Андрей Ливадный – Наемник. Грань возможного (страница 1)
Андрей Ливадный
Наемник. Грань возможного
Глава 1
Здесь уже ничто не напоминало о войне.
Город утопал в зелени.
Недавно возведенные кварталы высотных зданий царили над кронами деревьев, создавая продуманное, тщательно спланированное пространство, гармонично сочетающее архитектуру растущего мегаполиса и царство живой природы.
Война пощадила Кассию. Она опалила планету, оставив глубокие шрамы, но не превратила в пустыню, как это случилось со многими из миров периферии.
Александрийск стремительно менялся. Если в начале войны столица изолированной аграрной колонии насчитывала всего двадцать тысяч жителей, то теперь городское население уже превысило миллион человек. На Кассию год за годом прибывало все больше беженцев из других звездных систем, и планета приобрела новый статус, превращаясь в центр экономической и политической жизни для целого сектора пространства.
…В лазурном полуденном небе появились три стремительно растущие точки.
Флайбот военного образца начал снижение над выделенным участком парковой зоны, где располагались посадочная площадка и несколько зданий. Два аэрокосмических истребителя сопровождения перешли на малую тягу, пронеслись над верхушками деревьев, а затем взмыли ввысь, мгновенно растворившись в лазурных небесах.
Флайбот уже зашел на посадку, мягко сманеврировал на антигравитационной тяге, коснулся разметки, затем его двигатели выключились, с вибрирующим гулом отработали компенсаторы тяготения, вспыхнули и погасли огни систем самостабилизации, а вскоре в борту открылся люк и изнутри выдвинулся трап.
Взвод караульной службы замер по стойке смирно.
Из сумрака салона под ослепительный дневной свет вышел седовласый крепкий мужчина в форме адмирала Флота Центральных Миров.
На его суровом лице отразилось волнение. Отблеск острых, немеркнущих воспоминаний на миг затуманил взор. Он замер, вновь почувствовав себя молодым. Наслаиваясь на реальность, перед глазами вдруг возник растущий борт огромного крейсера Альянса с четко читаемым названием «Тень Земли». Флагман третьего ударного флота прародины возглавлял очередную атаку на Дабог.
Истерзанный множеством попаданий штурмовик Игоря Рокотова шел тогда гибельным курсом. Сблизившись с крейсером прародины он задействовал гиперпривод, вовлекая огромный корабль в «слепой рывок».
Рокотов не надеялся выжить, но его штурмовик все же вырвался из аномалии космоса, оказавшись на орбите незнакомой планеты, и сразу же начал падать, ослепительным болидом пронзая ночные небеса.
Тогда он еще не знал, что планета обитаема и называется Кассия…
Четыре десятилетия назад Игорь поневоле привел войну в этот мир, в корне изменив судьбу аграрной цивилизации, изолированной от других колоний.
…Уняв вспышку острых воспоминаний, адмирал Рокотов обернулся, подавая руку своей спутнице.
Ольга Полвина тоже не скрывала волнения.
Она была совсем юной, когда корабль Игоря рухнул на Кассию.
Война вторглась в ее жизнь, едва не испепелив душу, но сейчас, застыв на ступеньке трапа, Ольга с особенной, пронзительной ясностью поняла: годы, отданные борьбе, прожиты не зря, и лучшее тому доказательство – родная планета, утопающая в зелени, здания, рвущиеся ввысь, лазурное небо и чистый воздух.
За это они и сражались, чтобы когда-нибудь вернуться домой.
«Игорю тяжелее, – подумала Ольга. – Дабог все еще окутан пепельной облачностью, под покровом которой царит ядерная зима».
Они спустились по трапу. Адмирал принял доклад старшего офицера и подал команду: «вольно».
Пока шла церемония встречи, в открытом люке появился андроид древней колониальной модели.
Легкий спортивный костюм и обновленная недавно пеноплоть делали его практически неотличимым от человека, даже с расстояния в несколько метров в андроиде трудно было признать машину. Скорее он был похож на пожилого, сухощавого и крепкого владельца одной из многочисленных агротехнических ферм, что сохранились на планете с раннего периода колонизации.
– Стип, тебе придется некоторое время побыть одному, – произнес адмирал, когда церемония завершилась.
Андроид склонил голову.
– До вечера? – уточнил он.
– Мы будем заняты несколько дней, – Рокотов испытал чувство досады и неловкости. Не хотелось лишний раз напоминать Стипу о том, как теперь относятся к искусственным интеллектам. Кассия, населенная беженцами из разоренных войной миров, не избежала общих для послевоенного пространства фобий. Конечно, он мог отдать приказ и использовать андроида в качестве личного секретаря, но такой шаг вряд ли вызовет понимание со стороны окружающих.
– Почему бы тебе не съездить в нашу усадьбу? – тут же нашлась Ольга. – Столько лет прошло. Посмотрел бы, как там и что?
