Андрей Лыкасов – Институт красоты (страница 12)

Петь для тебя поэтическим стилем,

Мне никогда не составит труда.

Только бы видеть образ твой милый,

Счастья, участья хочу я всегда.

Песни мои словно пишутся сами.

Так мне приятно мечтать о тебе,

Их наполняя любови словами,

Счастлив и так благодарен судьбе.

Ты просто слушай влюбленные речи,

Лишь про тебя эти песни мои,

В них мои чувства, желание встречи,

Нежные губы и взгляды твои.

Погрузившись в воспоминания, Лео начал импровизировать. Слова потекли, как нежный ручей, увлекая его в авторское путешествие и романтику. Его голос дрожал от эмоций, когда влюблённый изливал свое сердце, делясь секретами, которые до сих пор он держал в тайне от всех.

– Мои песни пишутся сами собой, – прошептал Лео, и от его придыхания по спине пробежали мурашки, – Это шёпот моих снов, где существуем только мы, затерянные в нашем собственном маленьком мире блаженства.

В его комнате воцарилась тишина и время как будто замедлилось, позволяя всему его существу насладиться теплом раскрывающегося таланта.

Лео выдал заключительный аккорд и представил, как раздались громкие аплодисменты не видимых зрителей, истинных почитателей его скромного дара. Он представил на мгновение восторженный шум своих будущих поклонников. В этот момент он понял, что не одинок, а является частью чего-то большого, даже огромного, неразрывно связанного вместе со всеми людьми нитями любви и музыки.

Лео надеялся, что его мелодии будут жить ещё долго после его смерти, а творчество отныне будет приносить слушателям надежду и позитив, нести радость и умиротворение всем нуждающимся в них. По вечерам Лео продолжал писать простенькие песни по одной за раз. Как только он чувствовал вдохновение, сразу брал гитару в руки и что-нибудь мурлыкал пока невнятное, а после записывал рождённые строчки в тетрадь. Его наполняла сама мысль, что сила музыки заложена в его сознании, а тексты, вдохновлённые его чувствами, так и льются, как из неиссякаемого источника.

Теперь Лео хотел исполнить кому-нибудь свой шедевр, может даже закинуть на оценку единомышленникам по музыкальным интересам. Да только таких надо было ещё найти.

Барбариски

Как-то вечером после работы Лео решил посетить бар меломанов с целью немного развеяться. Лишь только он вошел в шумное заведение, его сразу же окутала какофония звуков, доносящихся из оживленной толпы. Воздух был наполнен гулом разговоров, которые время от времени сопровождались взрывами смеха или поднятием бокалов с возгласами. Среди этого моря веселья негромкая музыка разносилась по бару.

Завсегдатаи, самые разные люди, собрались за столами. Их лица светились хмельным весельем. За столом расположилась группа музыкантов и рок-девушек, которые с энтузиазмом общались друг с другом.

Не обращая внимания на суматоху, Лео направился к стойке бара, где занял место и изучил меню. Заказав бокал тёмного пива, к которому прилагался набор пикантных закусок, он расслабился в удобном кресле.

Потягивая пиво и наслаждаясь хрустящими закусками, Лео обнаружил, что втянулся в заразительную энергию собрания. Среди всего этого он ощущал себя частью толпы, его присутствие органично слилось в вечернем хаосе.

Была слышна задорная история про ночную прогулку накануне от какого-то жизнерадостного парня.

Шум за столом музыкантов разжёг любопытство Лео. Интригующая история, сразу захватила его внимание, и он навострил уши, прислушиваясь к весёлому рассказчику.

Парень встал из-за стола.

– Сейчас, подождите! – смеясь, он подошел к сцене с микрофоном. На сцене он выглядел как конферансье или стендапер, в простонароде – шоумэн. Он взял микрофон в руку и начал говорить:

– Я вообще не понял: куда все делись этой ночью? – громко возмущался шоумэн. Его голос был едва слышен на фоне галдящей компании и разговоров в баре, и он сделал звук микрофона, чуть громче.

– И вдруг все исчезли, как так произошло? – продолжал он.

