Андрей Левицкий – Слепая удача (страница 43)

– «Проверено электроникой», – задумчиво повторил Слепой, – где-то эту фразу я уже встречал… Ну, неважно. Так вот, Фишер рассчитывал, что энергаторы уже в приборе и Афар не захочет их оттуда извлекать, поэтому и спешка. Может, поэтому спецы потеряли осторожность? Торопились, чтобы Афар не успел пустить в ход энергаторы? Ладно, а нам теперь как быть?

– Я слышал, кто-то сказал: «Чисто!» – заметил Пригоршня. – Значит, нас они не ждут. Считают, что со всеми покончили. Так пойдем и накроем их!

Никто не возражал. Время обходных маневров прошло, энергаторы вот-вот должны были создать портал, и медлить было уже нельзя.

За дверью оказалась лестница, ведущая вниз, в подвалы. Обычная такая мирная лестница, набранная из бетонных блоков, как в какой-нибудь многоэтажке. Слепой перегнулся через поручень и глянул вниз – не меньше шести пролетов, дальше не видно, темно.

– А подземелья здесь мощные… – заявил он. – Интересно, зачем такие на обычной свалке.

– Здесь сеть подземных коммуникаций, еще с прошлого века их прокладывают, – объяснил Дольский, – мы с сержантом отыскали вход в нее, думали от Всплеска укрыться, но дверь не сумели отпереть. Там вы нас и нашли, помните? А здесь узел, перекресток.

– Значит, отсюда подземные трассы могут уходить в разные стороны, – уточнил Химик, ступая на лестницу. – И куда же, например?

– Не знаю. Здесь все давным-давно законсервировали и бросили. Сейчас сложно сказать, какие объекты были достроены, а какие нет. Весь комплекс в эксплуатацию так и не принят.

– Значит, войти на базу можно было и под землей? – уточнил Пригоршня. – Что ж ты нам сразу не сказал, лейтенант?

– Так я и не знал! Сейчас увидел спуск, догадался, что оно самое и есть. Узел этот самый. От проекта подземных ходов давно отказались, и строительство бросили. Я тогда школьником был, так что к этим сооружениям никогда отношения не имел… Что там?

Этажом ниже дверь вела в темноту. В слабом свете, проникающем с лестницы, едва угадывалась решетка поперек коридора, дверца в ней была заперта здоровенным амбарным замком. Над входом в коридор висела аккуратная табличка с выведенными от руки словами: «Оружейный склад».

– Культурно здесь старички устроились, с табличками, – заметил Пригоршня. – Он что же, сами не знают, где у них оружейка?

– А это на случай, если у кого-то из ветеранов склероз и выпадение памяти. Возраст у них как-никак преклонный, – объяснил Слепой. – Ну что, продолжим шествие? Устремимся к следующему кругу ада? В смысле, проверим этажом ниже?

– А что нам еще остается, – пожал плечами Химик. – Здесь заперто, без шума не войти.

Еще два лестничных пролета – и точно такая же площадка, как и этажом выше. Здесь под ногами ощущалась едва заметная дрожь каких-то механизмов и был слышен приглушенный гул. Пригоршня первым осторожно заглянул в темный коридор и объявил:

– Там горит свет. Никого не видно, темно, но вдалеке лампочка под потолком светит.

Слепой отстранил Пригоршню и тоже глянул – коридор тянулся на десятки метров, по обоим сторонам в стенах были двери с уже знакомыми самодельными табличками, а шагах в тридцати от входа под потолком тускло горела лампа без абажура. Напряжение было слабое, и конец коридора терялся в темноте. Так что невозможно было прикинуть, насколько далеко он ведет.

– Ну что, проверим? – предложил он.

– Механизмы под нами, – напомнил Химик, слегка пристукнув подошвой по полу. – Шум слышишь?

– Я предлагаю не оставлять за собой подозрительных участков. Раз свет горит, то кто-то может и там находиться.

Химик пожал плечами:

– Ладно, проверим по-быстрому – и вниз. Лейтенант, останься здесь, присмотри за лестницей. Если что, подашь знак.

Дольский с Верой присели на пол у двери, а трое сталкеров осторожно, держась у стены, двинулись к тусклому источнику света. Слепой разглядывал надписи на самодельных табличках, здесь встречалось много фамилий.

– Ха! Да мы в их жилом блоке! Смотрите, каждая комната подписана, хоть картотеку заводи. С комфортом старички устроились.

– Тише, – шикнул на него Химик.

– Да брось, – Слепой перешел на шепот, – здесь же никого. Они все устремились в светлое будущее.

Пригоршня толкнул одну дверь – заперто. Потом другую, третью…

– Ладно, – согласился Химик, – проверим до того места, где свет горит. Заодно посмотрим, что в конце коридора. А потом вниз.

Напротив лампочки оказалась дверь с надписью «Красный уголок».

– Надо же. – Слепой потянул дверь, и она легко открылась.

