Андрей Львович Ливадный – Темный рубеж (страница 28)
Хотя, кто знает? Если вернуть порталу нормальные свойства, прервать «Тропу Бездны», то, возможно, они постепенно станут прежними, претерпят (под воздействием доминирующих теперь в Ноогарде сил природы) обратные метаморфозы?
Вот тут и возникло беспокойство.
Дело в том, что у меня есть четвертая книга навыков, она называется «портальный странник» и задание «Тропами Бездны». Похоже на альтернативный путь развития. Неизвестно куда он приведет? А вот если выполнить задание дриады, то о «Тропах Бездны» придется забыть. Так подсказывает интуиция, хотя мое чутье может ошибаться.
Дилемма, однако…
Минут двадцать мы наблюдали за происходящим.
Прямо скажу: отталкивающее, неутешительные зрелище. Комья «плоти» равномерно распределены по всей пещере. Они бродят среди руин домов, заглядывают в горловины заброшенных шахт, ловят мелких грызунов, мокриц, пауков, многоножек, чем и питаются, иногда вступая в конфликты друг с другом, в основном из-за «охотничьих угодий».
Вдалеке, подле обелиска, вновь сверкнула зарница, наметилось движение. Руны вспыхнули ядовито-зеленым сиянием, спроецировались на стену пещеры, очерчивая овал, и камень снова как будто «растворился», – скала расступилась тоннелем. Из возникшего портала показался очередной караван – навьюченные ящеры, погонщики и стражники в ниспадающих хламидах, скрывающих строение тел.
– Двадцать три минуты, – Лурье делает пометки. – Маршрут другой.
Подтверждая его слова, вторая проекция легла не на скалы, а на стену близлежащего дома. Портал выглядел сгустком ядовитого марева, – фигуры странников подергивались зыбью и исчезали в нем.
Вскоре руны на обелиске угасли, «Тропа Бездны» закрылась. Комья плоти, инстинктивно прячущиеся в момент прохождения каравана, вновь вышли на охоту.
– Думаю обелиск работает по принципу накопления энергии, – высказал предположение Сашка. – Надо задержаться и понаблюдать.
Назад мы возвращались уже знакомым маршрутом, усталые, продрогшие, подавленные.
Лурье оказался прав: обелиск срабатывал каждые двадцать три минуты. Настоящий перекресток мироздания, – маршруты открывались разные, повторений в расположении проекций мы не заметили, а вот вьючные существа через порталы проходили одни и те же, – скорее всего «Тропы Бездны» контролировал некий клан, занимающийся доставкой грузов. Может в составе караванов и были путешественники, но мы их не заметили. Погонщики, охранники, путники, – все носили одинаковые ниспадающие одежды, скрывающие детали облика.
В пещере гномов царит мертвенный холод. Энергии, питающие обелиск, пронизывают окружающее пространство, воздействуя исподволь, медленно, но неотвратимо. Я заметил, чем дольше мы наблюдали, тем мрачнее и тяжелее становились мысли, невольно вспоминались самые неприятные моменты из жизни, что явно не способствовало душевному равновесию.
– Никогда не симпатизировала гномам, но этих жаль, – в словах Ветты смешиваются интонации брезгливости, отвращения и сострадания. – Жуть. Не удивительно, что дриада обеспокоена. Такого соседства никому не пожелаешь.
– Согласен, – Лурье мрачно кивнул. Он тоже подавлен и обеспокоен. – Ума не приложу, как выполнить задание?
– Уничтожить обелиск, – буркнул Джеб.
– За двадцать три минуты?
– Угу. Сначала повредить руны, приостановив или хотя бы замедлив накопление темной энергии, а затем разрушить саму стелу.
– Как? – Лурье остановился, вытянул руку с факелом, осветив магический символ, вырезанный гномами на перекрестке тоннелей. – Можешь его стереть?
