Андрей Лесковский – Небо безработного пилота (страница 2)

* * *

Стоило бы его ранее, ещё в первых строках подробнее представить, но как есть , так и есть. Дело дошло сейчас.

Александр Владимирович, наш, Гурзанов был возрастом совсем даже не старый, а так, на вроде Карлсона, в полном рассвете сил, разве только в талии чуть поуже, да штаны имел без пропеллера. Когда-то, причём, можно сказать, недавно, он мог бы вполне соответствовать образу человека успешного, нашедшего своё достойное место в жизни и крепко стоящего на ногах. Почти счастливчик, да и обликом Бог его не обидел: статный мужчина, ростом чуть выше среднего, обладатель отличной мускулатуры, приобретённой благодаря спортивной юности. Лицом симпатичен, прямо, античный профиль, лишь слегка подпорченный мелким спортивным травматизмом.

Высокий, как принято говорить, социальный статус. Дом, семья, работа – всё на уровне. Командир корабля, пилот первого класса и достиг Александр того ещё тридцатилетнего своего юбилея не отметив.

Но как-то, вдруг, жизнь Сашина дала крутой крен. Переплелись, совершенно непонятным образом, беда с неудачей, что, в конце концов и привело бывшего воздушного капитана Гурзанова в камеру тюрьмы Бангкока. Чудной, мало сказать, лабиринт событий, но лучше по порядку…

Довольно низкий ранг трансфертного гида, в иерархии турбизнеса, был у Александра эпизодом случайным, что называется – докатился. Вообще, если отмотать год назад, то он бы очень сильно удивился такому зигзагу судьбы. С самого синего неба, да без парашюта, да мордой в говно! Из капитана «А-310» на низкую ступеньку турбизнеса, ещё и нелегальную. Долетался Икар.

Трудно сейчас сказать, что легло началом такого резкого разворота жизни. Поутратилась к тому времени романтика дальних перелётов, превратившись в рутину. Да и совсем уже иное стало отношение к лётному составу в новых авиакомпаниях, где американский менеджмент, на ура, принимался основой деятельности и сотрудник становился лишь малым винтиком большого механизма, где нет места никакой яркой индивидуальности. Бесконечные занятия, планёрки, инструктажи – вот наилучшие средства для оболванивания персонала, дающие руководству желанные рычаги управления. И тут Саня почувствовал как воспротивилась душа этому сковыванию единой цепью. "Что-то здесь не так!" – настойчиво твердило подсознание. Лишь бесконечное небо всё ещё было тем же, что в начале пути, способным вдохновлять и успокаивать.

Может оно и полегче стало бы, чуть позже, если стерпеть да примириться, будь на тот случай, хотя бы, серьёзная поддержка дома, так сказать, настоящий, крепкий тыл, но увы и здесь Александру шибко не повезло. С превеликим сожалением, он вынужден был констатировать, что жена его, Татьяна, быстро превращалась в злобную стяжательницу и, даже не заметил он, когда сие произошло. "Выпросил, дурачина, корыто, а много ли в корыте корысти?!" – вот-вот, именно тот случай! Всё ей стало не то, да не так: квартира мала, машина старая, шубу четвёртую зиму ношу, как лохушка последняя, в общем, мужик ты, или так, постельная принадлежность, причём, не из самых обязательных?! Зарабатывать надо больше! Да всё в крик, с дешёвыми сценами сбора чемодана и ухода к маме. Ну и закончилось это вполне предсказуемо: в очередной раз возвращаться ей уже стало некуда… Развод и алименты – банальная, в простоте своей, история.

Однако и новая Сашкина "супруга", с которой он сошёлся слишком быстро, уже правда, не марая паспорта штампами, оказалась с огромным изъяном, но в несколько ином направлении, а проще сказать и конкретно по-русски: слаба на передок. Увы, семейный тыл опять рухнул. Александр не умел прощать измены, да и вообще, впервые в жизни своей, оказался в такой ситуации, когда ему приделывают рожки на макушку. Потому, уже по первому предъявленному эпизоду неверности, распутница сия получила, нормального такого, пинка под зад, причем, в самом, что ни на есть, прямом смысле слова.

Даже устойчивую и крепкую психику, такие перипетии, выведут из равновесия, кто же будет спорить. Вот и Александр наш, командир воздушного судна, пилот первого класса, оторвав руки от штурвала, потянулся к хорошо наполненному стакану, ну а служба его, по понятным причинам, со злоупотреблением спиртными напитками не увязывалась никак. Естественно и вполне ожидаемо, что "шайтан-прибор", алкотестером называемый, в один не очень прекрасный день, выдал совсем нехорошие показания и медосмотр закончился отстранением товарища Гурзанова от полёта, по причине остаточного алкогольного опьянения.

