Андрей Ланиус – Трасса (страница 4)

— Девушка, вы не рассердитесь, если я приглашу вас в кино?

Она повернула голову. В ее взгляде не было ни робости, ни досады, ни растерянности. Спокойные, благожелательные глаза. Теперь он рассмотрел, что они пятнистые.

Нет, она не рассердилась, понял он. Быть может, и у нее хорошее настроение?

— Вы считаете, что это достаточно соблазнительное предложение? — спросила она, продолжая спокойно смотреть ему в глаза. Она была совершенно раскованна, ни грана напряжения. Это был вызов. Либо следовало его принять, либо ретироваться. И все же где-то в глубине ее глаз он угадывал интерес.

Он поднял брошенную перчатку.

— Все зависит от качества фильма и от личного отношения к искусству кино.

— И от погоды, — насмешливо заключила она. — Небольшое удовольствие высидеть в такую жару полтора часа в зале. Даже если качество фильма и личное отношение к искусству кино превосходны, — ее губы улыбнулись, но она по-прежнему испытывал его на прочность.

— А что, если нам более подробно обсудить этот серьезный вопрос в «Зарафшане»? Кондиционеры там сейчас воют вовсю.

Она продолжала крепко держать свой щит.

— А нет ли в вашем арсенале чего-нибудь менее стандартного, чем кино и ресторан? — губы улыбались все так же насмешливо.

И все же она ждала — то ли его отступления, то ли ловкого ответного хода. И вдохновение пришло.

— Сколько угодно, — с легкой небрежностью ответил он.

— Например?

— Например, белая яхта, зеленый мерседес, синее море и необитаемый остров.

Кажется, он выбил щит из ее рук, хотя защита продолжалась.

— Разумеется, все это существует в вашем богатом воображении?

Он пожал плечами.

— Вы недооцениваете мое воображение.

— Интересно… — по слогам произнесла она.

— Тогда слушайте внимательно, — он заговорил быстро, чувствуя, что можно, наконец, завладеть инициативой. — В субботу на конечной станции метро — возле автовокзала — вас будет ждать зеленый мерседес. Ровно в семь утра.

— В семь утра? Очень удобное время для свиданий.

— Зато нестандартное. За рулем будет известный вам молодой человек. Сразу же машина набирает приличествующую ей скорость и через несколько десятков минут подкатывает к синему морю, где путников уже поджидает белоснежная яхта. Не теряя ни секунды, яхта выходит в открытый океан и после получасового плавания бросает якорь у необитаемого острова, где уже дымится шашлык.

Она рассмеялась, на этот раз смех был доброжелательным.

— Откуда же на необитаемом острове шашлык?

— А это чудо. Самое обыкновенное чудо. Причем не единственное. Их целый набор — прозрачная вода, песок, чистый воздух. Перед заходом солнца вас доставят прямо до вашего подъезда. Гарантия.

— Просто сказка… — произнесла она не то с иронией, не то задумавшись. — Уж не принц ли вы?

— Он самый, угадали.

— Ну, что ж, спасибо за приятную беседу. Однако, мне пора. Прощайте, принц.

— До свидания, ваше величество. Не забудьте же, в семь утра.

Она улыбнулась и пошла к подземному переходу.

Сегодня был четверг, до субботы уйма времени. До субботы он, конечно же, успеет подготовиться. Но придет ли она?

* * *

Были — и синее море, и необитаемый остров, и белая яхта, и зеленый мерседес. С известной долей приближения, разумеется.

В ту пору участок, на котором работал Дмитрий, базировался неподалеку от Кайраккумского водохранилища — внушительной котловины 80-километровой длины, заполненной водами Сырдарьи. Чем не море — тем более для жителя Средней Азии?

Летом, когда наступал сезон поливов, уровень воды в водохранилище падал, при этом кое-где обнажались островки. Естественно, они были необитаемы.