Джебер_Ариум вызов принял. За последнее время он неслабо так поднаторел в овладении стихией огня. Уверен, расплавить небольшой участок каменной поверхности для него лишь вопрос концентрации.
Перчатки из кожи саламандры вспыхнули узором багряных прожилок, в сыром, затхлом тоннеле стало светлее и жарче.
Гномий символ начал растрескиваться, воздух заструился искажениями, казалось, еще немного и руна исчезнет, осыпаясь горячим крошевом, но тут-то было!
Джеб внезапно пошатнулся, словно ему что есть силы зарядили в челюсть. Даже голова мотнулась.
Он упрямо продолжал воздействие, пока тоннель вдруг не завибрировал, угрожая обвалами.
– Все! Хватит! – вскрикнула Ветта, когда по своду побежали трещины.
Джеб упорствовал. Пришлось с силой толкнуть его, нарушая транс.
– Эй, полегче! – он с трудом опустил дрожащие руки.
– Заработал «ответку»? – невесело усмехнулся Лурье, прислушиваясь к рокоту обвала, произошедшего где-то в глубинах заброшенных шахт. – А ведь это обычная защитная руна, по большому счету, – всего лишь магическая крепь свода. Причем старая, давно утратившая часть орнамента.
Джеб потер ушибленную скулу.
– Подумаешь, – не сдался он. – Надо книги полистать. Уверен, способ найдется.
К погасшему костерку мы вернулись усталые и продрогшие.
Проныра фыркнул, обнюхав пепел.
– Где Ланс? – Лурье осмотрелся, но коллектор погружен в плотные сумерки, – не видно ни зги. Честно говоря, обстановка стылых подземелий уже изрядно надоела, хочется наверх, к солнышку.
Словно услышав мои мысли, Ветта разжала ладонь, выпустила светлячка. Тот по спирали взмыл вверх, уцепился за свисающий корень дерева дриад, и вспыхнул, источая зеленоватое сияние.
Мрак отпрянул, но не рассеялся полностью, словно в коллектор незадолго до нашего возвращения вторглась еще одна сила, – ее эманации вполне ощутимы. Кое-где тьма плывет зыбкими полосами, из глубины тоннелей тянет промозглым сквозняком, ручеек, бегущий по уклону каменного желоба, снова источает неприятный запах, – на этот раз от воды разит тленом.
Я схватился за оружие, Джеб усилием воли воспламенил перчатку, Ветта доведенным до автоматизма движением вскинула тисовый лук, наложила стрелу.
– Ланс! – Лурье, в отличие от нас не изготовился к бою, лишь побледнел и напрягся, вглядываясь в полумрак, прислушиваясь к невнятным звукам.
Тяжелые медленные шаги. Сиплое, прерывистое дыхание. Приглушенный стон. Невнятные неразборчивые, тоскливые и бессвязные слова, едва ли похожие на речь.
Тьма сгущается подступает ближе, надвигаясь со всех сторон, промозглый ветер вдруг налетел шквалистым порывом, взъерошил шерстку Проныры, – бельчонок в немом ужасе цепляется за ногу Джеба.
Я проследил за направлением его взгляда, – сообразительный зверек всегда в точности знает откуда именно исходит опасность.
– Ланс! – Ветта опустила лук, заметив выступивший из тьмы силуэт, но я удержал ее за руку, шепнув:
– Не подходи к нему!..
Ланселот облачен в доспехи, – те самые, что он «закаливал» в черном пламени Бездны.
– Что ты наделал! – Лурье разозлился не на шутку. – Тебе же ясно сказали: не надевай их!
– Холодно… Помогите… – он, пошатываясь, подошел ближе, волоча за собой тяжелый двуручный меч.
На поверку дела обстояли много хуже, чем виделось издалека.
По доспехам ветвится пульсирующая сетка кровеносных сосудов, притененная дымчатой аурой.
Фрейм юного рыцаря изменился.