Андрей Ланиус – Оборотень Старого парка (страница 6)
Он говорил абсолютно (!)серьезно . Представляю , что думал по этому поводу следователь , которому мой учёный брат втолковывал все это слово в слово.
–Меня, конечно ,страшно удивило ,что оборотень грызет ее руку, ведь в летописях не зафиксировано ни одного такого случая. Все источники утверждают, что сначала он выгрызает внутренности…
Признаться , меня эти подробности сейчас не интересовали. Мне не терпелось узнать , каковы последствия происшествия в музее и в чем конкретно обвиняется брат.
Дела оказались хуже , чем я мог предположить.
Брат – увалень , но не трус. Он бросился к служебной лестнице , под которой висел пожарный щит , сорвал с него багор с металлическим наконечником и помчался на выручку.Но оборотня и след простыл. Дежурная лежала в луже крови.Она была мертва,тело еще не остыло. И тянуло гарью.Алексей растерялся ,заметался и стал затаптывать следы.
Придя в себя,он бросился к телефону.Связь отсутствовала.Молчали городские телефоны,молчал ближайщий милицейский пост.Клубы едкого дыма уже плыли по вестибюлю,но пожарная сигнализация молчала.Брат бросился через служебный вход на площадь.Ошалевший ,с выпученными глазами, руки в крови и в таком виде он налетел на патрульную машину, И тут, как по заказу, во дворце завыла сирена пожарной сигнализации.Вскоре подъехали пожарные.
Его продержали в милиции почти сутки и отпустили под о невыезде.Дело передали в прокуратуру. К следователю вызывают почти каждый день.Фамилия у следователя подходящая —Цинюк.
Естественно,никаких следов пребывания оборотня во дворце милиция не обнаружила.
Также не обнаружила никаких следов пребывания в музее посторонних в ту ночь. Нет и следов, указывающих на проникновение в здание извне. Все внутренние двери закрыты, стекла целы, телефоны и системы сигнализации исправны. Даже на трубке внутреннего телефона отсутствуют отпечатки пальцев! Есть только труп жежурной Спиридоновой Галины Андреевны.Судебный врач установил,что она скончалась от обширного инфаркта,вызванного болевым шоком.На ее правой руке была страшная рваная рана,нанесенная неизвестным предметом.Вызванный из дома директор музея Перехватин Тихон Анатольевич,осмотрев экспозицию,тут же заявил о пропаже экспоната- того самого легендарного капкана графа Половецкого,изготовленного в форме челюстей крокодила.Этото экспонат был выставлен в так называемом «Зале оборотня».
Замеры,произведенные по сохранившимся фотографиям и рисункам капкана, неопровержимо показывал ,что дежурная стала жертвой именно этого страшного по своей силе орудия.
Тем временем погасили возгорание в музее и установили причину: короткое замыкание в электрической цепи, вызванное включением кипятильника большой мощности, оставленного без присмотра в кабинете Алексея.
В настоящие время следователь Цинюк придерживается следующей версии. Алексей, человек рассеянный и увлекающийся, включил в своем кабинете стационарно установленный титан для кипячения воды, после чего перешел в библиотеку, начисто забыв о включенном электроприборе. Позже Алексей спустился из библиотеки в вестибюль , где разговорился со Спиридоновой. Все музейные сотрудники хорошо знали, что Алексей склонен обсуждать тему оборотня когда угодно и с кем угодно. Вероятно, в ходе завязавшийся беседы он принес в вестибюль злополучный капкан и попытался объяснить дежурной принцип его действия. В результате неосторожного обращения с опасным предметом капкан защелкнулся , травмировал руку дежурной , которая скончалась от сильного испуга и болевого шока.
Тем временем коридор дворца начал наполняться дымом из загоревшейся часовни, не подключенной к системе пожарной сигнализации и использовавшейся как склад, в том числе строительных материалов. Выяснилось, что некоторые провода, проходящие через часовню, были соединены методом скрутки. Длительно работающий мощный титан накалил одну из таких скруток, от той начала тлеть изоляция, затем воспламенилась ветошь, и начался пожар.
Перепугавшийся Алексей принялся заметать следы. Прежде всего он отключил пожарную сигнализацию, затем бросился на улицу, чтобы спрятать злополучный капкан. На обратном пути его задержал милицейский патруль, который и поднял тревогу, а затем вызвал пожарных и скорую.
Что ж, надо признать Цинюк выдвинул достаточно стройную версию.
Влип брат крепко,дело было за недостающей уликой—тем самым капканом.Цинюк уговаривал Алексея показать,куда он спрятал старинную железку.Обещал устроить явку с повинной,намекал на снисхождения суда,на амнистию.
Алексей же лишь улыбался и в ответ рассказывал о крокодиле с волчьей шерстью.
– Из музея что-нибудь пропало? – поинтересовался я.
