. У нас много вкусных блюд. Так что, красотка, приготовься впитывать мои знания всеми фибрами своей души.

– Окей, – Катрин невольно поправила свои волосы. – Показывай свои познания. Я вся внимание.

Ставр, переглянувшись с Тимуром, поднялся со словами:

– Тогда мы вас оставляем, – он посмотрел на Долорес и Аву. – Пока вы колбасными делами занимаетесь, мы засолкой сала займёмся и смалец сделаем.

Тимур с хитрой улыбкой махнул рукой, давая понять, что им пора уходить.

Они пошли в пещеру, где лежали куски мяса. Ставр стал вырезать жирные части кабана и положил на разделочную доску.

– Давайте, девчонки, нарезайте жир кубиками и бросайте в чан. А я пока специи приготовлю.

– Став, а когда дикий виноград поспеет? – спросила Ава.

– Ну, думаю, через две-три недели уже можно собирать… А что ты хотела?

– Чего-нибудь алкогольного. Ты же говорил, что вино можешь сделать.

– А вон оно что, – тонкая улыбка скользнула по его лицу. – Хочешь напиться и забыться?

Ава вздохнула:

– Очень хочется. Аж скулы сводит.

– А-ха-ха-ха! – Ставр взорвался смехом. – А я думал, ты девочка-паинька: не пьёшь, не куришь, с мужчинами не связываешься.

Она отмахнулась:

– Да от такой собачей жизни во все тяжкие пустишься.

– Не спеши падать, – ответил он полуулыбкой. – Потерять лицо легко, вернуть трудно… А вино я сделаю. Тогда и отметим новоселье и все дни рождения.

Долорес угрюмо поправила:

– Скорее заточение, а не новоселье.

– Хорошо… Тогда ты будешь отмечать заточение, а мы новоселье. Да, Ава?

– Да.

Долорес не нравилось, когда Ставр над ней посмеивается, но если раньше в ответ она могла нагрубить, то теперь мягко переводила темы:

– Да ладно, отмечайте что хотите. Только от переизбытка алкоголя не подеритесь. А то будет потом мордобой.

– После застолья мордобой как десерт, – Ставр продолжал шутить, – без него как-то пресно. Как будто наелся, но не до кондиции.

– Ох шутник.

Ава, наблюдая, как они мило беседуют, неожиданно спросила:

– А вы теперь жить вместе будете?

Они переглянулись.

– Да, – ответила Долорес за двоих. – Он меня соблазнил.

Ставр широко заулыбался, мотая головой и думая про себя: «вот же хитрожопая! Сама залезла в мою кровать, а утверждает, что я её соблазнил».