Андрей Лучиновский – Турецкий дебют (страница 31)

— Принято, группа Корнета в готовности.

— Второй первому. Вижу восемь человек… расплавили замок на калитке, идут к дому.

— Вас понял. Как только зайдут внутрь блокируйте выход.

Я смотрел на мониторы, наблюдая за слаженной работой исошников. Варяг знал, как именно можно проникнуть в дом быстро и почти бесшумно. Не удивительно, ведь Клоун проник в дом точно таким же способом, разве что не плавил встроенный замок на воротах. Озадачило меня с какой наглостью действуют люди Варяга. Они и тут не стали вскрывать замок, а попросту вырезали его целиком из служебной двери.

В отличии от уличных, внутренние камеры кроме картинки давали и звук. Поэтому мы все услышали команду Варяга:

— Включить ПНВ, двое к лестнице, остальным зачистить этаж.

Ну нихрена себе… Зачистить? То есть, если бы там были слуги, то их бы убили? Ах ты мразь, я тебя сейчас самого зачищу!

— Сидеть, — прошипел мне в ухо Рысь, держа меня сзади, обхватив рукой за шею, — Ты куда это собрался, друг Женя?

Оказывается после слов Варяга я вскочил с кресла. Чёрт, даже на помню, как это произошло. После того, что я устроил в подвале борделя с Бестией, Рысь объяснил мне, что энцелам, которым он меня пичкал в первые дни, имеет и обратную сторону. Стоит исключить его применение и психика может пойти вразнос. Вот только проблем с собственной башкой мне и не хватало.

Снова усевшись перед монитором, я увидел, что бойцы Варяга уже рассредоточились по цокольному этажу и тщательно проверяют все помещения. Искоса бросив взгляд на сидящего рядом Синельникова я заметил на его лице недобрую улыбку. Ясно, полковник сейчас в предвкушении, не стоит ему портить бенефис. Наше с Рысью появление не планировалось, в операции были задействованы исключительно "волки".

На одном из мониторов я увидел, как во двор медленно опустился боевой флайер "Пустельга".

— Не понял… Пётр Ильич, боевая техника в городе? Это же запрещено.

— На трейлере доставили на соседнюю улицу. Он только дом Орясьевых перепрыгнул, по городу не летал. Евгений Андреевич, я действую строго в рамках закона о ЧВК, имею право применять на охраняемой территории любые разрешённые средства защиты, в том числе и стационарные орудия.

Отвлёк меня голос Варяга:

— Пони один, что видите на улице?

Из рации донёсся неразборчивый бубнёж, видимо водитель докладывал, что у него всё чисто.

— Пони два?

Процедура повторилась.

— Принято. Чёрт, что тогда за шум во дворе? Торнадо, проверь.

Но Торнадо было не суждено дойти до выхода. Синельников быстро отдал два приказа: группе Корнета брать водителей, а "волкам" находящимся в доме — начинать захват Варяга и его людей.

Весь цокольный этаж мгновенно залили потоки яркого света. Бойцы противника оказались на пару мгновений в полной темноте, в их приборах ночного видения сработала защита от засветки. Сберегая им глаза, эта же защита заставила срывать ПНВ с головы, а это ещё одна лишняя секунда. Этого времени вполне хватило "волкам", чтобы снять дежурившую на лестнице парочку исошников.

— Вас осталось шестеро, господа бандиты, — раздался из динамиков оповещения голос Синельникова, — Не усугубляйте своё положение, сложите оружие и, вполне возможно, что вы останетесь жить.

Пока полковник говорил, люди Варяга времени не теряли. Они рассредоточились по ближайшим укрытиям, а сам Варяг успел проскользнуть ближе к выходу.

— Ну что ж. Вы сами выбрали смерть, — пафосно произнёс Синельников, и подмигнув мне, добавил, — Пустить газ!

Газ? Какой ещё газ? Не было в плане никакого газа.

— Погоди, начальник! — заорал Варяг, — Ты вообще кто такой?! Мы не грабители, давай поговорим!

— Вы с оружием в руках проникли на охраняемую частную территорию. Не грабители, говоришь? — рассмеялся Синельников.

— Я так полагаю, что со мной говорит полковник Синельников? Голос уж больно запоминающийся!

— Угадал, Варяг, это я.

— Оказывается и я тебе знаком?! Тогда ты знаешь, что мы не грабители и находимся при исполнении!

— Да ну? — рассмеялся Синельников, — Я знаю одно, Варяг, мне глубоко насрать на твои полномочия, ты отсюда живым не выйдешь. Для всех это будет выглядеть, как налёт на частные владения моего клиента. А если у тебя бумага от Сутормина в кармане лежит, то её никто и никогда не найдёт. Бандит ты, Варяг, и сдохнешь тут, как собака. Я тебе убийство рода не прощу.

— У меня был приказ, полковник, я птица подневольная!

— Кто отдал приказ на уничтожение рода?

— Ты же прекрасно понимаешь, что я не скажу!

— Да и не надо, сам знаю. Пустить газ!

