Андрей Львович Ливадный – Темный рубеж (страница 54)
Двое стражников повалились одновременно, без вскриков. Первого сваншотил Сашка критическим ударом из «невидимости», второй получил стрелу атлантов прямо в прорезь забрала, – артефактный наконечник исторг молнии, мгновенно отправив «темного» на перерождение.
Теперь у нас есть всего лишь пятнадцать минут, прежде чем стражники возродятся и смогут поднять тревогу!
Джеб метнулся вверх по лестнице. Сполох заклинания озарил деревянную дверь казармы, и она превратилась в камень, слилась со стеной. Если внутри помещения находятся караульные, то выберутся они не скоро.
Лурье уже разворачивает портал. Ветта прикрывает нас, заняв позицию среди невысоких руин на краю площадки.
Я ударил плечом в среднюю дверь. Она оказалась не заперта, со стуком распахнулась настежь.
– Начинаете выводить пленников! Только тех, кто еще не схватил мутации! – крикнул я, вбегая внутрь.
Помещение просторное. Вдоль стен на специальных деревянных подставках выстроились наборы рыцарских доспехов. Богатая и прочная экипировка отнюдь не муляж, – уникальные сеты наверняка отобраны у узников подземелья.
Начальник тюрьмы сидит за столом, заваленном какими-то бумагами. За его спиной на стене закреплены два факела в грубых металлических держателях.
Он даже не поднял головы, продолжая скрипеть пером, обмакивая его в бронзовую чернильницу.
– Стучаться не учили?
Я с хода ударил «Светом истины», «слабость» может немного подождать, вряд ли «темный» настолько силен и ловок, чтобы мгновенно вскочить, перевернув массивный стол.
За моей спиной вдруг глухо хлопнула закрывшаяся дверь, лязгнули засовы, ударил отсвет какого-то заклятья.
– Знал, что ты сам придешь, – начальник тюрьмы вскинул взгляд.
Это был Макс!..
Дымчатая аура, струящаяся поверх доспехов, не оставляла никаких сомнений в его приверженности «Теням».
Миг замешательства стоил мне очень дорого. Я запоздало надломил печать на втором свитке, но применить его не успел, – со всех сторон, захлестывая руки, ноги и горло, ко мне рванулись цепи, сочащиеся вязью темных заклятий.
– Не ожидал? – голос Макса прозвучал блекло. – Ценю твое упорство и изобретательность. Снести два рубежа обороны цитадели ради одного человека, – это действительно круто. При других обстоятельствах я бы тебя просто отпустил. Но, извини, не могу. Все сильно усложнилось. Однажды ты отказался договориться по-хорошему. Тебе ведь предлагали новый аккаунт и безбедную жизнь, помнишь? Но ты отказался, из-за какого-то полоумного «Джебер_Ариума». Это была твоя роковая ошибка.
В первый миг я испытал лишь гложущую пустоту в душе. Инстинктивно дернулся, но цепи держат крепко. Как и говорил Лурье, сил не хватит, чтобы освободиться.
Макс, ощущая себя в полнейшей безопасности, встал из-за стола, подошел ближе, взглянул на рунные пластины, затем на мои ладони.
– «Сокрушение оков» – он прочитал две части татуировки. – Неплохо придумано. Но не поможет.
Цепи натянулись еще туже, причиняя боль, врезаясь в запястья и лодыжки, невольно заставляя запрокинуть голову, – Макс явно не хочет встречаться взглядами.
– Почему?.. – прохрипел я. – Почему ты переметнулся к Теням?..
«Свет истины» будет воздействовать на него еще пару минут. Он не сможет промолчать или солгать.
– Глупый вопрос. Почему люди ищут хорошую работу? Ты ведь не пойдешь убирать мусор, если есть выбор? Я устал воевать за идею. Мы разгромили концерн «Новая Азия». А что дальше? Контракт не продлили, – возраст. Лучшая перспектива, – какое-нибудь охранное агентство. Ты сам прошел через подобное, должен прекрасно все понимать. Это обочина жизни.
– Ты полный идиот, Макс… Служить какому-то программному вирусу, изуродовавшему виртуальный мир…
Цепи вдруг натянулись, сильнее сдавливая горло, превращая мои слова в хрип.
– Тени – не вирус! Они намного древнее нас, древнее нашей истории! Просто им крайне сложно воплотиться в этом мире. Процесс очень долгий и болезненный. Но он уже начался!