Андроид обернулся к хозяйке:
– Илью я тоже не могу сопровождать?
– Нет. Он получил назначение, ты же знаешь. А на борт боевого корабля тебя не пустят.
– Да, понимаю.
– Я велю, чтобы тебе выдали идентификационный чип, – Рокотов задержался на минуту, подозвал одного из офицеров, дал тому поручение.
Тот хмуро покосился в сторону андроида, но возразить адмиралу не посмел. Воспользовавшись служебным кибстеком, он быстро внес в базу необходимую информацию и протянул Стипу микрочип:
– Стоянка гражданских флайкаров у северного выхода из парка, – сухо сказал он. – Можешь пользоваться машиной, полиция тебя не тронет.
– Благодарю вас, – вежливо ответил Стип.
– Ну, мы пошли. – Ольга ободряюще кивнула ему. – Свяжусь, как только освободимся.
…Родная планета.
Способен ли андроид испытывать горечь или радость от встречи с неузнаваемо изменившимся миром?
Нет. Его мышление свободно от чувств, он – чистый искусственный интеллект, чье сознание не зависит от эмоций, и все же за четыре с лишним века осмысленного бытия в нем сформировался эквивалент для некоторых сугубо человеческих, субъективных оценок.
Стип действительно ассоциировал Кассию с понятием «родина».
Здесь возникло и сформировалось его самосознание, здесь он познавал окружающий мир, на протяжении веков помогал людям выживать в условиях нелегкого освоения враждебных территорий. Здесь Стип встретил войну, а затем вместе с хозяевами покинул планету.
Сейчас, неспешно шагая по одной из аллей центрального парка Александрийска, он ощущал себя пришельцем из другого мира. Андроид помнил эти места совершенно иными. Четыре века назад, когда колониальный транспорт «Кассиопея» совершил посадку в центре покрытого вулканическими равнинами материка, Стип вместе с первой группой колонистов, выведенных из состояния криогенного сна, расчищал зону высадки и возводил периметр первого колониального убежища…
Родина.
Он смотрел на изменившийся мир, находя его привлекательным и рациональным. Война многому научила людей. Сожженные дотла планеты не скоро восстанут из пепла. Беженцы, ставшие полноправными гражданами Кассии, принесли с собой не только ужас пережитых лишений, но и ясное понимание многих аспектов в освоении космоса, на которые раньше просто не обращали должного внимания.
Город, сосуществующий в гармонии с природой планеты, стал прямым тому доказательством.
Стип остановился, наблюдая, как неподалеку, на пересечении аллей у фонтана, беспечно играет детвора, затем направился к стоянке флайкаров.
…Звезды холодными россыпями сияли в ночных небесах Кассии, когда андроид свернул с трассы на второстепенную дорогу.
По равнине, между пологими холмами, петляла река Вереженка. Громко хохотала в зарослях кустарника ночная птица-пересмешница. Вид знакомых мест пробудил глубинные воспоминания. Стип остановил машину, вышел, некоторое время смотрел на звезды, затем отыскал взглядом очертания холма, разорванного ударом рухнувшего на Кассию космического корабля, и мысли невольно соскользнули в прошлое.
«Ушла эпоха», – подумал он.
К холму, где когда-то совершил катастрофическую аварийную посадку корабль Игоря Рокотова, теперь вела новая, специально проложенная дорога. Место крушения превратили в мемориальный комплекс, однако Стип, вернувшись в машину, не стал сворачивать на развилке по указателю.
Ночная прохлада вливалась в салон, но андроид воспринимал окружающее иначе, чем люди. Для него запахи, звуки, изменение температуры являлись лишь показаниями анализаторов окружающей среды, они не влияли на процессы мышления, не тревожили и не пробуждали эмоциональной окраски событий.
К усадьбе семьи Полвиных он подъехал уже за полночь.
В гостиной и на террасе горел свет. Мошкара вилась в неярком сиянии современной осветительной панели, билась о стекла освещенных окон.
Стип остановил машину на краю заросшей молодыми сосенками гари, вышел и осмотрелся.
В последний раз он видел дом совершенно другим – угрюмым, темным, изрешеченным снарядами, залитым водой. Он открыл калитку, вошел во двор. Следы тяжелых серв-машин давно исчезли, но их стерло не время – кто-то тщательно выровнял изрытый ступоходами двор, заново распланировал дорожки и газоны, посадил цветы и ухаживал за ними.
Сканирование хозяйственных построек выявило наличие пяти автономных кибермеханизмов, в данный момент подзаряжающихся в специальных технических боксах.
Теперь все понятно. Стип заметил тщательно отреставрированный «Волмар» Ольги, который на его памяти был буквально расплющен «Фалангером», а сейчас стоял в гараже, как новенький.