Андрей Куценко – Геном Пандоры: селекция (страница 10)

Вольготно первое время могут себя чувствовать лишь те, кто имеет аварийный контур электроснабжения. Правительственные здания, убежища и некоторые спецобъекты. К которым и относилась лаборатория профессора Беляева. В общем, при всем богатстве выбора другой альтернативы не было. А это значит покинуть свое убежище придется в ближайшее время. А лучше прямо сейчас.

— Мия, что сейчас на улицах?

— Дроны обследовали сектор и удалились, забрав двух выживших.

— Мия, сохрани запись видео на локальный диск спейсера, — приказал я.

Профессору, наверное, стоит узнать, как теперь действует правительство. На случай, если он решит с ними сотрудничать.

А я теперь могу выйти и попробовать добраться до отделения полиции. Второй раз в тот же сектор патруль заглянет нескоро.

Я подошёл к дверям, потрогал пистолеты, закрепленные на поясе. Вынул один и снял с предохранителя. Внутренне собрался.

Входная дверь тихонько щёлкнула, наполняя воздух неприятными запахами. Я поморщился и осознал очередную истину. Миллионы трупов на улицах и в домах превратят огромный мегаполис в очаг чумы невиданных размеров. И убирать их никто не будет. Дня через три даже выйти на улицу без специального снаряжения будет невозможно. Содрогнувшись от этой мысли, я толкнул дверь и осторожно выглянул наружу. В этом не было никакой необходимости, так как Мия с помощью камер контролировала окружение в десятки раз лучше, но инстинкты брали свое.

Сжимая в руке пистолет, я вспомнил тварь с иглами, которая высосала девчонку. Оставалось надеяться, что эта дрянь наелась и убралась куда подальше. А ещё слабую надежду давал рейд правительственных дронов. Если они всё сканировали и забирали выживших, то могли параллельно зачищать сектор от агрессивных мутантов. Мелькнула мысль, что, может быть, и стоило сдаться. Так с большой вероятностью я остался бы жив, но о свободе пришлось бы забыть. Делай что скажут за то, что занимаешь место в укрытии. Плюс ещё оставалась вероятность, что они действуют совместно с NAVY. А если так, то план этот — хуже не придумаешь. Так что придется пробиваться до лаборатории пешком среди трупов и мутантов.

Я двигался вдоль стены короткими перебежками, стараясь не отсвечивать. Заранее просматривал переулки, из которых могло выскочить нечто, и держал на примете возможные укрытия. Вот за тем мобилем можно спрятаться и отстреливаться, если заметят. Или нырнуть в летнюю веранду вон той кафешки: ниша скрыла бы меня от глаз хищных тварей.

Пока везло. Трупов было не так много, но нейронка старательно накидывала на каждый из них цифровой абрис. Меня сопровождала тишина достойная постапокалипсиса, движение было разве что на уличных экранах, которые продолжали рекламировать сытую довольную жизнь.

«Пей яркое!» — приглашала девушка, нарисованная на боку уличного автомата с напитками. Её лицо было забрызгано кровью.

Звук голосов, раздавшийся в этой гробовой тишине, показался мне неестественно громким. Переговаривались со стороны переулка. И, судя по всему, источник звука спешил сюда.

«Нормальные люди! Мутанты не стали бы болтать между собой», — первая мысль, которая пришла мне в голову.

И за ней следующая, более трезвая следующая: «Ещё непонятно, чего от них ждать!»

Я кинулся ко входу в ближайшее кафе и спрятался за рекламной экспозицией: широкой аркой из искусственных цветов. Можно было заскочить внутрь… и угодить в лапы к какой-нибудь твари.

— Мия, — скомандовал я, — подключись к сети кафешки, проверь камеры, есть ли там живые…

Я раздвинул цветы и стал наблюдать в образовавшуюся щель. Уровень маскировки «спецназ на курорте», блин. И тут из-за угла вышли двое мужчин. Ещё молодые, но с испитыми обветренными лицами. Один лысый, у второго, наоборот, грязные патлы свисали до плеч. А вот одежка на обоих была с иголочки: яркая жёлтая куртка и белые ботинки на лысом; патлатый принарядился в черное кожаное пальто, явно узковатое ему в плечах. А в руках он держал большой поварской нож. Мужчины воровато озирались.

Ясно. Мародёры пожаловали.

Чипы у этих товарищей явно давно не обновлялись, либо их вовсе не было.

— Проверь тачку, — кивнул лысый патлатому. А сам, оглядевшись по сторонам, наклонился к трупу мужчины в офисном костюме и принялся шарить по карманам.

Наверное, им повезло не видеть то, что видел я на камерах, иначе бы даже жажда наживы не заставила их выползти из своих подвалов или откуда они там выползли.

— О, смотри, что у нас тут! — крикнул патлатый.

Его подельник недовольно шикнул, чтобы тот не орал на всю улицу, но, присмотревшись, расплылся в улыбке.

Находку внутри мобиля мне видно не было из-за открытой дверцы. Но я нутром почуял, что затевается что-то нехорошее.

— Не надо, пустите, — послышался женский голос. — Отойдите.

— Гля, какая! — довольно заулыбался патлатый. — Да ты не бойся, мы парни добрые.

