Андрей Ливадный – Изгой (страница 21)

— Фогель, что там у вас?

— «Айрахи» какие-то. В свойствах написано, что ядовитые. Седьмой-восьмой уровень.

— Так и в чем проблема?! Экспа у нас вроде под ногами не валяется?

— Да, погоди. Сейчас… — в голосе проскользнула усмешка. Не понимаю, чего ему вдруг весело стало?

В следующий момент я увидел Вандала, — он подкрался к тварям, привстал, резко замахнулся, — камнем запустил, что ли?!

Одна из «стрекоз» внезапно крутанулась в воздухе и рухнула на землю.

— Хэдшот[11]! — раздалось азартное восклицание. Вандал оказывается любитель шутеров?!

Последовал еще один сильный, удачный бросок.

— Хэдшот! — боец вошел в раж, снова схватил острый угловатый камень.

Трое айрахов внезапно замерли в воздухе. Их крылья взмахивают с такой скоростью, что не успеваешь уследить, тонкие тела изогнулись, раздался звук, похожий на частое сиплое покашливание, и Вандала окатило ядовитыми плевками.

Боец захрипел, рухнул на колени, инстинктивно хватаясь за горло.

Трижды ударили одиночные выстрелы, сбивая мобов. Фогель, запоздало разделавшись с айрахами, метнулся к Вандалу.

Дурдом!

Я дотащил Найвела, бросил его как куль, бегло отсканировал окрестности, но новых опасностей не заметил.

— Что с ним? — оборачиваюсь к Фогелю.

Вандал в сознании, но не может пошевелиться. Боль, наверное, адская. Местные насекомые, оказывается, плюются нейротоксинами! Ничего непоправимого, к счастью, не случилось, дебаф «паралич» на три минуты, но сама ситуация напрягает. Фогель это осознает, взглянул на меня виновато, промолчал, развел руками.

Вяло зашевелился Найвел, сел, вытаращив глаза, нарвался на мой красноречивый взгляд, промямлил:

— Я навык открыл. И нашел ингредиент для семнадцатого «экзо», — он демонстративно вытащил из инвентаря пучок бледно-желтой травы, улыбается глупо и счастливо.

Сверяюсь с базой данных экзобиологов, приобретенной еще на «Аргусе». Экзо № 17 дает плюс пять к силе, но для него нужны еще два каких-то растения.

Указываю на мертвых айрахов.

— Займись ими.

Вандал застонал, с трудом сел. Лицо распухло, глаза заплыли.

— На привалах шлемы не снимать, — я зол, но стараюсь не срываться. — Мобов валить сразу, не дожидаясь пока они чем-нибудь плюнут. Как только заметили опасность, экипировку герметизировать.

— Да, знаем, Андр, не маленькие, — обронил Фогель.

Я все же устало улыбнулся. Уж очень прикольно выглядел Вандал, бесшабашно сбивая камнями уступающих ему в уровнях тварей. Невольно возникает вопрос, сколько же ему на самом деле лет?

Спрашивать не принято. Захочет, сам скажет. К тому же меня отвлек сдавленный хрип, — нашему новоиспеченному экзобиологу стало плохо. Да, знаю, вскрывать инопланетную непись, тыкая сканером в вывалившиеся из надреза внутренности при таком уровне реализма, — удовольствие ниже среднего, но пусть привыкает.

— Нашел! Нашел! — Найвел подавил спазм, и возбужденно, с нескрываемой гордостью сообщил: — Из их желез получают противоядие! Других компонентов не нужно! Дайте кто-нибудь флягу, я сейчас свое первое «экзо» приготовлю!

Два этих небольших происшествия как-то незаметно сплотили группу.

Найвел, изготовив противоядие, заслужил откровенный респект от Вандала. Фогель начал приглядывать за своим напарником, что-то постоянно ему втолковывая, — наверняка делился богатым тактическим опытом.

Теперь мы идем не торопясь, не тратя понапрасну силы. Я впереди, бойцы по флангам, Найвел исследует растения внутри созданного нами треугольника, находясь под постоянным присмотром.

Через каждый километр делаем небольшой привал, но при этом не расслабляемся. По мере приближения к лесному массиву, характер местности немного изменился. Появились овраги, которые мы обходим, да и уровни неписи заметно подросли. Местные твари в основном представляет царство насекомых, во всем разнообразии дикой природы. Большинство из них заняты непонятными нам повседневными делами, агрятся, только если на них напасть, и это очень непривычно. Настоящие мобы встречаются редко, словно при создании локации кто-то уделил максимум внимания моделированию экосистемы, тщательно проработал пищевые цепочки (в которые мы заведомо не входим) напрочь позабыв о существовании режима PvE[12].

Здесь настоящий рай для экзобиолога. Неудивительно, что Найвел заработал уже третий уровень навыка. Изредка мы подстреливаем для него очередную тварюшку, и бывший лейтенант препарирует ее, с каждым разом действуя все более уверенно.

