Андрей Кузнецов – Московские каникулы (страница 29)

И стала домом армия для каждого из нас.               Дай руку, брат солдат!               Нелегок путь и далеко привал.               И чтоб никто в походе не отстал,               Дай руку, брат солдат! Вчерашние ребята, сегодня мы солдаты, И если вновь сиреной взорвется тишина, Нас в строй поставят свято суровые комбаты И выдаст нам скупой НЗ бывалый старшина.               Дай руку, брат солдат!               Нелегок путь и далеко привал.               И чтоб никто в походе не отстал,               Дай руку, брат солдат! Отслужим мы, ребята, но каждый пусть солдатом Останется душою, где бы ни трудились мы. Сегодня ж мы с тобою себя готовим к бою. Мы всё с тобою сделаем, чтоб не было войны!               Дай руку, брат солдат!               Нелегок путь и далеко привал.               И чтоб никто в походе не отстал,               Дай руку, брат солдат!

Т а м а р а (по окончании песни). Просто молодцы! (Кириллу.) Что там у вас дальше в программе концерта?

К и р и л л. Раиса, помнится, у тебя проигрыватель был?

Р а и с а. Что ж, если помнится, значит, был… (Достает проигрыватель.)

К и р и л л. Тогда танцы с самыми красивыми девушками!

С и з о в а (негодующе). Опять с красивыми? А некрасивым куда деваться?

К и р и л л. Мамаша, даю поправку: дамы приглашают кавалеров!

С и з о в а. Вот это другое дело.

К и р и л л. Внимание! Вальс!

Звучит вальс. Раиса видит, что Кирилл ждет приглашения Тамары, и подходит к нему.

Р а и с а. Станцуем?

К и р и л л (без воодушевления). Можно…

Р а и с а (усмехнувшись). Осчастливил…

Танцуют.

С и з о в а. Эхма, хоть раз в жизни с главным врачом сплясать! (Хрусталеву.) Не побрезгуешь?

Х р у с т а л е в (укоризненно). И вам не стыдно, Марья Васильевна? За честь сочту!

С и з о в а. Только я не так, как нынешние, я как при царе Горохе…

Х р у с т а л е в. Так ведь и я не нынешний.

С и з о в а. Тогда пошли.

Танцуют.

Ты не прибедняйся, Борис Федорович, девки этого не любят… Мне бы твои сорок лет…

Х р у с т а л е в. С хвостиком, Марья Васильевна!

С и з о в а. Я и на хвостик согласная…

Женя направляется в ту сторону, где стоят Юлька и Ковтун. Увидев это, Юлька с готовностью отставляет аккордеон, но Женя подходит к Ковтуну.

Ж е н я. Пойдемте?

К о в т у н (испуганно). Что вы! Я плохо…

Ж е н я. Надо же когда-нибудь учиться… (Уводит Ковтуна.) И вовсе вы не плохо… Просто смелей нужно, понимаете?

Т а м а р а (Сергею). Увы, сержант, вам не повезло. Осталась одна я… Объявим мирное сосуществование на время вальса?

С е р г е й. А я ведь сказал, доктор, я за мир на вечные времена.

Т а м а р а (улыбаясь). Дай руку, брат солдат…

Танцуют.

Р а и с а (Кириллу). Думаешь, не вижу — к докторше подсыпаешься? Только не по себе, солдатик, сук рубишь. Там начальство ближе.

К и р и л л. Ну, это не твоя забота. И вообще, Раиса, что было — то было. А дальше — все.

Р а и с а. Можешь не разъяснять, я понятливая. Значит, в училище подал, в офицеры метишь?

К и р и л л. А этот вопрос — к чему?

Р а и с а. Все к тому же. Негоже, мол, будущему офицеру с простым завмагом крутить? Только учти, Кирюша, иной завмаг десяток таких докториц купить и продать может. С потрохами!

К и р и л л. Ну, это уж совсем какой-то ненужный, магазинный разговор пошел… Мы с тобой, Раиса, были люди свободные, свободными и остались. Что ты, что я. И давай не портить вечера лишними словами. Так оно лучше будет.

Р а и с а. Что было — помним. Что будет — поглядим.

К и р и л л. Вот и прелестно.

Т а м а р а (Сергею). А вы хорошо танцуете, сержант…

С е р г е й (с нарочитой галантностью). Как и полагается будущему офицеру.

Т а м а р а. Лучше бы вы сказали, что просто любите танцевать.

С е р г е й (улыбнувшись). И это есть немножко…

Т а м а р а. Я счастлива, что и у вас нашлась хоть одна человеческая слабость…

С е р г е й. Эх, Тамара Викторовна, слабостей у нас у обоих с вами хватает. Только мы такие — умеем себя в струне держать. Верно я понимаю?