Лео, как и все в зале, смотрел на выступающего. И разглядел большого шумного парня, артистично пожимающего плечами. Видно было, что он, конечно «позёр».

– Было уже поздно, и мы пошли по домам, – выкрикнула из зала девушка, одетая в готическом стиле во всё чёрное.

– Ну, конечно, хочешь крепко ночью спать, топай в тёплую кровать, а меня чего не взяли? А, хотя, пофиг, нам тоже было весело, – засмеялся шоумэн.

– Короче, я огляделся, смотрю: остались Мефодий, Перец и ещё какие-то три типа. Бухло кончилось, в общем было принято решение пройтись пешком к дому Мефодия. Типы тоже с нами увязались, но по дороге два из них ушли по домам.

– Что за типы? Левых, вроде, не было, – спросил кто-то из-за столиков.

– Тише! – Зашипела другая деваха из-за их стола.

– Ну, Евген, продолжай! Что дальше, куда вы пошли?

– Да, не знаю, что это за типчики – пионеры какие-то. Ну, короче, зашли мы в круглосуточный и двинули к Мефодию на север.

– Идем вчетвером, на остановке решили отдохнуть, смочить горло. Сидим на лавке, смотрю: по дороге не быстро проезжает машина ППС.

– О, сейчас вернутся, – говорю кентам.

– Кто вернутся? – Спросила рокерша из зала.

– Патруль. Ну, мы сидим спокойно, пьём пиво из бутылки. К остановке без шума подъезжает уазик с мигалками и останавливается. Выходят два лейтенанта и направляются к нам. Отдали честь и просят показать наши доки.

– Да, какие доки ночью, тем более у музыкантов после концертного сейшна? Я вообще с собой не ношу, – возмутился кто-то из зала.

– Да! И вообще, своих кумиров надо знать в лицо, – вставил ещё кто-то.

– Ну, я и говорю, что документов у меня нет, они дома. А он:

– Где дом, что тут делаете?

Тут Мефодий достаёт паспорт, говорит:

– Ко мне идем отдыхать после концерта.

Лейтенант посмотрел в документ.

– Ясно. А у тебя есть документы? – Спрашивает он типчика. Типчик занервничал, полез в карман куртки, резко вытянул руку с паспортом в сторону лейтенантов и в этот момент громко пёрнул в тишине. Лейтенант аж вздрогнул от неожиданности. Со стороны это выглядело как покушение на жизнь человека при исполнении от подозрительно коротко стриженного типа среди волосатой компании.

За столами все громко засмеялись. Стендапер продолжал:

– А типчик говорит: «Вот мой паспорт, мне надо отойти». – Мы все там ржали. Короче, отдали наши паспорта, хохоча, они сели в машину и уехали целыми, не смотря на попытку их отравить газами с детонированного паспорта.

Смех сотрясал весь бар вместе с барменом и даже Лео смеялся от нелепой истории.

– И что потом? – Пытали вопросами шоумэна.

– А потом, кинули кости у Мефодия, на утро похмелились и вот мы здесь.

Даже если в баре и было какое-то напряжение, то после этого рассказа оно рассеялось, сменившись задорной энергией, которая распространилась по всему бару. Незнакомые люди в баре, казалось стали ближе, объединённые общим смехом.

– Евген, давай ещё! – Выкрикивала из зала собравшаяся публика.

– Да, Евген, расскажи ещё чего-нибудь! Поддержала рокерша.

– Пиво кончилось, сейчас пойду, налью и расскажу чего-нибудь.

Вставив микрофон в стойку, Евген спустился в зал. Он подошёл к стойке бармена.

– БОрис, налей мне пожалуйста моё любимое, в счет заведения, я отработаю.

Лео сидел возле барной стойки и всё слышал, как бармен сказал Евгену:

– Тогда давай на сцену, продолжай, а я пока пиво налью.

– Слушай, БОрис, Димон – гитарист, что-то задерживается. Давай подождем?

– А если не придёт, как отрабатывать собираешься?

– Ладно, что-нибудь придумаем.