Андрей Лисьев – Зима милосердия (страница 28)
– Спрятанную дрезину без Богдана сумеешь найти?
– Не понадобится. Верхом пойдем.
– Как? Сюда мы Кремль обошли по бульвару и спустились вниз по реке. Обратно – против течения?
– А если пойти на запад и переправиться через реку между Октябрьской и Кропоткинской?
– Переправиться? – Арсений взглянул на парня с недоверием.
– Я дважды переправлялся!
– Хорошо, допустим. Остается тот же вопрос: где выходить на поверхность? Или здесь, на Павелецкой, мимо мутантов. Или у бандитов на Новокузнецкой. Если здесь, твои куропаты прикроют?
– Не-е-е, – затряс головой Женя. – Куропаты остались на той стороне реки, на левой. И потом, на мутантов мои чары не действуют, проверено!
– А с бандитами? Каковы шансы, что Новокузнецкая и Третьяковская в курсе, что именно ты выкинул Воробья с Автозаводской? У них же терки между собой все время.
– Я могу слетать на разведку, – вмешалась в разговор Маша.
– Один раз ты уже слетала, – доктор фыркнул. – Допустим, ты увидишь там Цыгана – и все! Попалась опять!
Губы Маши вытянулись в ниточку, но она ничего не ответила.
– Давайте их как-нибудь обманем, – предложил Евгений.
Доктор и Маша вопросительно уставились на него.
– Вот смотрите. Чего мы боимся у красных и фашиков? Обыщут – отберут груз.
– Ну, да. Бандиты сначала шлепнут, потом отберут.
– А груз опасный. Что, если эту опасность использовать? Кстати, бандиты ведь не знают, сколько нас сейчас?
– Ты не отвлекайся!
Женя задумчиво посмотрел на Машу, а Арсений засмеялся:
– Последний раз ты так задумчиво смотрел на Русакова. Перед тем, как завел всех нас в бандитскую засаду.
Глава 5
Переправа
Перед блокпостом Новокузнецкой Арсений и Женя отпустили рычаги, дрезина по инерции проехала несколько метров и остановилась. Облаченный в ОЗК Арсений спрыгнул на рельсы и поднял руки, показывая, что оружия у него нет.
Такое приветствие насторожило часовых. Обычные путники легко преодолевали блокпост, главным тут были даже не документы, а мзда. Женя подошел следом за доктором. Охранник высунулся из-за мешков.
– Че надо? – настороженно поинтересовался он.
– Нам надо вот этот ящик… – Арсений осторожно, словно опасаясь нападения из-за спины, обернулся к дрезине и указал на принайтованный груз, – вынести на поверхность. И как можно скорее.
Часовой понял, что путники не представляют опасности, и осветил ящик фонариком. В круг света попала эмблема.
– Это че?
– Биологическая опасность. Мы на Павелецкой раствор один попробовали против мутантов. Ни черта не получилось, – Арсений подыгрывал интонацией бандиту. – Он и на тварей, и на людей одинаково действует. Токсичен.
Доктор перевел взгляд на бандита. Тот явно не понял последнего слова.
– Ты думаешь, мы в полном комплекте по туннелям просто так гуляем?
Женя артистично сыграл испуг, передернув плечами. Бандит посмотрел на него с опаской.
– А че у нас решили выйти?
– Ганза не разрешила, велели в реку выкинуть. Через себя не пустила.
– А че на «автозаводе» не выкинули?
– Это – приказ! Велели здесь.
– Бумага есть?
– О! А давай мы тихонечко пойдем обратно. А вы с этой хренью сами разбирайтесь! – Евгений и Арсений синхронно попятились.
– Э-э-э-э, вы куда?! Я договорюсь. Ждите здесь, – бандит взобрался на бруствер. – Свалились на мою голову, уроды!
План сработал. Бандиты испугались, не захотели иметь дело с биологической угрозой и выпустили троицу на поверхность.
– Сил нет дальше тащить! Давай здесь!
Доктор запыхался, с трудом переставлял ноги.
– Нет, еще! – Женя оперся на ящик, давая Арсению отдохнуть.
– Такая маленькая, а такая тяжелая! Уснула?
– Мотылька нет, значит, не спит.
Евгений размышлял о том, насколько быстро человек привыкает к безопасности. Доктор вышел на поверхность, будто на прогулку, он не думал о мутантах. Молодой сталкер даже удивился такому безграничному доверию к своей персоне.
– Беспокоит меня один вопрос, эти наши… микроорганизмы… они сколько смогут прожить в контейнере без пищи?
Интересно, думал Женя, вот они идут рядом со мной, как под зонтиком. Абсолютно ничего не боятся. Что Арсений, что Маша. Словно так и должно быть. Я и безопасность – неразделимые понятия. Они не боятся мутантов, но мало ли вокруг тварей, на которых мои чары не действуют! Например, растения хищные.
Вспомнилась коряга-ментал, высосавшая кровь из Алены. Женя вздрогнул, подумав о корнях-щупальцах.
А тут еще и зловещие кремлевские звезды, которые можно ненароком увидеть между остовами строений, и бандиты, которые вполне могут их преследовать.
Воробей-то наверняка не простил ему исчезнувшей тачки с патронами. И как объяснить, что маслята слямзил не он, а Цыган? По-дурацки как-то получилось.
Парень посмотрел на Машу, которая прогулочным шагом шла рядом.
Доверие, безграничное доверие. Как бы им не пришлось за него поплатиться.
– Нам бы сориентироваться, – предложил доктор, а когда Женя удивленно остановился, уточнил: – На местности.
– И?
– Надо бы левее забирать, чтобы нечаянно к звездам не выйти.
– Это где мост был около Октябрьской?
– Ага. Крымский, если быть точным, мост.
Здания, которые два десятка лет назад образовывали то, что называлось Замоскворечьем, в большинстве своем не пережили ядерную катастрофу.
Отважной троице с опасным грузом было очень непросто преодолеть развалины. К счастью, от тяжеленного «ящика страха» они избавились, а колбы, помещенные внутрь армейского термоса, покоились за плечами Арсения.
Начиналась метель, грозившая перерасти во вьюгу. Ледяной ветер метал колючие снежинки, которые противно шуршали, врезаясь в маску противогаза, и норовили залепить окуляры.
Евгений ни разу не сталкивался с бурями на поверхности. Он вдруг сообразил, что с момента его первого выхода с Баррикадной прошло не так уж много времени. Просто события настолько спрессовались в единое целое, что молодому сталкеру казалось, что он стал совсем взрослым целую вечность тому назад.
Нудное переползание через завалы сменялось не менее нудным продиранием сквозь остовы машин и частыми остановками, когда Женя сканировал округу, оценивая ауры живых существ и степень их опасности.
Желающих умереть животных не было, они, наверное, предпочитали замерзнуть в своих норах.
Снежная крупа таяла в окулярах и тут же замерзала, образуя на стеклах корку льда, фонарь намокал. Сталкер тяжело выдохнул.
– Давайте искать место для дневки. Совсем на ощупь идем.