Андрей Львович Ливадный – Темный рубеж (страница 15)
– Значит, вторжение Бездны – это все же взлом, и азиаты к нему причастны?
– Не знаю. Все странно, Дэн. Поначалу ведь именно они первыми пострадали от вторжения. Но как-то сумели отбиться. Я вообще не уверен, что Бездна – это вирус, или дополненный контент, распространяющий программные мутации.
– А что же тогда?
– Говорю же – не знаю. Встречал тут одного странного игрока. С виду – бродячий торговец. Вроде бы ничего особенного, но с его появлением несколько артефактов из Бездны, долго пылившиеся на местном аукционе из-за невыясненных свойств и непомерных цен, вдруг исчезли. Их выкупили, а след вел к бродяге. По заданию «Мангустов» я его некоторое время отслеживал в сети и в реале. Догадайся, куда привели ниточки?
– Говори прямо.
– Есть такая корпорация, называется «Новый век». Работает на оборонку. Они скупают артефакты и инфу. Особенно их интересуют порталы, ведущие за пределы Рубежа.
– Порталы – понятно. А артефакты? Какой с них толк в реальном мире?
– Есть одна теория, Дэн, – немного помедлив ответил Сашка. – Не лишенная на мой взгляд логического обоснования, – добавил он. – Когда программировали «Землю Избранных» ввели безусловный запрет на технологии. Но разве без них обойдешься? К примеру, в строительстве. Вытесать многотонный каменный блок, доставить его к месту назначения, поднять на нужную высоту. Сколько игроков или тех же неписей потребуется, если использовать примитивный ручной труд?
– Ну, а какие варианты?
– Был создан модуль трансмутации. На входе – описание технологии, на выходе – адекватная по свойствам и КПД магия. И фэнтезийный антураж сохранили, и жизнь пользователям облегчили. Так вот, это правило, – запрет на технологии, их обязательная замена на «магию», – осталось нетронутым и действует по сей день.
Я нервно усмехнулся.
– Хочешь сказать, – возможен обратный процесс?
– Угу. Теоретически. Только для воплощения свойств неизвестного артефакта из Бездны, в нечто, сравнимое с математической моделью
– Что возвращает нас к миллиардам человек, объединенных в исследовательскую нейросеть?
– Угу. Уж очень сильно защитный барьер, окруживший внутрискальные города, похож на «магический купол». И по виду, и по свойствам. Если я прав, то азиаты непричастны к вторжению Бездны, но фармя и исследуя ее, вскоре обгонят нас по уровню развития в разы. Многие просто боятся жить в таком мире. Боятся завтрашнего дня. Поэтому выкупают продвинутые вирткапсулы, места в убежищах и предпочитают уйти «в цифру».
– Жесть…
– Согласен. Тоже ума не приложу, что делать.
– Как думаешь, Джеб случайно не может выйти в реальный мир, или это осознанный выбор?
Лурье лишь пожал плечами.
– А ты спроси у него при случае. Напрямую.
– Спрашивал. Он отмалчивается.
После разговора с Сашкой вопросов не стало меньше.
До рассвета еще пара часов. Небольшая каменная площадка под выступом пропитанных влагой известняковых скал не дает вообще никакой защиты от непогоды. Из трещин сочится вода. Промозглая сырость уже достала…
Мир ближайшего будущего видится смутно. Куда заведет кривая прогресса? Если б
Посудите сами, если человек долгое время проводит в вирткапсуле, как он станет относиться к реальному миру?
Разрушатся социальные связи. Исчезнет понятие «семья». Будут забыты все ценности. Изменятся законы, сотрутся границы государств, а потом наступит агония, – очередное поколение людей состарится в «VR», став последним?
Есть такое старорусское слово – «ощурок», – это когда мурашки бегут по коже, а волосы встают дыбом по всему телу. Вот нечто подобное я испытал сейчас.
Представилась Земля лет эдак через сто.
Пустые города, ветшающая техносфера, и подземелья, похожие на склепы, набитые вирткапсулами с давно умершими (хотя бы в силу возраста и естественных причин) людьми.
Мы больше никогда не услышим детского смеха, не создадим чего-то нового, не полетим к звездам? Погаснут реакторы, выйдут из строя дата-центры, – порождения высочайших технологий ненадолго переживут нас.
Мрачная перспектива, нарисованная разыгравшимся воображением, под стать непогоде.
Холодно. Стыло. Страшно.
Мои поисковые запросы, отправленные во всемирную сеть, не остались без внимания со стороны специализирующихся на рекламе искусственных интеллектов.
Внезапно в поле мысленного зрения появилась аватарка ИскИна. Пока их еще можно отличить от сетевых воплощений живых людей, – виртуальные «помощники» обладают характерными чертами внешности.
– Не грусти, Дэн, – миловидная девушка обратилась ко мне с непринужденной, принятой в сети фамильярностью. – Все не так мрачно.
