Андрей Кураев – Мифология русских войн. Том II (страница 22)
Телеграмма была опубликована 1 марта. Артур Циммерман 29 марта по неизвестным причинам заявил об аутентичности текста телеграммы. Это послужило причиной его смещения со своего поста в тот же день. Но было поздно: его расшифрованная телеграмма помогла преодолеть американские изоляционистские настроения. 6 апреля 1917 года Конгресс дал согласие президенту Вильсону на вступление Соединённых Штатов в Первую мировую войну.
Без 38 американских дивизий истощенная Антанта не смогла бы летом 1918 года сдержать последний натиск Германии, которая, закрыв «Брестским миром» свой Восточный фронт, наконец-то смогла сконцентрировать все свои силы на западном направлении…
Между Первой и Второй мировыми войнами США разработали т. н. Цветные военные планы (
чёрный — Германия;
оранжевый — Япония;
красный — Великобритания;
зелёный — Мексика.
Золотой план — разработанный в начале 1920-х годов план войны против Франции.
Цветные названия были полуформальными, детальные варианты планов (а их, например, для Оранжевого плана были десятки) часто имели обозначения вроде
Цветные военные планы обычно не утверждались руководством США; до 1924 года они подписывались только самими планировщиками, затем министрами обороны и военно-морского флота. Единственное исключение — план Радуга 5 — в апреле 1941 года был устно одобрен президентом Ф. Рузвельтом.
И вот что достойно примечания:
У США был план войны против Англии. Против Канады. Против Кубы…
Но не было плана войны против СССР.
После нападения СССР на Финляндию, в конце 1940 — начале 1941 года американцы не вняли увещеваниям Лондона, звавшим к экономической блокаде Советского Союза.
Если с началом войны в Европе глава администрации (5 сентября 1939 года) подписал прокламацию, подтверждавшую нейтралитет, вслед за чем были заморожены английские и французские заказы в США, то в советском случае он специально 26 июня 1941 года позаботился о том, чтобы ранее подвешенные советские контракты и фонды были разблокированы и СССР был предоставлен благоприятный режим для закупок необходимых, в том числе военных материалов.
Такая вот американская русофобия.
Глава 33
Как американцы Владивосток для России отстояли
23 декабря 2021 Путин обличил коварные замыслы американцев:
«Вот, смотрите, еще в 1918 году один из помощников Вудро Вильсона, президента Соединенных Штатов, сказал: «Всему миру будет спокойнее, если на месте сегодняшней огромной России появится государство в Сибири и еще четыре государства в европейской части».
Референты подставили президента. На самом деле:
1. Эти слова не были «сказаны». Они были записаны в частном дневнике Эдварда Хауза 19 сентября 1918 года.
2. Именно потому, что дневник был частным, президент Вильсон не мог знать об этой записи.
3. Очень странно считать, будто какая-то страна руководствуется в своей текущей политике записью в частном дневнике частного лица столетней давности. Дневники Достоевского это тоже концепция современной геополитики РФ? Константинополь таки должен быть наш? Водружение креста над святой Софией это цель внешней политики Путина? Эрдоган в курсе? Кадыров одобряет?
4. В дневнике Хауза и в самом деле сказано: «Она (Россия) слишком большая и слишком однородная для безопасности мира. Я бы хотел видеть Сибирь отдельной республикой, а европейскую Россию — разделённой на три части. Британская империя не представляет такой же опасности миру, как Российская империя под руководством монарха. Составные части Британской империи в любое время могут стать автономными, Индию они не смогут бесконечно удерживать в этом виде. Даже сейчас Индия — это источник слабости, а не силы империи».
Как видим, у Путина небольшая ошибка в цифрах. Хауз говорит о разделе России на 4 части, Путин — на пять. Более значимо то, что Хауз мечтает о распаде не только России, но и Британской империи. Так что вряд ли эта запись может служить доказательством единства коварных замыслов «англосаксов».
Кроме того, тут нет ничего противоречащего тогдашней политике большевиков. В провозглашённой 15 ноября 1917 г. Декларации прав народов России идея «самоопределения» доводилась до крайности («вплоть до отделения»).
И даже Временное правительство было готово отдать то, что благодаря немецкому наступлению уже потеряло. 29 марта 1917 в обращении к полякам указывалось, что «Временное правительство считает создание независимого польского государства, образованного из всех земель, населённых польским народом, надёжным залогом прочного мира будущей обновлённой Европы».
В те годы разделение России было наличным фактом, а не чьей-то мечтой.
