Андрей Ливадный – Репликант (страница 35)
Инк продолжал активно прессинговать при помощи совершенно невероятных дистанционных способностей. Вспыхнула пожухлая трава, стальные опоры, между которыми петлял Игнат, внезапно брызнули расплавом, теряя очертания, словно на них воздействовало мощное сверхвысокочастотное излучение.
Через минуту стало понятно: на колесе обозрения засел сущий монстр. Пули его не брали. Они отклонялись в стороны, перерубали ветхий металл, высекали искры, но без толку. Какой-то неизвестный тип защиты искажал траектории выстрелов.
Игнат переключился на интегрированные боевые системы скафандра. Две ракеты стартовали с направляющих ОРК[10], прочертили короткие шлейфы и разорвались ослепительными сгустками плазмы… вновь не причинив инку никакого вреда, — его фигура окуталась своего рода дымкой, — несмотря на кажущуюся эфемерность защита эффективно отразила удары.
Зато конструкция древнего колеса обозрения начала опасно крениться. От плазменных вспышек металл раскалился и утратил прочность, проседая под собственным весом.
Раздался скрежет. Воздух пылал слоистыми переливами ионизированного газа. Сухая гроза разразилась над пляжем. На андроидах тлели лохмотья одежды.
Верхняя часть колеса обозрения обрушилась, рдея фрагментами расплавленных балок, но инк остался на месте. Он спокойно «левитировал» над событиями. Рядом с ним словно бы в пузыре невесомости плавало несколько устройств, в том числе энергоблоки и самодельное ядро системы с подключенным к нему имплантами давно погибших людей.
Игнат с трудом уклонился от очередной атаки. Нить из раскаленных частиц рассекла бетонную стену. Его экипировка покрылась глубокими выщерблинами и дымилась.
Рывком меняя позицию, он на бегу сбросил сигнатурные ловушки, надеясь хотя бы ненадолго отвлечь внимание инка, но противник, потеряв его из виду, мгновенно использовал новую тактику, манипулируя «хакнутой» сетью андроидов, которую все еще контролировал.
Ветхие кибермеханизмы бродили повсюду. Некоторые дымились, кое-кто лишился конечностей, но инка не заботило их убогое техническое состояние. Бытовые машины не только исправно поставляли данные, но и могли послужить своего рода оружием. Несколько заметивших Игната андроидов тут же бросились к нему, со всей поспешностью, какую позволяли поврежденные приводы. Одновременно их встроенные энергоблоки вошли в режим перегрузки.
Двоих он срубил короткими очередями, от остальных уклонился, лавируя среди покореженных конструкций аквапарка, но стрельба вновь выдала его позицию, позволив инку игнорировать ложные сигнатуры, фокусируясь на жертве.
Комбинированные удары следовали один за другим. Лишь обилие укрытий, да чисто человеческое упрямство, помноженное на вскипевшую ярость, помогло Игнату выжить и сохранить темп, на доли секунд опережая убийственные атаки.
Он работал на пределе сил, но и противник не обладал бесконечными ресурсами, по крайней мере в плане энергии. В какой-то момент его атаки начали заметно слабеть.
Это был шанс. Возможно один из тысячи. Игнат вновь сбросил сигнатурные ловушки, вжался в какой-то простенок, успев защелкнуть ракеты в пусковых направляющих, затем маятником качнулся из-за из укрытия, мгновенно прицелился, ориентируясь на показания датчиков, и произвел сдвоенный запуск.
Ослепительные плазменные вспышки выжгли мглу. Враг задергался, явно не успевая восстанавливать защиту, — одно из кружащих подле него устройств вдруг обильно заискрило.
Игнат не дал ему опомниться. Вскинув «АРГ-12» и постоянно смещаясь, он бил короткими прицельными очередями. Первые пули все же отклонило, но остальные легли в цель — инк конвульсивно дернулся, а в следующий миг отказал его модуль антигравитации.
Падение с большой высоты на торчащие в разные стороны раскаленные обломки металлических балок здоровья ему не прибавило. Раздался болезненный вскрик, за ним — приглушенный взрыв.
Игнат обессилено привалился к огрызку стены.
Над изуродованным пляжем по-прежнему бушевала сухая гроза, — таков остаточный побочный эффект от применения плазмы. Покрытый воронками берег усеивали обломки андроидов. Некоторые сгорели, другие взорвались, третьи еще пытались двигаться, — медленно и бесцельно.
«Игнат, ты цел»? — тревожась, спросила Ида.
«Да. Иду к тебе».
Быстро преодолев короткий участок подъема, он оказался во дворе, окруженном п-образными руинами.