В другое время я бы отмахнулся, не став выслушивать рекламу, но коротать предрассветные часы в компании дурных предчувствий не хочется. Стало любопытно, что предложит ИскИн с логотипом «Нового Века», незатейливо вплетенным в образ?
– Наша корпорация привержена общечеловеческим ценностям. Мы не разрушаем семьи (где-то я это уже слышал), а наоборот, помогаем сохранить вековой уклад жизни.
– Каким же образом?
– Мы разработали и испытали вирткапсулы «полного погружения». Скоро они появятся в свободной продаже. Не нужно будет возвращаться в реальный мир.
– Это не отменяет опасности вырождения.
– Отменяет. Все продумано. Мы создаем новую архитектуру сети, строим новые полисы. Человечество не вымрет. Если ты встретишь в виртуальном мире свою «половинку», то ваши капсулы при изъявлении обоюдного пожелания, будут автоматически перемещены в отдельный бокс, соединены прямыми кабельными каналами и подключены к единому источнику питания. Вы никогда не утратите контакта друг с другом.
– А как же дети? – вопрос вырвался невольно.
– Продолжение рода предусмотрено технологией. При обоюдно высказанном пожелании у супружеской пары возьмут образцы ДНК, а в семейной ячейке появится третья вирткапсула, где начнет развиваться младенец. Он будет находиться на постоянной связи со своими родителями, – они будут заботиться о нем, воспитывать, обеспечивать, а когда дитя повзрослеет, то сможет выбрать свой путь, найти свою любовь, дать начало новой жизни.
– Зачем это нужно? Почему я должен променять реальный мир на цифровые пространства?
– Земля перенаселена. Ресурсы фактически исчерпаны. Уровень жизни неуклонно падает год от года. Мы предлагаем выход. Спасение. Жизнь в мире своей мечты с друзьями и любимыми. Занятие подходящим ремеслом, приключения, возможность продолжения рода. Но выбирать тебе. Подумай. Я оставлю свой контакт.
Скажем так, ИскИн «Нового Века» оказался ненавязчивым. Подкинул информацию и смылся.
Уже близится утро, надо поспать хотя бы несколько часов, ведь человеческий организм нуждается в ежедневном отдыхе. Раньше все было просто: встал из-за компьютера и ушел отдыхать. Теперь так не поступишь, каждый выход из «VR» сопряжен с перезарядкой вирткапсулы, расходом дорогостоящего сенсорного геля, поэтому я заполз поглубже в каменную расселину и привалился к шероховатой скале, пытаясь задремать.
Ощурок…
Цифровой мир будущего начал принимать определенные черты.
Вскоре он воплотится в сети нового поколения, с подключенными к ней сознаниями, даст возможность выстроить новые социальные связи, создать семью, иметь детей, вести полноценную жизнь в «VR»?
Я глубоко задумался, ведь в моем положении и возрасте реальный мир уже не блещет подобными перспективами.
Утро наступило теплое и тихое.
Дождь прекратился, долина Ноогарда затоплена густым туманом, – с высоты кажется, что я нахожусь над границей лениво клубящейся облачности, сквозь которую проступают лишь очертания наиболее высоких руин, да контуры дамбы.
Потоки воды уже не ревут, а журчат.
– Саш, как там обстановка в городе?
– Опасности нет, – откликнулся Лурье. – Можем заняться делами. Сперва надо осмотреть башенку, где прятался ифрит, с него обязательно должно дропнуться что-то ценное.
– А как уровень воды на улицах?
– Только ручейки текут. Надеюсь, вскоре и круг возрождения разблокируется. Водосброс тут хороший, все уходит по расселинам в недра.
– Ладно, скоро буду. Встретимся у подножия лестницы, что ведет к сторожевой башне.
Я спустился по уступам скал. На берегу озера громоздятся подтаявшие льдины. Окрестности тонут в густом тумане, приходится держать направление, ориентируясь на шум водопадов.
Поблизости раздалось бряцание металла, а вскоре из молочной пелены показалась фигура Ланса. Юный рыцарь выглядит усталым, невыспавшимся.
– Привет, – я ободряющее похлопал его по плечу, не задавая лишних вопросов. И так понятно, что на высоких уровнях реализма неподготовленному городскому жителю тяжело среди дикой природы. Если добавить сюда беготню по раскаленным улицам и схватку стихий, окончившуюся яростной непогодой, то Ланс еще неплохо держится.
Он молча поплелся вслед, пока берег озера не начал забирать вправо. Вскоре на пути появились высокие наносы гравия и торосы льдин.
– Ланс, Дэн, мы тут!
Солнце уже поднялось над вершинами гор, туман понемногу начал редеть, хотя от влажной земли ввысь по-прежнему тянутся зыбкие полосы испарений.