А вот общая обстановка постепенно ухудшается. Орбитальные удары, как я и предполагал, не прошли бесследно. Пепельные облака затянули небо сплошной клубящейся пеленой, погрузив мир в сумерки. У горизонта то и дело сверкают зарницы. Не то там идут бои, не то бушуют грозы, из-за дальности расстояния не понять. Горячий ветер налетает ураганными порывами…

— Андр, взгляни, — от размышлений меня оторвал Фогель.

Принимаю от него телеметрию. Высокая трава примята двумя широкими параллельно идущими полосами, — судя по колесной базе здесь прошла планетарная машина!

Колея ведет в направлении скопления скал, сильно уклоняясь от нашего первоначального маршрута. Думаю, мы наткнулись на след, оставленный разведывательной группой экзобиологов. Это вселяет надежду и может значительно упростить поиск.

— Сворачиваем.

До леса еще не меньше трех километров. Выветренные выступы красноватого известняка возвышаются над равниной, их прорезает множество небольших ущелий, образующих настоящий лабиринт. На карте гибрида это место отображено неправильно, в виде цепи пологих, ничем не примечательных холмов.

Фиолетовая растительность постепенно исчезла. Теперь мы шагаем по каменистой пустоши. След вездехода потерялся, но датчики моего «синапса» вскоре наткнулись на скопление металла, — планетарная машина обнаружилась в полукилометре от нас, стоит на щебневой осыпи, недалеко от входа в одно из ущелий. Реактор погашен.

— Есть там кто живой? — с придыхом спросил Вандал.

— Пока непонятно. Движения нет.

— Интересно, а зачем экзобиологи полезли в пустошь? — удивился Фогель.

— Ну, может, погнались за кем-то? — предположил Найвел.

Продолжаю вглядываться, с досадой понимаю: у моего «синапса» все же есть недостатки. Кибернетические механизмы и работающие системы экипировки я бы обнаружил легко, они излучают сигнатуры, а вот различные жизненные формы могу заметить лишь на коротких дистанциях. Использую опцию увеличения. Вездеход явно побывал в серьезной переделке, на броне видны темные ноздреватые участки, словно металл протравили кислотой. Грузовая рампа открыта. Подле него валяются раздавленные кофры, вокруг разбросаны детали различного оборудования.

Срочно нужны наниты, но реплицировать их сейчас не могу: поблизости нет подходящего материала.

— Осмотрим его? — Найвел нервно переминается с ноги на ногу.

Вопрос риторический. Жестом отдаю приказ на движение.

Ухудшая видимость, внезапно зарядил проливной дождь. Усилившийся ветер сминает пелену непогоды, низкие облака роняют зигзаги молний, яркие вспышки то и дело рвут сумрак, озаряя окрестности на многие километры.

Влажно поблескивает броня вездехода. Его мощный лобовой скат зарылся в гравий, колеса чем-то разъедены, — машина стоит на дисках.

До него осталось метров пятьдесят. Датчики экипировки нервно попискивают; после очередного удара молнии вниз посыпались камни, сработал детектор движения.

Идем неплотно, поддерживая дистанцию. Построение клином, я на острие, Вандал и Фогель по флангам, Найвел замыкает. Ему приказано: в бой не лезть.

Вот тебе и техногенная реальность!.. При первой же возможности обзаведусь биосканером, а сейчас приходится смотреть в оба.

Тридцать метров. Ливень хлещет, как из ведра. Неподалеку вновь начались камнепады, потоки дождевой воды, пенясь, сбегают по каскадам небольших уступов, срывают непрочные, растрескавшиеся глыбы известняка. Движение сканируется повсюду, куски скал глухо ударяются о землю, разлетаются угловатым щебнем, некоторые катятся в нашу сторону…

Очередная вспышка молнии позволила бросить моментальный взгляд по сторонам, и расширитель сознания тут же прочертил вырванную из сумрака контрастную панораму окружающего: сразу с двух направлений на нас несутся твари, отдаленно похожие на огромных пауков! Температура их тел практически не отличается от окружающей среды, природный окрас хитиновых покровов сливается с сумраком. Двигаются они длинными прыжками, преодолевая по три-четыре метра, приближаясь с флангов!

— Вандал, Фогель на землю!!! — ИПК лязгнул сошками о глыбу известняка, бью длинной очередью над головами рухнувших навзничь бойцов, срываю на себя агро обеих групп: ствол импульсного пулемета чертит широкий полукруг, сполохи статики пляшут на срезе электромагнитного компенсатора, нескольких тварей рвет на куски, остальные устремляются ко мне.

Врубаю усилители мускулатуры, бегу, разрывая дистанцию. Перекатываюсь через лобовой скат брони вездехода, — теперь за спиной скала, — вновь вскидываю оружие, встречаю мобов кинжальным огнем.

Четверых отшвырнуло назад, лишь два наиболее матерых успели увернуться, умудрились окатить меня градом хитиновых игл, выпущенных из расположенных на брюхе пульсирующих мышечных трубок, и вновь ринулись в атаку, но не прямиком. Один прыгнул на скалы, второй на крышу вездехода, откуда достал меня неожиданно-мощным ударом длинной, трехсуставчатой лапы. Броню не пробил, но заставил пошатнуться, отвлек внимание.