Руководство авиакомпании тогда решило проявить сочувствие и дать шанс оступившемуся работнику, но с понижением в должности до второго пилота. Беда только, что ненавистный змий зелёный имеет крепкую хватку, лишь пару месяцев всего прошло, как Саня опять не подрасчитал дозу горячительного напитка, принятую им на выходном и, ровно такая же скверная история на медосмотре, не замедлила повториться. Всё! Падение сокола со сложенными крыльями, сбитый лётчик! Но чуткость начальства и в этот раз не знала границ, а посему, теперь уже, злостный нарушитель трудовой дисциплины, второй пилот Александр Гурзанов отстранялся от управления воздушным судном, с переводом на должность старшего стюарда, вместо незамедлительного увольнения по статье горбатой. Однако, Саша заботу руководителей тогда не оценил и сам подал заявление, что называется, "по собственному".

– Не валяй дурака! – Пытались урезонить его вышестоящие товарищи. – Год-другой пройдёт, вернёшься за штурвал, если, конечно, колдырить перестанешь. Сам подумай: куда ты пойдёшь? Что ты ещё делать умеешь? Образумься, образина, воспользуйся последним шансом.

– Нет! – Решительно ответил Саня. – Не хочу я больше вашего прощения. Как вы прощаете, так лучше бы вешали, прямо у конторы, в назидание остальным недисциплинированным.

– Ну и как ты себя мыслишь дальше? Вот завтра, уже нет у тебя работы, нет средств к существованию и что?

– Разве думает о том галерный раб, которому случай помог отковаться от своего весла? Нет, он прыгает за борт, в бурное море. – У Александра, вдруг, сама собой, возникла подобная аналогия. – А вот дальше возникают два варианта: можно, испугавшись за будущее, орать и проситься обратно на галеру, понятно, что тебя высекут и снова прикуют к веслу, коим будешь ты ворочать до конца своих дней, но зато, гарантировано получать, кроме ударов кнута, ещё и чашку похлёбки, и сухарь, и глоток воды. А можно поплыть прочь, навстречу всем страхам неизвестности, ну там уже как фишка ляжет, есть, конечно же, в этом и плохой расклад: пойти ко дну, на радость крабам, но ведь можно и выплыть! В общем, я прыгнул за борт, прощай "любимая" галера.

– Дурак ты, Гурзанов! И самое правильное будет сказать тебе: пошёл вон, дурак!

Так, примерно, закончился тот диалог, заявление было незамедлительно подписано, для общей картины не хватало только, действительно, хорошего пинка под зад, напоследок. И отправился Саня на вольные хлеба, лелея в душе надежду на светлое будущее. На том моменте решил он, для начала, немного отдохнуть да успокоиться. Вот, с тем благим намерением, Саша Гурзанов и отправился в далёкий, сказочный Таиланд, взяв билет лишь в одну сторону.

Давно замечено, что деньги тяжело зарабатываются, но легко тратятся. Какие-то два месяца изрядно опустошили карманы и уже пришлось крепко задуматься о ближайшем будущем. О том, как сыскать себе хлеб насущный, крышу над головой, да желательно ещё и к тому стаканчик напитка горячительного, да, пожалуй, хорошо бы какую-нибудь красотку, тай-леди фигуристую, с головой не без идей. Положение представилось очень даже нерадостным, денег на билет на Родину уже не хватало, плюс скорая перспектива, вообще, оказаться на улице. Теперь на вопрос "как дела?" можно было однозначно отвечать: "помойка!", ибо ответ этот, отразит истинную правду, без прикрас.

Именно тогда и возникло, вдруг, предложение немного подзаработать трансфертным гидом одной небольшой турфирмы. Обязанности несложные: встречать в аэропорту Бангкока прибывающих на отдых соотечественников, размещать их, согласно купленных мест, в отелях и, по окончании туров, препровождать граждан в ту же воздушную гавань, дабы они благополучно отправились в обратный путь, на Родину.

Деньги за это платили совсем небольшие, едва хватало на еду и крышу, так что, перспектива скопить себе на билет явно откладывалась, а время шло… Ну а дальше уже известно – добро пожаловать, мистер Гурзанофф, созерцать небо в клеточку, ибо миграционное законодательство королевства Вы, сэр, не просто нарушаете, а прямо таки, ногами попираете.

Как же так?! Да всё очень просто: и срок пребывания по туристической визе всего один месяц, и разрешение на работу Вам, мистер, никто не давал. Так что, мягкой посадки на шконари Банг Кванга!

* * *

Ан-124 "Руслан" выруливал на старт. Тяжело нагруженный настолько, что, казалось и по бетону аэропорта ему передвигаться сейчас нелегко, имея на борту такой перевес. Все четыре двигателя грузового гиганта надрывались реактивной мощью и децибелы того звука, уж точно, в разы, превышали громкостью своей турбины пассажирского "Бойнга" или "Эйрбаса", пусть даже и включенные на взлётный режим. Не напрасно грузовые самолёты с такими двигателями были персоной нон грата почти во всех аэропортах "цивилизованного" мира.