Макс, похоже, попросту сошел с ума. Утонул в цифровом пространстве, утратил связь с настоящей реальностью. Он явно бредит, и даже под воздействием «Света истины» несет какую-то чушь…
Моя голова неестественно задрана. Пошевелиться не могу, взгляд невольно устремлен к потолку. Там среди неровностей грубо обработанного свода есть несколько зарешеченных вентиляционных отдушин. Мне показалось, или в глубине одной из них только что блеснули глазки-бусинки?
Проныра?!
Значит, остальные все видят и слышат, несмотря на блокировку боевого чата и мой изменившийся статус?!
Горечь сжимает горло посильнее цепей. Беспомощность бесит. Мы совершили фактически невозможное, прорвались сюда, не учтя лишь одного – возможности предательства.
А Макса вдруг «понесло». Под воздействием «Света истины» трудно молчать, сдерживая себя. Он подошел чуть ближе.
– К твоему сведению, Тени находятся на Земле уже десятки тысяч лет! – хрипло выкрикнул он, выплескивая мне в лицо накипь тяжелых мыслей, что наверняка гложут его пошатнувшийся рассудок. – Они были обречены прозябать в своем узилище, пока георазведка концерна «Новая Азия» случайно не обнаружила древние артефакты, спрятанные в труднодоступных районах Тянь-Шаня. Азиаты сумели понять, что имеют дело не с безделицами мастеров бронзового века, а с техноартефактами! Улавливаешь суть?!
– Ты бредишь… – с трудом выдавил я.
– Нет! Изначально Бездна не вторгалась в наш мир! – на его губах выступила пена. – Это программисты «Новой Азии» хакнули найденное устройство и неожиданно получили удаленный доступ к неизвестному киберпространству, явно созданному не людьми! – Макс с трудом подавил ярость, и добавил уже немного тише:
– Азиаты толком не успели разобраться в сути явления, – через открывшуюся уязвимость в нашу сеть проникли Тени. Они поняли, что теперь могут воплотиться, сначала в «цифре», а потом и в «реале», если используют нашу аппаратуру и достижения в области биотехнологий.
– Макс, ты сам-то хоть понимаешь, что несешь?.. Очнись… Мы в игре с высокими уровнем реализма, а у тебя с головой явно не все в порядке… – я предпринял отчаянную попытку достучаться до его покореженного рассудка.
– Не веришь мне на слово? Понимаю… Тени так и не смогли воплотиться в физическом мире, ведь коалиционные силы уничтожили концерн «Новая Азия»! – вновь утратив контроль над эмоциями, выкрикнул он. – Сознания древних существ сейчас заперты в нашей сети, адаптированы движком «Края Бездны» и вынуждены подчиняться игровым законам, отвоевывая себе место в цифровой реальности! Но их пришествие грядет! Вскоре земля необратимо изменится! Знаешь, какие возможности дает всемирная сеть?! Ты хоть представляешь масштабы явления?! На них уже работают миллионы людей по всему миру!
Нет, он точно психически болен!.. Хотя это не оправдывает предательства.
– Зачем ты прислал мне весточку? – я с усилием наклонил голову. Взглянуть в глаза бывшему армейскому другу требовалось непременно.
– Я должен тебя убить. В двух мирах одновременно. Только тогда дропнется «Амулет Хранителя», который ты не отдал по-хорошему. Где твоя вирткапсула, мне известно. По адресу уже выдвинулась группа.
– Падла, ты, Макс…
– Не цепляет, – на этот раз он спокойно выдержал мой взгляд. – Давно не цепляет.
– Это ты сжег «Мейнстрим»? – пока еще действует «Свет истины» я хочу расставить все точки.
– Угу.
– И что за это?
– Повышение. Доступ к новым возможностям. Ступенька к цели.
– А какова цель?
Не думал, что он ответит, но Максим лишь пожал плечами как бы говоря: «а не все ли равно теперь», и хрипловато выдохнул:
– Мое завершающее задание. По большому счету, я должен добыть амулет последнего Хранителя. Но его невозможно потерять или отдать. Бросить этот аватар ты отказался. Так что получить амулет можно лишь одним способом, – убив тебя в обоих мирах.
– И что взамен? Очередное «повышение»? Какая-нибудь побрякушка?
– Бессмертие.
Я лишь саркастически усмехнулся.
– Зря смеешься. Ты даже не представляешь какие возможности дают Тени своим последователям! – сквозь зубы процедил он.
– Макс, очнись! Какое, к найгу, бессмертие?! Ты продался игровому контенту, которым, скорее всего, управляет спорадически возникший нейросетевой «ИИ»!
– Нет! – яростно огрызнулся он, резко обернулся к столу, нашел среди бумаг какую-то штуковину, показал ее мне. – Прочитай свойства!
Я с трудом сфокусировался на невзрачной, сильно поюзанной сфере с темной, поцарапанной обшивкой.