Андрей Лукин – ЮнМи. Сны о чём-то лучшем. (Книга первая) (страница 21)

Мама дорогая, вот это меня растащило так растащило! Сам не ожидал, что выдам подобный антикапустный спич. Я, конечно, здорово сгустил краски, особенно со статистикой, да и не совсем справедливо свалил все беды на кимчхи, но так уж вышло… Если речь идёт о жизни и смерти, не грех и приврать, я так думаю.

Шоу на этом почти сразу завершилось. Ведущий и прочие участники расходились молча, с опаской поглядывая то на меня, то на заставленный нетронутой едой стол. Даже не знаю, что потом с ней сделали. Мой жуткий лозунг незримо летал над студией, заражая выставленные яства пугающим вирусом раннего умирания. Бедолагу Дахён увели под руки Мина и Сана.

* * *

Самое жуткое, между тем, случилось позже. И это жуткое было прямым следствием моей яростно-обличительной речи.

Спустившись следующим утром на первый этаж, я увидел совершенно пустой зал, никем не занятые столики и печальные мамины глаза. Да уж, натворил дел. Хорошо, что СунОк с утра пораньше убежала на встречу с подружками, а не то случилась бы у нас ещё одна драка с обвинениями во всех грехах.

Весело начинается воскресенье, подумал я. Однако этих завсегдатаев нашего кафе тоже не поймёшь: мы же не только кимчхи здесь подаём, его-то как раз не так уж и много, в основном мясо во всех видах, рис, овощи, рыба… Блин, знал бы, лучше бы отравился насмерть какой-нибудь мерзостью на шоу, чем вот так краснеть под маминым укоризненным взглядом.

Но и это были ещё цветочки. Самая жесть началась потом, когда я отправился по магазинам, решив на свою беду прикупить кое-что из предметов первой необходимости. Неприятности подстерегли меня на выходе из торгового центра.

— Это же ты! — сердито воскликнул какой-то незнакомый пузатый дядечка, едва не ткнув мне пальцем в грудь.

— Нет, вы ошиблись, — тут же среагировал я, поглубже натягивая бейсболку на глаза. — Это вовсе не я. Это совсем другая девушка.

— Я тебя узнал, негодяйка! — мой шутливый тон похоже его только сильнее разозлил. — Ты — враг корейского народа!

— С чего бы это? — удивился я и на всякий случай отступил от него подальше.

— Ты против кимчхи. Ты сама призналась в этом на вчерашнем шоу. Поэтому тебя надо хорошенько наказать.

Он шагнул ко мне и, наверное, в самом деле попытался бы меня как-то шлёпнуть или ударить, но я от него просто убежал. Правда, недалеко. У злого дядечки имелись единомышленники… Впрочем, я бы назвал их сообщниками. Потому что это не дело вот так нападать на молодую девушку и гнать её, выкрикивая всякие обидные слова. Маньяки какие-то, честное слово. Если вам не приходилось убегать от преследователей на многолюдных улицах, то я от всего сердца не советую приобретать такой отрицательный опыт.

Их было поначалу человек пять, но когда я, едва не сбив какую-то ачжуму на очередном повороте, оглянулся, то мне поплохело. За мной бежали уже, наверное, около двадцати мужчин и женщин с пугающе искажёнными гневом лицами. "На зомби похожи. Догонят — точно разорвут на тысячу маленьких юнмят", — подумал я и припустил ещё быстрее.

А толпа моих ненавистников увеличивалась с каждой минутой. "Что происходит?" — спрашивали у бегущих людей удивлённые прохожие и, получив ответ, что все пытаются догнать ту самую ЮнМи, тут же с готовностью присоединялись к погоне. Вскоре за мной бежала уже чуть ли не половина района Мёндон — так мне казалось с перепугу.

"Она против кимчхи!!!" — взлетал над Сеулом многоголосый крик, и от этого крика у меня душа буквально проваливалась в пятки.

— "Вы придурки! У вас у всех квашеная капуста вместо мозгов!" — хотелось крикнуть в ответ, но я боялся сбить дыхание и потому бежал молча.

Забег мой продолжался недолго, минуты от силы две, а потом в одном из переулков дорогу мне преградила какая-то девица. Она стояла широко расставив ноги и растопырив по сторонам руки. Это была сестра. И не успел я обрадоваться, как она завопила во весь голос:

— Вот она! Я её задержу! Хватайте её, пока она не убежала!

— Онни, ты что, с дуба рухнула? — воскликнул я, не веря тому, что услышал. — Опять сочжу, что ли, перепила в своём алконарии? Это же я — ЮнМи!

— Лови её! — вновь кровожадно заорала СунОк, и толпа с радостью подхватила её вопль:

— Держи ёё! Ищи её! Свищи её!

— "Чёрт, — подумал я, с трудом отпихивая сбрендившую сеструху и опять пускаясь в бега. — Где-то я это уже слышал. Но, однако, что за трэш творится, что за бред? Все словно с ума посходили, но это ведь не может быть правдой."

Спастись мне не удалось. Заскочив в какой-то переулок, я к ужасу своему обнаружил, что он кончается тупиком. Тут же набежали преследователи, грубо схватили меня, подняли и куда-то поволокли, радостно гогоча.