Это была первая незапертая дверь на этаже – Слепой и не думал, что она окажется открытой, поэтому и взялся за нее. Но теперь уже нужно было действовать быстро – мало ли что там внутри? И он шагнул в проем с автоматом наизготовку. Запоздало мелькнула мысль: «А нет ли там ловушки? Да нет, вряд ли… В таком месте?» Он сделал еще шаг вдоль стены и остановился, вытаскивая фонарь. Заряд аккумулятора совсем иссяк, и в тусклом желтом луче едва прорисовались потертые продавленные диваны, шкафы… и плакаты на стенах. Один плакат Слепого заинтересовал.

– Что там? – негромко окликнул с порога Пригоршня.

– Чисто. Я сейчас.

Слепой подошел к плакату и посветил. На листе ватмана оказалось, должно быть, изображено будущее – такое, каким его представляли старички-ветераны. Высокие светлые здания с большими окнами, много красного цвета – флаги, плакаты, транспаранты, и над всем этим – огромный памятник, осеняющий протянутой рукой мозаику красных флагов. Рядом от руки каллиграфическим почерком была цитата: «Стеклянные этажи над вершинами сосен внезапно кончились. Гигантская глыба серого гранита выросла над соснами. Кондратьев вскочил. На вершине глыбы, вытянув руку над городом и весь подавшись вперед, стоял огромный человек. Это был Ленин – такой же, какой когда-то стоял, да и сейчас, наверное, стоит на площади перед Финляндским вокзалом в Ленинграде. “Ленин!” – подумал Кондратьев. Он чуть не сказал это вслух. Ленин протянул руку над этим городом, над этим миром. Потому что это его мир: таким – сияющим и прекрасным – видел он его два столетия назад… Кондратьев стоял и смотрел, как уходит громадный монумент в голубую дымку над стеклянными крышами»[1].

– Надо же, – пробормотал Слепой, – оказывается, мы все читали одни и те же книги… только прочли, выходит, разное.

Пригоршня заинтересовался и шагнул в комнату, и тут подал голос Химик:

– А ну, тихо! Замрите! Лейтенант, Вера! Здесь что-то происходит! Давайте на лестницу! Поднимитесь на следующий этаж и замрите!

Химик шагнул в «Красный уголок» и велел:

– Гаси фонарь. Я прикрою дверь, и посмотрим, что будет.

– Да что случилось-то?

– Кто-то пытается открыть дверь в глухом конце коридора. Помолчи и послушай.

Все притихли, сперва Слепой услышал шаги Дольского и Веры – они выскочили на лестницу и поднялись пролетом выше. А потом в наступившей тишине отчетливо прозвучали скрежет и тихое позвякивание в дальнем от лестницы конце коридора, там, где проход заканчивался тяжелой массивной дверью. Кто-то пытался войти, но дверь была заперта, и пришелец то осторожно тряс дверь, то ковырялся в замке. Пока что безуспешно.

– Что делаем? – прошептал Пригоршня. – Если нужно защищать коридор, то из этих диванчиков можно соорудить баррикаду.

– Мы не знаем, кто это, – возразил Слепой. – Если он один, то лучше дать ему пройти мимо и напасть сзади. А впереди у него будет Дольский, что тоже неплохо.

– Ага, – согласился Пригоршня. – Неплохо. Дольский – это немного лучше, чем ничего.

– Не забывай, там будет Вера. Если она завизжит…

Химик чуть сдвинул дверь и выглянул:

– Дверь пока держится. Не знаю, надолго ли ее хватит. Наш гость не хочет шуметь, и это внушает надежду, что он не из людей Афара.

С минуту Слепой обдумывал ситуацию, потом высказался:

– Свои не стали бы так скрестись, факт. Это чужак. Возможно, не только мы знаем об энергаторах? И не только нам захотелось их прихватить, когда противоборствующие стороны сократят число друг друга? Если так, пришлый пройдет по этому коридору, проверяя на всякий случай все двери. Не смыться ли нам на лестницу?

– Войти могут в любой момент. Подождем здесь, – решил Химик.

– Мне в этом помещении не нравятся две вещи: дверь не запирается и нет путей отхода. А так, вообще, неплохое местечко. Диваны, картинки на стенах.

Пригоршня осмотрел вход. Потом взял стул и просунул его ножку сквозь дверную ручку – теперь дверь была заперта.

– Минус одна проблема, – согласился Слепой. – Остаются пути отхода.

Химик указал в угол:

– Вентиляция. Вон решетка под потолком. Любой из нас пролезет. Пригоршня, у тебя рост подходящий, сними пока решетку. Мне, в отличие от Слепого, это место не нравится. Да и картинки не нравятся тоже.

Он вытащил стул, служивший запором, аккуратно приоткрыл дверь и выглянул. То, что он увидел, заставило его мигом захлопнуть дверь.

– Вот черт!

– Что там?

– Пригоршня, как дела с решеткой? Валить нужно, и как можно скорее. Но решетку вентиляции за собой вернуть на прежнее место.

– У меня почти готово.

Пригоршня аккуратно снял решетку и оглянулся:

– Что ты так всполошился?

– Дверь в конце коридора начли выжигать энергатором.

– Третий?! Не может быть…