Aндрей Леонтьев – Пират. Тайна золотого клинка (страница 55)

Я наблюдал за тем, как колется лед, и мне на секунду показалось, что один из сугробов шевельнулся и отодвинулся перед тем, как его настиг корабль и перемолол вместе со льдом. «Как же надоел этот холод и снег, от которого болят глаза! Мерещится не пойми что!» – подумал я и отправился в каюту капитана.

Я подошел к своему столу, потирая руки в попытке немного их отогреть, и взглянул на карты, как вдруг корабль дернуло так резко, что из-под ног ушел пол. Потеряв равновесие, я упал. Но тут же поднялся и, не понимая, в чем дело, выскочил на палубу. Мы не двигались!

– Капитан! Лед слишком толстый, корабль дальше не поплывет, – заявил мистер Лорди, который только что перевешивался через перила, чтобы заглянуть за борт.

Я бы сказал, было даже опасно продвигаться дальше, поскольку корабль мог навсегда остаться в этих льдах, и тогда никто из нас уже не выбрался бы отсюда. Поскольку до заветной отметки клинка на карте оставалось совсем немного, было принято решение организовать пеший поход по льдам. А оставшиеся члены команды будут рубить лед и разворачивать корабль, поскольку он крепко врезался в снег и уже начал примерзать.

* * *

Утеплившись, мы подготовили немногочисленный отряд для преодоления остатка пути. Со мной пошли те, кто не боялся холода и не мог пригодиться на корабле. Девушка без имени вооружилась луком со стрелами и напросилась мне в попутчики. По какой-то причине я не мог с ней спорить и позволил ей отправиться с нами.

Старые капитаны, Шрам и Роджерс, тоже входили в состав отряда. Не остался на корабле и Гибддар, который на удивление стойко переносил холод. Несмотря на то, что Даниэлю Хорнсби очень хотелось отправиться с нами, он все же остался на судне, возле которого уже горело несколько костров: ему было поручено следить за пламенем. Джон Лорди руководил работами по высвобождению корабля изо льдов, и, казалось, он тоже не замечал окружавшего нас холода, даже какое-то время бегал в одной жилетке на голое тело. Было страшно смотреть на этого человека, одержимого кораблями и работой с ними.

Несколько матросов, которым не нашлось дела, тоже отправились с нами, и, хорошо вооружившись, мы отошли от судна. Начинался сильный снегопад, уже через несколько шагов корабль просто пропал в снежной пелене. Если мы хоть немного отклонимся от курса, то рискуем пройти мимо того места, где хранится клинок, и уже никогда не вернемся назад к кораблю.

Сильный ветер и липкий снег мешали идти и не давали увидеть ничего вокруг, делая каждый шаг невероятно трудным. Но никто из отряда не жаловался и продолжал двигаться вперед.

Вдруг мне показалось, что до моих ушей донесся негромкий глухой рык.

– Стойте! – крикнул я. – Там что-то есть!

Остановившись и приготовив оружие, все пытались вглядеться в снежную пелену. Ничего не было видно, но вдруг мне вновь почудилось, что один из сугробов перед нами слегка сдвинулся. Затаившись, мы присмотрелись внимательнее, и тут я четко увидел приблизившийся бугор, который вытянулся в знакомую страшную фигуру.

Огромный белый медведь стоял на задних лапах прямо передо мной! Чуть не поддавшись страху от рева дикого зверя, я собрался с духом и слегка отступил назад. Медведь упал на передние лапы и повернулся к нам боком. Все приготовились открыть огонь, как внезапно послышался женский голос:

– Не стреляйте! Смотрите! – задыхаясь от ветра, пыталась что-то сказать девушка без имени, указывая пальцем куда-то позади зверя.

За медведем прятался небольшой безобидный медвежонок, которого и защищал родитель.

– Нужно отпугнуть их! Мы не можем обходить их, иначе собьемся с пути и заблудимся, – старался докричаться я до остальных. Из-за снега и ветра мне с небывалым трудом давалось каждое слово.

Из-за моей спины вышел Гибддар и встал между мной и медведем. Что-то крикнув, он размахнулся и ударил своим посохом по снегу, подняв снежную волну. Медведи отступили, освободив нам дорогу, и мы аккуратно продолжили двигаться вперед. Казалось, даже густая снежная пелена немного посветлела, словно благодаря нас за милосердие, не давшее нам убить большого медведя и оставить медвежонка сиротой.

Но чем дальше, тем темнее становилось вокруг и тем страшнее было двигаться вперед, словно мы входили в чьи-то владения, в которых нас ждала неведомая опасность.

Мельком сверившись с картой, я убедился, что мы идем в правильном направлении. Уже вот-вот я узнаю наконец заветную тайну всей моей жизни: реален ли клинок?! Или каждый шаг в моем путешествии был бессмысленным и все мои испытания пройдены напрасно?