— Сюда её несите! — командовала СунОк, и голос её заглушал рёв толпы. — Засунем её в контейнер!

— В контейнер! В контейнер! — с восторгом подхватили сотни голосов. — Там ей самое место!

Кто-то уже поднял крышку у ближайшего контейнера, меня подтащили поближе и сунули внутрь вниз головой в мусор, точнее, в отходы. Ещё точнее — в огромную груду недоеденной кимчхи, которую сваливали сюда работники ближайшей забегаловки.

"Вот она — расплата", — успел подумать я, перед тем, как голова моя и плечи погрузились в неаппетитную жижу.

— Это тебе за твой слишком длинный язык! — мстительно крикнула напоследок сестра. — Сейчас я ей покажу!..

И тут я проснулся.

Я лежал на матрасе в своей комнате. За окном было ещё достаточно светло. Сидящая рядом с моей подушкой Мульча лизала мой вспотевший лоб шершавым языком. Внизу во весь голос ругалась СунОк:

— Потому что она не понимает, когда можно открывать рот, а когда лучше промолчать! Вот проснётся, я ей покажу!..

Ф-фух! Я выпутался из одеяла, отпихнул Мульчу и сел, мотая тяжёлой головой. Вот это сон мне приснился. И ведь такой реальный. Настоящий сон ужасов. Правда, ужасы, похоже, ещё не кончились. Разъярённая СунОк похлеще Фредди Крюгера будет. Что-то она никак не уймётся. Может, и в самом деле поддала с подружками, и ей соджу в голову ударило…

— Мама, — говорила сеструха убеждённо, — поверь, трёпка пойдёт этой дурёхе только на пользу. Потому что сколько уже можно из-за неё страдать? Представляешь, мой оппа сказал, что больше не будет со мной встречаться. Его отец возглавляет фирму, которая закупает капусту в Китае, так вот сегодня ночью у них на доме написали: "Вы убиваете людей". ЮнМи должна была найти мне мужа, а вместо этого она распугивает от меня парней! И я не намерена больше с подобной глупостью мириться! Ну-ка, где тут у нас самая большая скалка?

Через минуту под её грузными шагами заскрипела лестница. Мульча прижала уши и ушмыгнула за шкаф.

— Юркин, сволочь, просыпайся! — кричала СунОк, шагая сразу через две ступеньки. — Пришло время отвечать за свои слова! Сейчас я тебя научу уму-разуму…

"Что за бред?" — подумал Серёга и проснулся во второй раз — уже по-настоящему, в такой тихой, в такой безопасной и почти родной тюрьме. И тут же почти сразу раздался сигнал подъема.

* * *

Исправительное учреждение "Анян". Утро

Во время завтрака, размазывая по тарелке слипшиеся комочки риса, Юркин лениво рассуждал, вспоминая все перепетии последнего сна.

"Это точно всё из-за вчерашней вонючей кимчхи. Бесследно такие отравления не проходят. Странно, что меня вообще, простите, не пронесло. Видимо, мой желудок оказался крепче. Но зачётную всё же речугу параллельная ЮнМи толкнула. И, главное, так всё логично, уверенно, словно специально готовилась. Мне кажется, у меня бы так не получилось, тем более со статистикой по заболеваниям я вообще не знаком. Что интересно, шоу, на котором Дахён давилась непонятной хренью, показывали и здесь, я его помню, причём, чего греха таить, тоже хихикал над её очумелой мордахой. А вот на кимчхи мой иномирный двойник (двойница?), конечно, набросилась зря. Ругать любимый всей нацией продукт, который, между прочим, внесён в списки нематериального культурного наследия ЮНЕСКО — весьма неблагодарное дело. (Кстати, почему "нематериального"? На мой взгляд капуста эта — вполне себе материальна. У меня от её чрезмерной материальности вчера реальный заворот кишок едва не случился).

Надо взять себе на заметку, что не стоит на ночь есть такую тяжелую пищу. Весьма чревато. Хотя… Кто знает, какие кошмары могут мне присниться на голодный желудок."

(열번째꿈) Сон десятый. Похищение

Исправительное учреждение "Анян". Полдень

Скандал случился, как показалось ЮнМи, на пустом месте. Сначала в дальнем конце пошивочного цеха просто громко разоваривали, что-то выясняя. Вроде бы одна из девиц спорила с надзирательницей. Градус противостояния быстро повышался, и вот уже в ход пошли крики и оскорбления. А когда на шум прибежали две охранницы, от истеричных воплей задрожали даже стёкла в зарешечённых окнах.

Некоторые зэчки с любопытством таращились в ту сторону, но большинство, давно привыкшее к подобным инцидентам, тупо строчило на своих машинках, не обращая внимания на происходящее.

Охранницы скрутили скандалистку и, держа её за руки и за ноги, потащили к выходу. Девица ругалась, брыкалась и безуспешно пыталась вырваться.

— Не пойду! Не буду! Не хочу! Сволочи! Данщини-щироё! (Ненавижу вас!) А-а-а-а! — визжала она, однако охранницы зарплату свою получали не зря, и вскоре вопли затерялись где-то за поворотами тюремных коридоров.