— С нами не пропадёшь! — заверил лысый, бросив обыскивать труп, и заспешил к машине.

Эти точно не мутанты. Просто уроды. Им по одной пуле хватит, причём в колено, чтобы помучились.

Патлатый загоготал и потянул девушку из машины.

— Пустите! Руки убери! А-а-а!

И тут её крик перешёл в какую-то тональность, что меня аж передёрнуло. Не от страха. По-другому. Нервную систему как будто встряхнуло. Ощущение, когда слышишь, как скребут чем-то металлическим по стеклу, но только в разы сильнее. Патлатый тут же выпустил тонкую руку, успевшую показаться из машины, и кулем рухнул на асфальт.

Вот те раз! Неожиданно.

Мародёр стонал на асфальте, медленно приходя в себя.

— Я же говорила, не подходите, — послышался сдавленный голос из машины. — Я так и убить могу…

В голове у меня тут же прошла логическая цепочка. Мутант. Сносит людей голосом. Неагрессивная. С ней у нас шансы выжить будут явно выше. А ещё можно изучить её в лаборатории профессора, тогда быстрее получится разобраться, что за дрянь сотворила с чипами NAVY.

— Ах ты сука! — заорал лысый.

Он кинулся было к машине, но пошатнулся. В спину ему воткнулась игла. И эту иглу я сегодня уже видел…

Лысый дёрнулся, ещё не понимая, что случилось. И тут же получил вторую иглу. Завалился на бок.

Чёрт! Доигрались. Эта тварь приползла на шум. Высунись я — и мне прилетит.

Сеть не работает, но расстояние достаточное для локальной связи.

— Мия, отправь локальный запрос на идентификацию девушке в мобиле. И сразу же, как только примет, сообщение: «Закрой дверь и спрячься. Тварь плюётся отравленными иглами. Я помогу».

— Сделано, Алекс, — через секунду отозвалась нейронка.

А я смотрел туда, откуда прилетела игла. Эта шипастая скотина затаивается, стреляет, а потом выползает. Реагирует на звук. Остаётся надеяться, что та девушка в мобиле примет запрос. Ещё две иглы воткнулись в корчащиеся тела мародеров. Они перестали дергаться и затихли. Одновременно с этим дверь в мобиле тихонько закрылась.

— Запрос на идентификацию одобрен, — сообщила Мия.

Ответный пакет анализировать было некогда, я отметил только уровень В социального статуса. Из арки того же дома, где я укрылся, стала выползать тварь.

Так, главное, целиться в голову, чтобы уж наверняка. И лучше подождать, пока подойдёт поближе.

Тварь по-паучьи семенила к добыче. Она слегка изменилась с той поры, как я разглядывал её на видео. На спине красовались уже три ряда шипов, лицо потеряло всякое сходство с человеческим. Тварь отрастила длинный нос трубочкой, или пасть, кто её разберёт. Видимо, чтобы удобнее лакать было. И двигалась она куда проворнее. До маргиналов добралась быстро. Жрёт и морфирует, значит.

Я дождался, пока длинный нос впился в шею лысого, и прицелился.

— Бах! — В руку прилетело отдачей. — Бах! Бах!

Следующие выстрелы я лупил уже не слишком приглядываясь. Тварь взвыла, ошмётки одежды на длинном туловище окрасились чёрным. А вот и дурная весть — в голову я не попал. Тварь развернулась.

Я нырнул за своё цветочное укрытие. Над головой просвистела и воткнулась в дверь игла.

— Мия, открой дверь кафе! — завопил я.

Пока я тут сидел, нейронка должна была справиться с задачей по взлому. Мне бы только успеть заскочить, а там…

И тут раздался знакомый мне вибрирующий крик.

— Мутант обезврежен, — сообщила Мия и кинула мне на виджет картинку с уличной камеры. Тварь лежала мордой ко мне успев проделать половину пути до кафе.

Дверь мобиля снова была открыта. Значит, девушка решила помочь мне. Но мародёры ведь не падали замертво, их просто оглушило.

Я выскочил и всадил две пули прямо в вытянутую крысиную морду твари.

— Получи, мразь кровососущая!

Она дёрнулась, и на асфальте стала медленно растекаться чёрная лужа. Будем надеяться, что такое попадание для неё смертельно. Хотя черт знает, как она там устроена.

— Я её добил, выходите, — позвал я девушку, оглядываясь по сторонам. Убраться бы отсюда поскорее, шум и выстрелы могут привлечь ещё каких-нибудь мутантов.

— Я… сейчас, — раздалось из машины. — Надо восстановить силы. После этого всегда слабость.

Я распаковал пакет данных. Инга, двадцать пять лет. Оперная певица. На виджете развернулось изображение невысокой темноволосой девушки в тёмно-зелёном платье. Надеюсь, она там в машине не слишком отличается. Но на всякий случай нужно готовиться удержать лицо, если вылезет страшный мутант вроде той старухи.

Дверь открылась. Девушка и правда оказалась почти как на фото, только в красном платье и босая. Она уставилась на меня, тяжело дыша. У ключиц, обхватывая шею кольцом, у неё проходил небольшой кожистый нарост. Девушка закрывала его рукой.