– С лужайки за дворцом исчезла хорошо известная тебе бронзовая скульптура графини. Никто не может понять, как же ее сняли. Вокруг того места даже трава не примята
Послышался протяжный гудок. Со стороны Старощанского поселка подкатила электричка.
Едва двери распахнулись, как из вагонов повалила бойкая толпа, тут же бросившаяся на привокзальную площадь – на штурм старенького автобуса. Под напором разгоряченной массы тот закачался, как ванька-встанька. Не прошло и минуты, как он был набит под завязку.
– Ну вот! – сокрушенно вздохнул Алексей. – Теперь придется полчаса ждать следующего. А могли бы спокойно сесть.
Я пропустил его реплику мимо ушей.
– Ладно, образ мыслей твоего следователя Цинюка мне теперь более или менее ясен. Кстати, что он за человек: молодой, старый?
– Мой ровесник.
– Тогда вам должно быть проще найти общий язык. А ты сам, брат? У тебя есть какая-нибудь версия?
Он снова поднял на меня глаза и проговорил очень спокойно:
– Пожалуйста, не считай меня идиотом. Я не хуже тебя понимаю, что все это выглядит очень странно. Но сам я не могу в этом разобраться. Вот и пускай разбирается следствие. Но я считаю, что лично я не имею права врать. Какими бы нелепыми ни казались мои показания, я должен говорить только то, что видел собственными глазами. Иначе затем, когда все прояснится, я окажусь в двусмысленном положении. А я этого не хочу, вот так-то, дорогой братец! Поэтому свои мудрые советы можешь приберечь для другого случая! Все! Айда на остановку! Кажется, подъезжает “заказной”. Не то дома нас потеряют. – Он подхватил обе наши сумки и двинулся к площади.
Никакого “заказного” мы, конечно, ждать не стали. На площади я тормознул первого же частника, и он с большой охотой согласился довезти нас до места.
– А скажи-ка, братец, как там поживает полковник Владимир Саксонов? – спросил я по пути.
– Не знаю, давно его не видел, – мотнул головой Алексей. – Но матушка, по-моему, сильно обижена на него за что-то.
Глава 5 Звонок полковника
В дни молодости, когда мне довелось немало поскитаться не только по общежитиям и чужим углам, но и по вагончикам, палаткам и даже землянкам, отчий дом рисовался моему воображению этакой уютной и тихой обителью, куда не долетают отзвуки житейских бурь.
В действительности все выглядело много прозаичнее. Обитель помещалась в двухэтажном кирпичном здании на шестнадцать квартир, с тесными подъездами и скрипучими лестницами в них. Квартиры были маленькие, комнаты смежные, удобства совмещенные.
За последнее время домик, казалось, стал еще меньше. И все-таки это был родительский кров.
Не успели мы выбраться на тротуар, как из ближнего подъезда выбежала мама и бросилась к нам.
На маминых глазах были слезы – при случае она любит всплакнуть.
– Господи, наконец-то! Дай-ка я на тебя посмотрю… Молодец… Хорошо выглядишь, сынок! А это Дина? Хорошенькая…
Тем временем из подъезда выплыла Лиля – крупная и румяная женщина в духе кустодиевских мадонн. Она и в юности была крупной и румяной, что было ей весьма к лицу. Но сейчас приятная полнота начала переходить в тучность, здорового румянца уже коснулась легкая сеточка морщинок, будто заранее готовя Лилю к роли бабушки.
Как и Алексей, Лиля тоже не желала замечать “грубых” реалий жизни, найдя для себя отдушину в мире классической русской литературы, золотой век которой, по ее убеждению, закончился после Льва Толстого и Чехова. Детективы, мистика, ужастики и эротические романы наводят на нее священный ужас. Лиля до сих пор не разучилась краснеть как девочка. Вот и сейчас при виде Клары ее щеки стали пунцовыми.
Мы по-родственному расцеловались, после чего я представил ей свою спутницу и поинтересовался:
– А где же молодая поросль? Кто дал ей право отлынивать от встречи с любимым дядюшкой?
– У молодой поросли сегодня собеседования в вузе.
– Вот как? Так она готовится стать студенткой? В педагогическом?
– Да, на факультет русского языка и литературы. На вечернее отделение.
– Ага, значит, пошла по маминым стопам. Жениха еще нет?
– Что вы,Дмитрий! – Лиля даже покраснела, будто я сказал что-то непристойное. (Кстати, она единственная из моих родственниц, да и знакомых тоже, кто всегда называет меня полным именем.) – Она же еще ребенок!
– Все! – решительно вмешалась мама. – Пойдемте в дом. Нечего вести разговоры на улице. Слава богу, нам есть, где собраться. Ну, Лиля, зови же гостей к столу! – Слез нет уже и в помине, мама снова вошла в роль хозяйки-распорядительницы дома.
Поднимаемся на второй этаж. Старенькая лестница скрипит и прогибается под нашей тяжестью, будто жалуясь на горькую жизнь. Прихожая такая тесная, что разуваться надо по очереди.