Андрей Кузнецов – Заикание: ставка-жизнь (страница 4)
Разговор о заикании
Повзрослев, я решил найти ответы на скопившиеся вопросы, но их некому было задать. В социальных группах заикающихся людей я увидел сообщение от девушки, которая просила помощи, потому что её маленькая дочь стала стыдиться своей сильно заикающейся мамы. Захотелось её поддержать советом, а заодно задать пару вопросов. Затронул и тему пересказа.
– А как у вас с пересказом текста было раньше? В школе, легко давался пересказ или нет? – Спросил я в надежде, что её ответ должен совпасть с моей историей.
– Отлично. Да и память хорошая. Один раз стоило прочитать, и запомнила уже текст. – ответила она.
Я смутился: у неё, в отличие от меня, с устным пересказом всё было в порядке. Казалось, разговор можно заканчивать, но, раз уж я завёл беседу и начал спрашивать, то решил узнать больше:
– Интересно, а рассказывали своими словами или по тексту?
– Практически по тексту. Даже сложные слова быстро запоминались. Я до того ещё как заикаться начала очень быстро читала в 1 классе быстрее всех детей. Память и скорочтение шли на ура. – ответила она.
– Вы начали заикаться после 1 класса?
– В 9 лет. Из-за музыкальной школы. Там была преподавательница, которую я очень боялась. Перед занятием с ней чесаться даже начинала. А потом я говорю-говорю и замолчу. Говорила, что у меня язык какой-то непослушный. Так всё и началось.
Как раз недавно я спрашивал своего отца о брате. Отец утвердительно сказал, что мой брат начал заикаться в детском саду, его там воспитательница достала, делая замечания, что он неправильно к ней обращается, постоянно говорила: «неправильно, повтори ещё раз».
– Она говорила что-то вроде: «неправильно, повтори ещё раз»? – спросил я.
– Да. – ответила она.
Становилось горячо, но мне оставалось непонятно: как она учила в старших классах школы тексты для пересказа по литературе и истории? Они же были огромными! Я провёл не один час, чтобы выучить их и предпочитал прогуливать эти уроки.
– А в школьном возрасте, более сложные тексты для пересказа учили или раз прочитали и своими словами рассказали?
– Нет, не учила. Память осталась хорошая. Я буквально по тексту рассказывала. Знала даже, где одна глава заканчивается и начинается другая.
– Имеете в виду, когда рассказывали, книгу перед собой представляли и читали текст? – переспросил я. Я не просто так задал этот вопрос – это делал я сам, когда рассказывал выученные наизусть тексты.
– Да. Представляла. У меня, в общем-то, фантазия развита, всё часто представляю.
– Хорошая фантазия! – на моём лице заблестела улыбка. Ведь теперь я знал, что такая фантазия, была не только у меня.
Мы оба представляли перед собой открытую книгу и читали, вместо того, чтобы говорить своими словами. Разница была только в нашей памяти: я – абсолютно ничего не мог запомнить, она – запоминала абсолютно всё, при первом же чтении. «Вот это талант!» – подумал я, мне о таком таланте можно только мечтать, что я, собственно говоря, и делаю.
Я напоследок переспросил:
– То есть я правильно понял: когда вы выходили пересказывать текст, представляли перед своими глазами книгу и читали текст? Грубо говоря?
Незамедлительно я получил ответ:
– Да.
Часть 2: Заикание
Галилео Галилей
Задание 2: Чтение на видеокамеру
Теперь читайте книгу не в микрофон, а на видеокамеру. Можно использовать камеру в телефоне. Если у вас нет видеокамеры – продолжайте чтение в микрофон.
1. Включите камеру и поставьте её так, чтобы вас было хорошо видно.
2. Продолжайте чтение книги вслух.
3. После прочтения каждой главы останавливайте и просматривайте запись.
4. Меняйте положение камеры, ставя её с разных сторон.
Заикание
Прежде чем начинать разговор о заикании, было бы неплохо дать ему определение, а для этого необходимо сначала ответить на вопрос: что такое речь? Да, заикающийся человек не знает, а только смутно представляет, что из себя представляет это слово. Более того люди, умеющие разговаривать сами не знают, как у них это получается. Дело в том, что язык, на котором мы разговариваем, будь то английский, немецкий, китайский или русский – не упал на нас с неба, а был придуман самим человеком. Изначально языков не было вообще, люди разговаривали на языке жестов и звуков, а когда нужно было объяснить необъяснимое – рисовали палкой на земле. Многие об этом забыли, но сегодня этот способ тоже работает, например, когда люди заблудились в лесу и пытаются понять, как им оттуда выйти.
Рисовать на земле не всегда удобно, поэтому предметам и обстоятельствам были придуманы названия, а названиям определения. Словарный запас расширялся и постепенно переместился с земли на стены пещер и, как следствие, в головы людей. Сегодня об этом переезде вспоминают только археологи, поэтому заглянув в словарные определения заикания и речи можно запутаться. Я же даю свои собственные определения в очень простом, простом и расширенном вариантах.
