Андрей Маликов – Охотник на волков (страница 4)

Вильгельм поднялся с кресла, неторопливо потянулся, будто разговор утомил его больше, чем хотелось бы, и окинул комнату скучающим взглядом. Обстановка здесь была роскошной: массивная мебель из тёмного дерева, кованые подсвечники с дорогим воском, стены, обтянутые богатой тканью, даже пол был устлан толстым ковром. Казалось бы, что ещё нужно для уюта? Но Вильгельм лишь пренебрежительно усмехнулся.

Его взгляд остановился на ближайшей кровати – той самой, где ночевал тролль. Простыни были скомканы, и от них пахло сыростью. Однако маг не придал этому значения. Он бесцеремонно опустился на ложе и, не раздеваясь, вытянулся во весь рост, заложив руки за голову.

– Разговор окончен, – бросил он равнодушно и отвернулся, давая понять, что не намерен продолжать беседу.

– Вот и всё? – не выдержал Март. – Ты просто ложишься спать?

Вильгельм не ответил.

В комнате воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь приглушённым шумом гостей таверны. Март обреченно вздохнув, посмотрел на товарищей, но от них он поддержки не дождался. Покосившись на Вильгельма, который, похоже, действительно собрался завалиться спать. Юноша стиснул зубы, а потом открыл рот и уже хотел что-то сказать, но передумал, продолжать разговор не имело смысла. Некромант не изменит своего решения, да и ссориться с ним не очень хотелось.

Он перевёл взгляд на единственную оставшуюся кровать. Ярис тоже смотрел на неё, явно надеясь, что кто-то предложит ему это место. Шухраг же, как всегда, молчал, опершись спиной о стену и по его виду было понятно, что он не собирается сам претендовать на ложе.

– Думаю, на кровати должен спать Шухраг, – наконец сообщил Март, бросив взгляд на серого великана.

– Почему это дрруг Маррт? – нахмурился тот.

– Ты самый крупный из нас, на полу тебе будет неудобно. Да и… – юноша немного замялся, а затем продолжил, – Ты это заслужил.

Шухраг картинно поморщился, но спорить не стал.

– Я и на полу посплю, не привыкать, – пробурчал он, но в его голосе не было настойчивости.

Тролль несколько секунд не сводил с них взгляда, затем раздражённо выдохнул.

– Ладно, как хотите, – проворчал он и всё же опустился на кровать, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

Март и Ярис постелили на пол свои плащи, устраиваясь кто где мог. Пол хоть и был покрыт ковром, но оставался твёрдым и холодным. Юноша улёгся на спину, глядя в потолок, пытаясь хоть немного расслабиться, день выдался тяжелым и Март хотел поскорее заснуть, чтоб он наконец закончился.

Глава 2

Март проснулся рано утром, хотя он чувствовал, что откровенно не выспался, юноша решил снова не засыпать. Пол, на котором он провёл ночь, оказался невыносимо жёстким, и теперь каждая мышца его тела ныла, словно после изнурительной тренировки, ему даже подумалось, что спать на засохшей листве и под открытым небом, было куда приятнее. Он приподнялся, с трудом разминая затёкшие мышцы, и невольно поёжился – в комнате было прохладно, несмотря на тепло камина.

Первое, что он увидел, это был некромант.

Вильгельм уже не спал. Он сидел в кресле у окна, вытянув ноги к камину, неспешно крутил трубку в пальцах. Тяжёлые шторы отбрасывали на его бледное лицо причудливые тени, сквозь полумрак пробивался тусклый свет рассвета, отражаясь в его глазах зелёными отблесками, но остальные черты терялись под капюшоном. Казалось, он полностью растворился в этом утреннем безмолвии, отстранённый и равнодушный ко всему происходящему.

Остальные ещё спали: Шухраг, откинувшись на подушки, размеренно дышал во сне, Ярис свернулся калачиком на полу, а Борх, укрывшись до плеч плащом, даже не шевельнулся.

Комната была дорогой, ухоженной, но сейчас это не имело значения. В воздухе витал лёгкий аромат полыни, и это почему-то успокаивало.

Март вдруг осознал, как сильно соскучился по этому чувству – неспешному утреннему разговору, когда можно просто сидеть и говорить без спешки, без опасений, без постоянного бегства… Перед глазами тут же промелькнули обрывки воспоминаний, как они так же утром, сидели у костра в зимнем лесу, только он и Вильгельм, был ещё Конрад, точнее только его бездушное тело.