Ида полулежала на скате небольшой воронки. С ее скафандра были сняты оплавленные при неудачной материализации сегменты брони. Рядом валялось несколько покореженных приводов, темнела лужица гидравлической жидкости.
— Видишь, как нелепо получилось, — ее подбородок дрогнул.
Игнат присел рядом, переводя дыхание.
— Нормально… Вовремя подсказала про сеть. Я мог и не заметить инка, — увидев, что в глазах девушки стоят слезы, он добавил: — Ида, ты уже не «Одиночка». Ты не обязана быть впереди. Не обязана быть лучшей. Не обязана делать все сама, за других. Понятно? — он снял гермоперчатку, вытер ей слезы. — Давай помогу. Выбирайся из скафандра, его придется основательно ремонтировать. Но чуть позже. Сейчас мне надо осмотреть инка. Только ты со мной не ходи.
— Почему?
— Он — нечто непонятное. Издали сканировалась и кибернетика, и органика. При осмотре может произойти что угодно. Лучше не рисковать. Я в скафандре, под надежной защитой. А твоему метаболическому корректору и так нагрузки на ближайшие часы хватит с избытком.
— Ладно, — с помощью Игната Ида наконец смогла выбраться из заклинившей бронированной оболочки. — Иди. Я пока распакую технического серва.
Инк оказался конструктом. Биокибернетическим организмом. Он не использовал человеческие технологии, в плане создания собственного тела, — вероятно это была его истинная, изначальная форма.
Игнат склонился над пришельцем. Если издали он выглядел почти как человек, то вблизи оказался чуждым, даже немного пугающим. Строение черепа отличалось: лицо было вытянутым, с грубыми чертами. Глаза большие, как у крупного животного. Нос массивный, а рот маленький, безгубый, похожий на присоску. Вряд ли он олицетворял облик своих создателей. Скорее сочетал в себе анатомические решения, наиболее отвечающие задаче выживания. Или иным, неведомым Игнату критериям.
Экипировка инка лишь подтверждала его искусственное происхождение. Она была выращена, являясь частью кожных покровов. Где-то эластичная, а где-то ороговевшая, пронизанная вставками кибернетических элементов.
Собственно, кроме лохмотьев рваной одежды (зачем он вообще ее использовал, непонятно), обыскивать оказалось нечего. Ни оружия, ни носимых элементов Игнат не нашел, но переворачивая тело, внезапно ощутил холод и покалывание в кончиках пальцев. Нейроинтерфейс мгновенно полыхнул багрянцем, затем одна за другой в поле мысленного зрения начали появляться строки сообщений.
Игнат непроизвольно отдернул руку. Покалывание пальцев не прекратилось, лишь медленно таяло ощущение холода.
Чужие наниты. Рискованно. По степени воздействия на организм они могут оказаться куда более опасными, чем генетические модификаторы.
Но и бросать на берегу неизвестные образцы нанотехнологии — глупо.
Пока он соображал, что может послужить безопасным контейнером для сбора и хранения биокибернетических образцов, интерфейс снова полыхнул тревожными сообщениями:
Игната охватила непроизвольная дрожь. Его мгновенно начало лихорадить, но не от испуга, — озноб был вызван экстренной необходимостью в энергии. Его собственные наниты, — пятая модификация, предназначенная для борьбы с опасностями такого рода, стремительно реплицировались. Судя по поступающим отчетам, они запечатали инородные микромашины в своего рода капсулы.
Ставить опыты на себе Игнат не собирался. По крайней мере сейчас, без жизненной на то необходимости.
«Доберёмся с Идой до острова, тогда и решу, как поступить. Упырь наверняка сможет безопасно извлечь сформированные капсулы и изучить их содержимое».
Сферическое устройство, сконструированное инком из человеческих имплантов, он поместил в экранированный отсек бронескафандра. Пока Игнат разбирался с находкой, извлекая источник энергии, которым оказалась обыкновенная микроядерная батарея, неожиданно пришло сообщение об обновлении карты местности.
Он взглянул на полученные данные. Линия побережья пополнилась новыми топографическими деталями, поверх которых появилась непонятная отметка. Что она обозначает, Игнат понятия не имел.
Сеть, сформированная инком, отключилась. Уцелевшие во время схватки андроиды перестали получать указания и замерли, словно в нерешительности. Не у всех сохранились автономные программы поведения. Еще в самом начале войны техносфера побережья подверглась разрушительному воздействию средств контркибернетической борьбы, — вот почему человекоподобные машины многие годы провели в своего рода «стазисе», постепенно ветшая под наносами песка и гравия.