Андрей Курков – Закон улитки (страница 57)
– Кстати, вот тебе и первая задачка! Возьмешь у Паши телефоны журналистов. Поищи какой-нибудь сиротский дом победнее и выбери десятка два симпатичных детишек. Привезешь их сюда тридцатого декабря часикам к двенадцати – устроим им елку и раздачу подарков. И журналистов позовешь. Задание не сложное?
Виктор отрицательно мотнул головой.
– Да, в Киеве детишек не ищи – их уже фракции покрупнее разобрали для своих утренников. – Сергей Павлович обернулся в сторону кухонной двери. – Паша! – крикнул он. – Отвези Витю домой, чтоб его чеченцы снова по дороге не похитили!
Потом повернулся к Виктору, уже прятавшему пачку долларов во внутренний карман эмчеэсовской куртки.
– Телефончик мой не потерял?
– Нет.
Сергей Павлович протянул Виктору еще три стодолларовые банкноты.
– Это тебе на переодевание. Чтобы я тебя больше в военной форме не видел!
74
Утром Виктору показалось, что в его квартире слишком много суеты. И кошка два раза попалась под ноги, пока ходил он умываться и потом ставил чайник на кухне. Леха «вставал» со своих сдвоенных кресел и пересаживался в инвалидное, неуклюже и слишком громко вздыхая. Соня включила телевизор и, лежа на диване, переключала программы дистанционкой в поисках мулыиков. Только Нина спокойно лежала в спальне и смотрела в потолок, думая о дне сегодняшнем, о том, что в этой квартире стало тесно с появлением Лехи, и станет невыносимо тесно сегодня, когда Виктор привезет Мишу.
А Виктор сидел на кухне и нервничал. Проверил еще разок – на месте ли доллары. Посмотрел на часы. Рановато. Половина восьмого. За окошком еще темно. Только окна в доме напротив горят каким-то слишком живым, как ему казалось, сельским желтым светом.
Захотелось есть, и Виктор не стал ждать остальных. Леха на кухню не спешил. Он подъехал к балконной двери и смотрел на зимнее утро, на медленно рассеивающуюся темноту. Он ждал, когда за его спиной пройдет в ванную Нина, умоется, оденется. Потом уже настанет его, Лехи, очередь. Соня как всегда встанет последней.
Доев яичницу, Виктор немного успокоился. Время медленно, но двигалось. До обещанного телефонного звонка оставалось еще три часа.
Ровно в полдень зазвонил телефон. Звонивший уточнил, приготовил ли Виктор сумму.
– Да, – ответил Виктор.
– Тогда в восемь вечера. Гидропарк. Перейдете через мостик возле ресторана «Млын» и будете там стоять, пока с другой стороны не остановится машина и не мигнет два раза фарами. Запомнили?
– Да.
Звонивший положил трубку.
– Ну что? – спросил Леха.
– Восемь вечера, Гидропарк…
– Я с тобой.
Виктор посмотрел на приятеля с грустной улыбкой.
– Лучше подожди здесь!
Леха вздохнул:
– Вы с Мишей по дороге сюда в гастроном зайдите, чтобы было, чем его возвращение отметить.
– Зайдем, – пообещал Виктор.
Потом нашел визитку Сергея Павловича. Позвонил.
Трубку взял Паша.
– Хорошо, что это ты! – обрадовался Виктор. – Мне сегодня вечером помощь нужна.
– Знаю, мне шеф говорил.
Виктор удивился.
– Что он тебе говорил?
– Что ты перезвонишь после двенадцати и скажешь, куда мне подъехать.
– Во дает! – вырвалось у Виктора. – Давай встретимся в шесть, в Гидропарке. Возле ресторана «Млын».
– Хорошо. Буду! – пообещал Паша.
Снова началось тревожное ожидание. И Виктор осознал, что ожидать телефонный звонок на самом деле было легче, чем ждать сегодняшнюю встречу. Во-первых, звонки безопаснее. Встреча же с неизвестными, которым надо было отдать десять тысяч долларов, теоретически могла иметь любой результат. И здесь слово, данное Хачаевым, уже не играло решающей роли.
Домашние снова начали действовать Виктору на нервы. Он посоветовал Соне пойти поиграть у подружки, но Соня заявила, что сегодня они будут играть здесь, дома у Виктора. И тогда Виктор сам решил уйти. Но сперва проверил на ощупь брезентовую сумку на шкафу в спальне и кульки с подарками внутри шкафа, спрятанные под чистыми простынями и пододеяльниками.
