Андрей Лео – Сделай, что сможешь (страница 65)

Ладно, завтра в мастерскую не пойду, там и без меня справятся. Посижу-ка я лучше в гостиной с женским обществом, посмотрю на дам, которых я заинтересовал.

Мда… мы предполагаем, а бог располагает. С утра всё ж таки пришлось по делам отправиться. Через час после открытия косметсалона к дому на своей бричке подкатил купец Кузнецов, да не один, а с представителем Абаканского железоделательного завода. Сей приказчик прибыл с очень вкусным для нашего с Потапом Владимировичем предприятия предложением — о поставках дешёвого металла, причём хорошего качества и в том виде, который нам нужен.

Завод всего несколько лет как открылся и сейчас пытается значительно увеличить выпуск продукции и, соответственно, расширить рынок сбыта для неё. Расположен он в верховьях Енисея, не так далеко от нас. И хоть себестоимость выплавки железа у них выше, чем на Урале, но за счёт копеечной доставки итоговая цена заметно выигрывает. Транспортировку заказанных товаров брался организовать Пётр Иванович, он будет сплавлять их вниз по реке на своих баржах до самого Красноярска.

Порадовало наличие у приказчика большого количества образцов производимой заводом стали и мягкого железа. Эх… я с лёгкой грустью окинул взглядом дам, собравшихся в гостиной, и рванул с нежданными гостями в мастерскую. Первым делом, первым делом пароходы, ну а девушек оценим и потом. До обеда с напарником издевались над привезёнными железячками, а затем полдня торговались и уточняли сроки поставок. К вечеру успели обсудить все вопросы и, довольные, ударили по рукам.

Много чего назаказывали. Нам уйма железа нужна, замыслов-то ого-го сколько! Но, конечно, самое главное — мы смогли подобрать мягкую эластичную сталь для парового котла. Металл, как известно, при нагреве расширяется, но, к сожалению, в котле этот процесс идёт неравномерно: сначала прогревается топка, потом постепенно остальное. Паровик, как тут говорят, дышит, и жесткая сталь просто не выдержит постоянных напряжений при нагреве и охлаждении — лопнет.

Да, вовремя нам Пётр Иванович партнёра подогнал, иначе пришлось бы напарнику летом на Урал тащиться и размещать заказы там, а это потеря времени и денег на дорогу. Плюс ко всему заказанное смогли бы привезти только после морозов по зимнику. А с абаканским-то поставщиком как хорошо получилось — слегка железо погнули, потом чуть-чуть пальцы и сразу бумажки подписали. Отсыпали серебра в задаток и тут же, не отходя от кассы, обмыли сделку. И всё в один день. Ляпота!

Обрастаем связями, однако. Прогрессируем.

На следующий день я проснулся в прекрасном настроении и с огромным желанием разобраться, наконец, в женском вопросе. Утренние процедуры прошли в слегка возбуждённом состоянии, особенно физзарядка. Проводя бой с тенью, я, можно сказать, рвал и метал. Бедная тень просто не успевала уворачиваться и огребала по полной.

В гостиную к обществу наметил выйти примерно за час до обеда, в это время посетительниц обычно больше всего.

Перед выходом повертелся у зеркала, внимательно осмотрел себя и новый костюм. Отлично сидит! Впрочем, у Валерия Яковлевича по-другому и не бывает. Просьбы и пожелания он мои учёл, получилось что-то среднее между морским кителем и офицерским френчем времён первой мировой. Строго, элегантно, подчёркивает фигуру, а главное, мне к лицу. Блин, рожа, правда, в нём становится такая… мужественная, аж тошнит, а если подбородок немного вперёд выставить, то вообще жуть. Прям молодой орёл, высматривающий дичь, не иначе. Мне б ещё усы отрастить и гусарский ментик через плечо накинуть…

А что… в мундире я буду неотразим. Ха, кто о чём, а озабоченный всё о том же. Нет уж, военная служба нам нафиг не сдалась.

Хм, Сашок, а ты заметно подрос. До своих "официальных" шестнадцати с половиной, понятное дело, не дотягиваешь, но и не так мал, как полтора года назад. Мальчишкой, по крайней мере, не смотришься. То-то у женской половины интерес нарисовался! С такими темпами через год, глядишь, недоросликом перестанешь считаться. Мишкин папашка, говорят, ростом за два метра был. Ну… есть куда тянуться.

Спустился в гостиную, огляделся. Как обычно, идёт обсуждение городских новостей. Двенадцать барышень, из них семь завсегдатаек, не так и много для этого часа. Поздоровался со всеми. Костюмчик оценили сразу. За комплиментами и взаимными расшаркиваниями пролетело полчаса. Софа успела мне незаметно для окружающих показать двух застенчивых дам, проявивших ко мне интерес.

Это я удачно их застал! На личико симпатичные, о фигуре в этих платьях, конечно, трудно судить, но внешние контуры, во всяком случае, не пугают. Надо бы поговорить с каждой наедине и составить представление о характере. Да и на купчиху хотелось бы взглянуть, вдруг там "гарна дивчина", красоты неземной.