Очень простое: Речь – это произнесение слов.
Простое: Речь – это умение выражать свои мысли.
Расширенное: Речь – это умение составлять слова в осмысленные предложения с их одновременным автоматическим воспроизведением.
Теперь, когда стало известно, что такое речь – можно дать определение и заиканию.
Очень простое: Заикание – это неумение произносить слова.
Простое: Заикание – это неумение выражать свои мысли.
Расширенное: Заикание – это неумение составлять слова в осмысленные предложения с их одновременным автоматическим воспроизведением.
Этот подход, в определении заикания через речь, оказался ключевым. Люди начинали бороться с заиканием, не зная не только что такое заикание, но и что такое речь. Заикающийся человек не умеет составлять слова в осмысленные предложения и ему всего лишь нужно этому научиться.
Первые пришедшие в голову определения речи и заикания попали в самую точку, поскольку заикание – это проблема не столько речи, сколько мышления. В течение жизни я не мог своими словами поздравить с днём рождения, свадьбой или другим праздником просто потому, что у меня не было мыслей, я не знал, как это делается. Я научился контролировать речь и читать по тексту, а не разговаривать. Но это не повод отчаиваться и опускать руки. Эта книга является доказательством возможности развития мышления и, независимо от возраста, речь может полностью восстановиться и стать естественным атрибутом жизни. Для этого нет преград.
Страх
«Я заикаюсь, когда волнуюсь» – отвечал я, когда люди видели на моём лице такую картину: «рот открыт, лицо перекорчено, паузы». Отчего же возникают волнения и спазмы? Если вы не заикаетесь и читаете книгу, чтобы помочь другу, ребёнку или являетесь учёным, то не можете знать, что происходит в голове заикающегося человека, который давно ответил на поставленный вопрос.
Перед тем как появляется спазм, возникает страх, вызывающий сотни прокручиваний слов. Например, человек пошёл в продуктовый магазин, без системы самообслуживания. Выйдя из дома и направившись в сторону магазина, появляется страх, который охватывает все мысли человека. Это далеко не первый поход в магазин поэтому страх возникает раньше, ещё тогда, когда он только узнаёт, что предстоит пойти за покупками.
Горе-покупатель начинает репетировать речь – то, что ему нужно сказать: «батон и молоко». В пути он продолжает тренироваться: «батон и молоко, батон и молоко, батон и молоко, батон и молоко, батон и молоко». Увидев продавца и встав в очередь, повторяет слова с ещё большей скоростью. Сама очередь и присутствие посторонних людей вызывают такой страх, как будто он находится в воде далеко от берега и прямо на него плывёт акула.
Когда подошла очередь, и продавец спрашивает: «что вам?» – происходит два варианта развития событий:
1. Продавец видит: рот открыт, лицо перекорчено, паузы. Покупатель выдавливает из себя «б-б-ба-бат-он и м-м-мо-локо». До конца этого дня он будет себя ненавидеть, ощущая при этом: стыд, позор, жалость, бесчестье, обиду, досаду, унижение и другие неприятные чувства, всего от одного этого случая.
2. Покупатель, понимает, что не сможет сказать «батон и молоко» без заикания и говорит: «мне триста грамм сыра». Берёт его и уходит. Он не раскрыл заикание, сказав первое, что пришло в голову, но неприятный осадок остался ничуть не меньше, чем после первого варианта. К тому же он купил не то, что хотел.
Страх появился тогда, когда человек решил пойти в магазин, а спазм и сбитое дыхание – это следствия и не являются причинами заикания. Все вступают в борьбу со страхом, полагая, что избавившись от него, заикание пройдёт, но этого не происходит, потому что страх – не является причиной заикания, как думали многие. Это не простой страх – это страх опасности, инстинкт самосохранения. Не бояться опасности угрозы жизни – противоестественно. Не нервничать, не волноваться и спокойно дышать, когда к вам приближается акула – невозможно. Страх никуда не пропадёт, так же как не появится речь, потому что у него есть название: «Я боюсь, что не смогу сказать».
Мозгу человека прекрасно известно, что разговаривать он не умеет и заикания не избежать. Именно этого он боится и ничего не изменится пока навык «речь» не появится физически. Поэтому проходить через огонь и воду: приставать к прохожим с вопросами, залезать на столб и проявлять оттуда ораторские способности – будет также бесполезно, как уехать в деревню и молчать там три месяца. Обучение разговорной речи является единственным способом избавления от заикания – выбить клин клином. Если человек сможет отказаться от слов «батон и молоко», а вместо этого научиться разговаривать на основе их образов, то заиканию не останется места. Это не только автоматически устранит сбитое дыхание и спазмы, но и избавит от страха говорить.