Бойцы Варяга ломанулись ближе к выходу, но были вынуждены сбиться в кучу за спиной Варяга, который застыл в проёме, загораживая своей спиной выход. Прямо на него смотрели все четыре 20-миллиметровые пушки "Пустельги". Словно в замедленной съёмке он увидел расцветающие на их концах огненные цветы и попытался поставить перед собой ледяную стену. Варяг был очень сильным крио, но лёд против снарядов, летящих с частотой пятьдесят выстрелов в секунду, защита неважная. Выпустив весь боезапас, флайер не торопясь взлетел и исчез с мониторов наблюдения — камеры, следящей за небом, у нас не было.

— Полный фарш, — глухо прозвучал голос Рыси, явно потрясённого таким зрелищем.

Ночь мы провели запершись в секретном бункере, предоставив Синельникову самому объясняться с полицией. Разбирая и сортируя бумаги рода Турчаниновых, мы потеряли счёт времени и оторвались от своего занятия, только когда Рысь мельком взглянул на один из мониторов.

— Ничего себе… Кир, а уже утро. Поехали-ка спатеньки.

Выйдя наружу, мы тут же получили доклад одного из "волков":

— Полковник Синельников просил передать, что все вопросы по нападению на дом закрыты. Оказалось, что у полиции имеются какие-то счёты к исошникам, так что всё оформили за полчаса.

Ну ещё бы. У меня бы тоже были претензии, если бы меня выдернули голым из кровати с красотками.

Едва мы перешагнули порог "Ада", как дежурная администратор тут же уведомила нас, что в здании ведутся восстановительные работы и шёпотом добавила:

— Трое убитых и семеро покалеченных. Но расследования не будет, продолжаем работать в прежнем режиме.

— Да уж, генерал оказался в нужном месте и в нужное время. Надо бы ему скидку, что ли, сделать, — пробормотал Рысь, глядя исподлобья на смутившуюся девчонку.

— Уже сделали, — ответила та поспешно, — Пришло письмо от хозяйки с указанием.

— Хозяйки? — подозрительно спросил Рысь.

— Ну, мы с девочками постоянно спорим, но я думаю, что всё же хозяйки. Мужчина давно бы сам воспользовался нашими услугами — бесплатно же.

— Дура ты, Наденька, — плюнул в сердцах Рысь, — Поняла хоть почему?

Не став дожидаться ответа, Рысь развернулся и пошёл к лестнице. Я переглянулся с девушкой и, изобразив на лице недоумение, пожал плечами.

В "Аду" было четыре лифта, но я уже знал, что Рысь пользуется только гаражным. На мой вопрос, он тогда коротко ответил:

— Лифт — это ловушка. Нет пространства для манёвра и путей отхода. Ты труп.

Бригада гастарбайтеров-катайцев бодро носилась по лестнице, ремонтируя порушенный бравым генералом интерьер. Проходя мимо беседующей с прорабом Таисии, я зацепил краем уха их разговор и с удивлением узнал, что Рыжая оказывается не просто стоит на ресепшене — она главный администратор этого гнезда разврата и порока.

Пока мы поднимались на свой этаж, я получил от Рыси развёрнутую лекцию о нашем пристанище. Никогда не интересовался устройством борделей, но оказалось, что это очень познавательная и интересная тема. Самого владельца, — или владелицу? — никто и никогда не видел. Даже Рысь, пользующийся непререкаемым авторитетом среди персонала, никогда не встречался с собственником.

— А как же ты сюда попал? Постучался и попросился временно пожить?

— Меня пригласили персонально. Подкинули письмо с предложением, от которого я в тот момент не мог отказаться, — мрачно ответил Рысь.

По его голосу и выражению лица было заметно, что ему не очень хочется распространяться на эту тему. Впрочем, он её моментально сменил:

— Тоже, как Наденька думаешь, что мужики сюда ходят только ради потрахушек?

Я кивнул:

— Естественно.

— Значит ты такой же дурак. Заметил наверное, что тут никогда не бывает молодых мужиков? Им и без этого заведения хватает девушек; нравы после изобретения предохраняющего артефакта упали ниже плинтуса. А сюда, Кира, ходят в основном мужчины за сорок. Отдыхать и телом, и душой. И ещё неизвестно, что важнее — успеть воплотить свои фантазии перед наступающей старостью или просто поговорить за жизнь с красивыми и умными собеседницами.

Расстались мы с ним в коридоре, я уже почти засыпал на ходу, и он пообещал заглянуть вечером. Зайдя в свой номер, и услышав с кухни звуки, будто там кого-то убивают, я осторожно заглянул через неплотно прикрытую дверь и увидел, как Лиса лихо обрабатывает молотком здоровенный кусок мяса.

"Значит на вечер будет вкусненькое в двух экземплярах", — умилился я, почему-то представив в голове семейный ужин после секса с Ликой и, тут же чертыхнулся, — "Да ну его в задницу… Надо быстрее переезжать, там хоть отдельная кровать будет".

Как не хотелось мне спать, но сила привычки всё же победила и я побрёл в душ. Выбравшись из него через несколько минут и добравшись до кровати, я тут же ударился головой об угол подушки и потерял сознание до вечера.