Двигаясь сквозь ветер и снег, я размышлял обо всем, что со мной приключилось, сколько невероятно трудных шагов я сделал, какое расстояние преодолел. Но тут мой взгляд зацепился за нечто невероятное. Темный силуэт высоких мачт, торчащий бушприт²⁸ указывали на то, что перед нами был старый корабль. Однако разглядеть его получше было еще очень сложно. Сначала я подумал о том, что мы сделали крюк и вернулись к нашему кораблю, но, подойдя ближе, понял, что его форма несколько отличается. Невероятно! Как он здесь оказался?

С трудом пытаясь разглядеть судно, я случайно заметил, как с вершины мачты, расправив длинные крылья, взлетело огромное существо, похожее на птицу. И если это действительно птица, то она была просто невероятных размеров.

– Вы видели? – прокричал один из матросов.

Значит, не одному мне почудилось, но что же это все-таки было?! Не успели мы задуматься об этом, как сверху послышался шорох гигантских крыльев. Подняв головы, уже все увидели огромный силуэт птицы, которая, спикировав сверху, схватила одного из наших и с громким, оглушительным криком, напоминавшим орлиный, вновь взмыла вверх, исчезнув в густой пелене снегопада.

– Быстро в укрытие! – скомандовал я.

Все побежали к кораблю, который был совсем близко. Прижавшись к доскам борта, мы приготовили оружие и устремили взоры ввысь. Нос корабля был задран кверху и очень наклонен, так что атаки с неба были нам пока что не страшны. Корма же уходила под снег – это значило, что снежный покров был на уровне палубы, и мы могли забраться на нее. Осмотрев всех, я понял, что пропал один из матросов. Жертвой мог оказаться любой из нас, и нужно было быстро смириться с утратой и спасаться самим.

– Мы можем укрыться на корабле! – крикнул я всем.

Прокравшись вдоль борта, мы завернули на палубу, уходившую под снег. На поверхности была лишь малая часть корабля, а отверстие на палубе, ведущее в трюм, было открыто.

– Быстро внутрь!

Мы побежали вверх, а над нами вновь послышались взмахи крыльев и закачалась мачта. На сей раз птица не успела, и нам всем удалось запрыгнуть внутрь корабля. Соскользнув по снегу, попавшему сюда через отверстие, мы сбились в кучу возле одной из стен трюма.

Какое-то время можно было чувствовать себя в безопасности, но долго здесь оставаться не стоило. Сквозь щели в палубе внутрь попадали снежинки. Потрескавшиеся доски не могли служить надежной защитой от массивной птицы, которая запросто могла их проломить, поэтому нужно было спуститься немного ниже.

– Надо исследовать корабль, – заглядывая в темный проход, ведущий в глубь судна, негромко сказал я.

Найдя пару старых ламп, мы спустились по ступенькам.

– Откуда здесь корабль?! – не сдержав удивления, спросил Шрам и добавил пару крепких словечек.

– Не так уж важно, откуда, никто из нас все равно этого не знает. – Я поднял лампу и взглянул на карту, а затем дальше в темноту трюма: – Гораздо важнее, что, судя по карте, мы на месте.

– Может быть, клинок на корабле? – предположила девушка.

– Нет, – коротко отрезал я, поскольку говорить про свое видение мне не хотелось.

Достав пистолет и держа перед собой лампу, я направился глубже в трюм, а остальные вереницей потянулись вслед за мной. Корабль был огромный, широкий, из-за чего помещения и коридоры внутри него походили на лабиринт. Хотя судно меньших размеров, например, как наше, не смогло бы забраться так далеко: мешал бы плотный лед. Вероятно, как раз благодаря массивности этому кораблю удалось попасть сюда. Хоть это можно было понять и объяснить.

Темнота и наклоненное положение корабля усложняли продвижение вперед, и даже несмотря на то, что я прекрасно разбирался в судостроении, мне было сложно сориентироваться здесь. Очень не хватало Джона Лорди: он-то оказался бы тут в своей стихии.

Шаг за шагом мы погружались в темноту трюмов заброшенного корабля, поворачивая по обледенелым коридорам, проходя мимо промороженных стен. Очередной поворот – и луч от фонаря, внутри которого горела свечка, скользнул в угол, осветив то, чего, в принципе, следовало ожидать, но что все равно до смерти меня испугало. На полу, прислонившись спиной к стене, сидел мертвец.

Замерзнув, тело не разложилось, и вместо привычного скелета в одежде перед нами предстал полностью сохранившийся труп – просто мертвый человек, лицо которого было искорежено смертью и временем. Распахнутые обледенелые глаза, открытый рот и свернутая в сторону челюсть. Он был убит здесь! Еще при входе в трюм меня посетила мысль, не внутри ли корабля располагалось гнездо огромной птицы, но, увидев целое, нетронутое тело, я понял, что это не так.

Из раздумья меня вывел короткий сдавленный визг девушки, которая, подойдя ко мне, заметила мертвеца и, видимо, испытала тот же страх, что и я. Такая участь ждала почти каждого, кто видел труп.