На правом — высоком — берегу, как грибы после дождя выросли дома отдыха, пансионаты, санатории. Чтобы отдыхающие не скучали, на водную гладь выпустили целую флотилию лодок, водяных велосипедов, прогулочных катеров. С капитаном одного из таких катеров — Валерой — Дмитрий по чистой случайности свел знакомство, оказавшееся прочным. Валера ему говорил: «Приходи в любое время, один или с подругой. На два-три часа катер твой. Только предупреди заранее».

Был и зеленый мерседес. Степан Афанасьевич Бутенко, как заслуженный энергетик республики, получил право приобрести в мехколонне списанный «газик». Бутенко перебрал его по винтикам, заменил, что мог. Машина обрела вторую жизнь. Рабочие в шутку окрестили ее «мерседесом». Дмитрий уже давно мечтал выучиться вождению, и однажды проговорился об этом старику. Бутенко, симпатизировавший молодому прорабу, лично преподал Дмитрию первые уроки вождения, а затем помог устроиться на курсы. Дело пошло, и вскоре Бутенко без опаски доверял Дмитрию руль своего «мерседеса».

Дмитрий идеально подготовился к свиданию. Накануне купил на базаре баранину, замариновал ее с луком, припас хорошего вина и отвез все на «Альбатрос», еще раз напомнив Валере о завтрашней «морской» прогулке. Бравый капитан даже обиделся, что его заподозрили в забывчивости.

* * *

Дмитрий сидел в видавшем виды «газике» и посматривал на оба хода из метро. Когда минуло 15 минут после семи, он сказал себе, что она не придет. Ему вдруг стало грустно. Сейчас он вернет машину хозяину, а сам займется генеральной уборкой квартиры. Давно уже пора.

Должно быть подъехал очередной поезд метро. На поверхность поднялось несколько старух в национальных одеждах, полдюжины молодых людей с поклажей, какой-то гигант в темных очках.

Ясно, она не придет. Не стоило и надеяться.

— Доброе утро! — послышалось сзади.

Он стремительно обернулся. Она! В летнем платье с глубоким вырезом, улыбчивая, уверенная, свежая — она выглядела еще очаровательнее, чем тогда в ЦУМе.

— Ох! — только и выдохнул Дмитрий. — Вы случайно не с неба спустились?

— Приехала на троллейбусе.

Вот разиня, забыл про троллейбус! Он распахнул дверцу.

— Прошу, ваше величество! Она улыбнулась:

— Если это мерседес, то могу представить, на что похожа белая яхта!

— Смейтесь, смейтесь! Сейчас увидите, каков этот лимузин на ходу.

Она бросила на заднее сиденье спортивную сумку:

— Тогда — вперед.

Дмитрий нажал на газ, тотчас ощутив себя увереннее. Она в машине! Теперь ему казалось, что по-настоящему он ни секунды не сомневался, что она придет.

Автомобиль был уже за городом. Дмитрий то и дело поглядывал на спутницу.

— Почему вы все время улыбаетесь? — спросила она, поправляя привычным, видимо, жестом завиток рыжеватых волос над ухом.

— Пытаюсь вызвать ответную реакцию. Из корыстных побуждений. Знаете же, что у вас красивая улыбка. Улыбайтесь, пожалуйста, чаще. Если нетрудно. Это придает мерседесу дополнительную скорость.

Дмитрий без труда обошел новенькие «Жигули».

— Ну, как мерседес?

— Шик!

— Между прочим, на заднем сиденье магнитофон. Вы любите эстраду?

— Очень.

Асфальт летел под колеса. Обычно Дмитрий предельно сосредотачивался за рулем. Так было и сейчас. Но он ни на миг не забывал, что она сидит рядом, и радость не покидала его.

До Кайраккума доехали за два с половиной часа. Еще издали — с плотины — Дмитрий разглядел «Альбатрос». Все же Валера — железный человек.

День обещал быть чудесным. Пляж заполнялся на глазах. В воде у самого бережка визжали малыши. Смельчаки, как водится, заплывали за буи, загорелые парни со спасательных шлюпок уговаривали их вернуться. Лодки, надувные матрасы, катамараны были нарасхват.

Поставив машину на стоянку, Дмитрий повел Наташу к «Альбатросу». Заметив их, Валера выбросил трап.