«В 1918–1920 гг. у Вильсона был соблазн согласиться с рекомендациями ближайших советников и признать факт распада Российского государства. Но Вильсон эту грань не перешёл, хотя и делился в ноябре 1918 г. с Лансингом своими сомнениями, возможно ли предоставить русским место за столом мирных переговоров, с учётом «нынешнего, по крайней мере, временного расчленения России на пять частей — Финляндию, Балтийские провинции, европейскую Россию, Сибирь, Украину».
5. Ни Хауз, ни Вильсон не были русофобами. 28 ноября 1917 г. находившийся в Париже Хауз, заметив, что в американской печати всё чаще стали относиться к России, «как к врагу», призвал президента и государственного секретаря «подавить» (supress) эту опасную тенденцию, способную подтолкнуть русских в объятия Германии.
В то же время Президент Вильсон с неподдельным энтузиазмом отзывался о попытках «русских представителей» в Брест-Литовске добиться «открытых переговоров», свидетелями которых станет «всё человечество». По его словам, они действовали «весьма справедливо и мудро», «искренно и серьёзно» требуя справедливых условий мира и отказываясь обсуждать предложения, «стремящиеся к завоеванию и господству».
Вильсон открыто выражал свою симпатию к русскому народу, который в самые тяжёлые времена «не желает уступить ни в принципе, ни на деле»:
«Его точка зрения на то, что является справедливым, гуманным и приемлемым для него, была установлена с такою откровенностью, широтою взглядов, душевным благородством и чувством симпатии к человечеству, что должно вызвать восхищение всякого истинного друга человечества». 9 января глава Белого дома признал, что был «поражён» здравым смыслом русских предложений в Брест-Литовске.
6. Антанта устанавливала кордон вокруг большевиков в порядке реакции на их все-планетные амбиции («мировая революция»), а не из-за плохого отношения к России, русскому народу и его культуре. 9 октября 1919 г. союзными державами была объявлена экономическая блокада России. Нота союзных держав гласила:
«Ярко выраженная вражда большевиков ко всем правительствам и распространяемая ими… интернационалистская программа революции представляют собою опасность для национального существования решительно всех держав…Исходя из этих соображений, союзные и объединенные державы, изучив вопрос о торговых сношениях с большевистской Россией, находят, что эти сношения на деле могли бы происходить только при посредстве главарей большевистского правительства; располагая по своему усмотрению теми продуктами и ресурсами, которые принесла бы с собою свобода торговли, они достигли бы тем самым значительного роста той тиранической силы, которую они осуществляют над русским населением».
Впрочем, эта блокада шла всего три месяца (до января 1920).
7. И Хауз, и Вильсон были миротворцами. По поручению президента Вильсона он ездил в Европу с планом «мирной конференции» без аннексий и контрибуций. П
Далее Хауз участвовал в Парижской конференции и создании Лиги Наций, однако во время её работы возникли серьезные политические разногласия между ним и президентом — Хауз шёл на компромиссы, неприемлемые для Вильсона. Ещё больше неприязнь усугубилась, когда Вильсону стало известно, что зять Хауза, член Американской делегации Гордон Ачинклосс, делал уничижительные комментарии о его политике.
8. Но разногласия между Хаузом и президентом начались раньше. Это видно из той же самой дневниковой записи 19 сентября 1918 года. В той самой дневниковой записи Хауз дважды отмечает, что «практически полностью не согласен» с тем, как президент Вильсон реагирует на ситуацию в России. Конкретней: «Я не согласен с президентом в том, что касается сохранения территориальной целостности России» (i am not in agreement with the President as to leaving Russia intact).
9. Позиция Вильсона и в самом деле была ровно обратной позиции Хауза.
Шестой из 14 мирных пунктов президента Вильсона (8 января 1918) предлагал:
«Освобождение всех русских территорий и такое разрешение всех затрагивающих Россию вопросов, которое гарантирует ей самое полное и свободное содействие со стороны других наций в деле получения полной и беспрепятственной возможности принять независимое решение относительно её собственного политического развития и её национальной политики и обеспечение ей радушного приёма в сообществе свободных наций при том образе правления, который она сама для себя изберёт. И более, чем приём, также и всяческую поддержку во всём, в чём она нуждается и чего она сама себе желает. Отношение к России со стороны наций, её сестёр, в грядущие месяцы будет пробным камнем их добрых чувств, понимания ими её нужд и умения отделить их от своих собственных интересов, а также показателем их мудрости и бескорыстия их симпатий».