Приехал на Крещатик. Спустился по не полностью очищенным ото льда ступенькам в кафе-подвальчик «Старый Клев». Взял себе бутерброд с сыром и чашечку кофе.
Представил, как они вместе с Мишей возвращаются сегодня вечером домой, как он заносит Мишу на пятый этаж и как бросается к пингвину Сонька. Романтическая пасторальность этой воображаемой картинки отодвинула на мгновение на второй план все волнения Виктора относительно предстоящей встречи в Гидропарке. Хорошо, что Паша там будет и они заранее смогут все обсудить. Только что обсуждать? Передачу денег? Или возможные неприятности? Паша, наверняка, лучше разбирается во всевозможных неприятностях и сам подскажет, что и как лучше делать. Удивительно, что Сергей Павлович так легко спрогнозировал поведение Виктора после телефонного разговора с чеченцами.
75
Из всех вагонов поезда метро, остановившегося на платформе станции «Гидропарк», вышел один-единственный пассажир. Поезд помчался дальше, к «Левобережной», а Виктор, постояв перед станционными электронными часами, осмотрелся. За пределами хорошо освещенной платформы начиналась темнота. Часы показывали без четверти шесть, а другой отсчетный электронный циферблат накручивал без устали секунды и минуты, прошедшие с момента отъезда последнего поезда.
Виктор пощупал рукой пачку долларов, отяжелявших внутренний карман куртки. Пошел к выходу.
Пустынная, темная площадка, заполненная закрытыми киосками и кафе, вызвала у Виктора не страх, а грусть. Так грустят о прошедшем лете, не думая о будущем.
Глуховатый звон стекла заставил Виктора резко развернуться. Он увидел бомжа в валенках и старом женском пальто с меховым воротником. Бомж склонился над урной и вытаскивал из нее бутылки. Рядом стоял его мешок, должно быть уже хорошенько заполненный пивной и водочной тарой.
Дойдя до моста через пролив, Виктор глянул на ресторан «Млын». В его окнах горел свет. Это даже порадовало. Все-таки кто-то здесь есть, на этом зимнем острове летнего отдыха. Сойдя с моста, Виктор отправился к ресторану и уже на подходе заметил знакомый джип.
Вместе с Пашей зашли в ресторан и немного перекусили. Выпили кофе.
Обсуждать действительно оказалось нечего. Паша сказал, что спрячется со стороны метро и проследит: если чеченцы пингвина не привезут, а деньги заберут, тогда он вмешается. И показал при этом вытащенный из кармана глушитель для пистолета.
– Так что будь спок! – сказал он.
И Виктор действительно успокоился. Даже обрадовался в душе, что его проблему Паша воспринял так серьезно.
А в восемь часов Виктор уже стоял по другую сторону моста. За его спиной, едва подсвеченная снегом лежала темнота. Впереди – одинокие огни уличных фонарей и дальше – освещенная платформа станции метро. Оттуда же, со стороны метро, доносился шум проезжающих машин. Словно сама жизнь мчалась мимо этого безлюдного мертвого места, сама жизнь не воспринимала зимний и к тому же вечерний Гидропарк всерьез.
Два раза мигнула дальним светом фар машина с другой стороны. Виктор еще раз нащупал пачку долларов и пошел навстречу уже потухшему свету фар. Дойдя до середины моста, остановился. Ему казалось, что логичнее встречаться на самой середине моста.
Хлопнула дверца машины, и он увидел, как на мост ступили две мужские фигуры. Попытался определить марку машины, но не смог. Было понятно, что это не «Жигули» и не «Волга».
Подошли двое, одетые в короткие дубленки с поднятыми воротниками, на голове – лыжные шапочки, пол-лица закрывают шарфы.
– Деньги! – сказал один.
– А пингвин где?
– В машине.
Виктор достал пачку долларов и протянул им. Один из чеченцев взял доллары, снял резинку и принялся считать. Второй в это время смотрел в лицо Виктору.
– Правильно, – сказал считавший. – Послушай, хочешь пару тысяч из этих заработать?
Виктор озадаченно уставился на него.
– Нужен адресок любого бизнесмена, торгующего бензином или газом, – пояснил чеченец.
– У меня таких знакомых нет.
– Не обязательно знакомых!
– Нет, – повторил Виктор. – Таких не знаю…
– Не хочешь – как хочешь! – сказал считавший доллары, кивнул своему напарнику, и они, развернувшись, зашагали по снегу к машине.