Тут какая-то новенькая дамочка, по виду из благородных, в наряде с обилием кружевных оборочек и светской томностью во взгляде, вдруг ни с того ни с сего ко мне громко обратилась:

— Александр, мы слышали, вы сочиняете и исполняете прекрасные любовные романсы. Не могли бы вы и нас порадовать своим пением?

Та-ак… похоже, косметологам придётся внушение сделать, слишком много лишнего выбалтывают.

Подумал сначала отказаться, мол, не в голосе я сегодня, но даму дружно и настойчиво поддержали все собравшиеся в гостиной. Сговорились они, что ли? Вижу, и босс мне многозначительно кивает. Мда… как-то петь я не собирался, но если для пользы дела… О, Машуля и гитару уже успела принести. Ну, раз женщины просят… то значит, сами и виноваты. Ох я щас спою! Чего бы такого слезливого выдать для разогрева публики?

Хм… а почему обязательно слезливого? Можно, например, Джо Дассена по-французски, чтоб, так сказать, прониклись моей аристократичностью. Ну а потом повторить то же самое, но по-русски, чтоб все поняли. Ага, а ещё можно вот эту штучку спеть и, пожалуй, вот эту. Ну и от Стаса Михайлова не забыть бы что-нибудь добавить… контрольным выстрелом.

Я уже взял первые аккорды и, изобразив на лице мечтательность, приготовился разбивать женские сердца, а дама в кружевах всё не успокаивается и лезет с уточнениями.

— Простите, Александр. Нам бы очень хотелось услышать первую написанную вами песню о любви. Ведь была же такая?

И опять окружающие поддержали просьбу неуёмной дамочки.

— Да, да, да! Непременно первую.

— И вторую!

— Ах, шарман, первые любовные переживания — это так романтично!

— Просим, просим!

Чёрт, весь настрой сбили! И что теперь исполнять? Ни одна из заготовленных песен на подростковые страдания как-то не тянет. Я юношеских любовных вообще чуть ли не с самого детства не пел. Да и что там петь, пионерско-страдальческий "Дым костра создаёт уют"? Так дамы не поймут.

Хм… может, Андрей Губин подойдёт? Точно! Правда, помню я из его репертуара всего три песни, но зато парочка из них идеально вписывается в образ влюблённого подростка. Вспомнить бы ещё все слова нормально, как-никак полгода назад записывал.

Мои бешеные мысленные метания пролетели для слушательниц незаметно, и под затихающие шепотки я начал наигрывать мелодию.

Лиза,

Ещё вчера мы были вдвоем,

Ещё вчера мы знали о том,

Как трудно будет нам с тобой расстаться, Лиза,

И новой встречи ждать день за днем…

А хорошо слушают! Дама в кружевах даже про веер забыла, многие дыхание затаили, хоть картину с них пиши — поражённые силой искусства. Ну, можно понять, с лирическими развлечениями у общества большой напряг, а тут песня о первой любви. Да ещё такая… завораживающая.

Слушатели только и успели на последних аккордах вздохнуть-выдохнуть, а я сразу без перерыва стал наигрывать следующую — "Милая моя далеко". Закрепляем успех, нельзя им сейчас давать выговориться.

Поймал себя на воспоминаниях из прошлого: вот так же сидел я в школьном дворе с гитарой, и окрестные девчонки заслушивались откровениями Высоцкого в моём исполнении. Мда… и в институтском стройотряде, и в студенческой общаге было то же самое, только песни звучали уже другие: студенческие, бардовские, "Машина времени", Битлы. Ну и, разумеется, что-то про любовь. Песни под гитару девушки всегда с удовольствием слушают. Жизнь течёт и неумолимо меняется, но многое, ох многое в ней повторяется.

Ладно, теперь нужно дать дамам отдышаться и пощебетать вволю. А я, послушав комментарии, настроюсь на продолжение.

Минуты две мне бурные восторги выражали и всё никак не могли успокоиться. Приятно, чёрт возьми! Затронул я, значит, "тонкие струны загадочной женской души". От такой оценки моего вокала настроение резко взлетело вверх. Ненадолго почувствовал себя султаном в любимом гареме. Но потом у меня начали выпытывать, кто же эта Лизавета, о любви к которой я такие прекрасные песни сочинил, и эйфория растаяла, как дым.

Бли-ин, не было печали! И как я не подумал, что к имени обязательно привяжутся? Попытался отмолчаться, но куда там! Дамы стали вспоминать места "моего" проживания в Сибири и всех Елизавет, там обитающих. Неприятно поразила прекрасная осведомлённость некоторых о жизненном пути Патрушевых в Енисейской губернии. Пришлось переводить стрелки на жизнь в столице до ссылки "отца". Санкт-Петербург далеко, ищите там, а в местной биографии не стоит копаться.

Мда… лет, правда, тогда младшему Патрушеву было всего ничего — десять-одинадцать. Вопрос: мог ли пацан в этом возрасте влюбиться? А песни написать? Ай, да бог с ним, очередное подтверждение репутации молодого да раннего уж вряд ли что изменит.