Он подался вперёд, облокотившись на колени.

– Ты всегда просыпаешься раньше всех? – негромко спросил Март.

Вильгельм не сразу ответил. Он сделал неспешную затяжку, выпустил дым в сторону окна и лишь тогда удостоил юношу внимательным взглядом.

– Я люблю вставать рано, только и всего, – произнёс он с ленивой усмешкой.

Юноша покачал головой, но спорить не стал. Некоторое время они молчали, вслушиваясь в потрескивание огня, и только спустя минуту Март решился снова заговорить.

– Я хотел рассказать тебе столько всего… столько всего случилось. Мы потеряли Конрада. Исидора. Деревню, в которой ты нас оставил – сожгли. Иногда мне кажется, что этот мир рушится быстрее, чем я успеваю это понять.

Вильгельм лишь равнодушно пожал плечами.

– Твой век, столь короток, что все события в твоей жизни, кажутся наполненными смыслом и несут неотвратимые последствия… но на самом деле это не так.

Март нахмурился, он совершенно не понял, что хотел этим сказать маг, но переспрашивать не решился.

– А ещё я встретил эльфийку, – продолжил Март, внимательно наблюдая за Вильгельмом.

Некромант не сразу отреагировал. Он медленно затянулся снова, выпуская тонкую струйку, серого дыма и только тогда чуть заметно приподнял бровь.

– Какое несчастье, – произнес маг. – Надеюсь, ты не заразился их бесконечной тоской по былым временам?

Март нахмурился.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что это так и есть, – задумчиво ответил некромант. – Любая встреча с эльфами – это, либо сказка о том, как было хорошо раньше и все бы так и оставалось, если бы не эти невежественные людишки, либо предвестие неприятностей… Так или иначе, встреча с ними, ничего хорошего не сулит.

Юноша закатил глаза.

– Иногда мне кажется, что тебе вообще никто не нравится.

– О, напротив, я могу даже назвать несколько людей – некромант слегка усмехнулся. – Я в восторге от себя.

Март коротко рассмеялся, но тут же вновь посерьёзнел.

– Ты не прав, – сказал он твёрже. – Она не была похожа на тех, о ком ты говоришь.

Он замолчал, не зная, как подобрать слова. Как объяснить, что среди боли, смертей и разрухи её голос был похож на что-то далёкое и тёплое, как луч солнца среди вечного тумана?

– Она спасла меня, – наконец выдавил он.

Вильгельм хмыкнул, но как бы не старался маг, он не смог утаить своего удивления от Марта.

В комнате повисло напряжённое молчание, стальные по-прежнему спали, и на мгновение юноше показалось, что этот утренний разговор – всего лишь полузабытый сон и он сейчас проснется и Вильгельм исчезнет.

– И где она теперь? – неожиданно спросил некромант.

Март опустил взгляд.

– Я не знаю, – признался он. – Она ушла.

– Ну разумеется, – развел руки в стороны маг, – чего ещё ожидать от эльфийки?

– Что бы ты не говорил, она нам спасла жизнь и я ей благодарен за это, – продолжал настаивать на своем юноша.

– У меня нет никакого желания переубеждать тебя, – произнес Вильгельм и тут же отвернулся от Марта и уставился в окно.

Март почувствовал, как внутри него невольно поднимается раздражение. Вильгельм, как всегда, говорил снисходительно, будто каждый его вывод был истиной, с которой спорить было бессмысленно.

Но сейчас юноша не собирался отступать.

– Ты всегда так делаешь, – негромко сказал он, пристально глядя на мага.

Некромант не шелохнулся, но по тому, как чуть замедлилось движение его пальцев, крутивших трубку, стало ясно, что он его услышал.

– О чём ты? – лениво поинтересовался он, не оборачиваясь.

– Как будто всё знаешь наперёд. Как будто тебе уже давно всё безразлично, и ничто не может тебя удивить.

Вильгельм усмехнулся.

– Может, так оно и есть.

Март покачал головой.

– Я тебе не верю.

Некромант наконец повернул к нему голову, и под капюшоном сверкнули зелёные глаза.

– Не веришь?

– Нет.