Андрей Кураев – Мифология русских войн. Том I (страница 37)
В манифесте имп. Екатерины об объявлении войны Турции 18 ноября 1768 года говорится: мол, поскольку «православие в Речи Посполитой несказанно утеснено, не преминули Мы возобновлять усильные Наши представления в пользу греко-российской православной церкви и находящихся с нею в равном случаи прочих диссидентов… По умножению безвинного гонения и насильств против диссидентов повелели Мы части войск Наших вступить в земли Республики Польской»
(«Часть войск Наших» через два века вернется в форме «ограниченного контингента»).
1772 — Первый раздел Польши. Суворов берет Краков и получает свое первое генеральское звание.
1792 год. Россия поясняет Польше свое видение ее новых границ. Кутузов набирается боевого опыта на польской земле. Второй раздел Польши.
1794 год. Польское восстание под руководством Костюшко. Суворов берет Прагу и Варшаву. «
1830 год — это год не только стихов, но и год подавления очередного польского восстания.
В том столетии было принято открыто оправдывать подавление чужой свободы отстаиванием своих эгоистических интересов.
Поэт и дипломат Федор Тютчев пояснял в 1831 году:
То есть «России целость и покой» можно покупать «ценой кровавой».
«Кровь русская лилась рекой», дабы «Грозой спасительной примера Державы целость соблюсти».
Далее поэт начинает откровенно графоманить:
На какой «подвиг просвещенья» московиты собрались вести европейцев-поляков[400]?
И почему для этого надо потопить их в крови? И как можно идти путем просвещения в рядах «единомысленных, как рать»? Просвещение обычно идет путем дискуссии и плюрализма, а не путем построения на плацу единомысленной рати.
К какой именно «мете» (цели) ведет окрестные народы русская армия даже вопреки их желаниям («Как дочь родную на закланье»), Тютчев все же не пояснил.
И просто поэт А. С. Пушкин писал 1 июня 1831 г. князю Вяземскому о сражении при Остроленке (9000 погибших поляков): раненый польский офицер «запел «Еще Польска не сгинела», и свита его начала вторить, но в ту самую минуту другая пуля убила в толпе польского майора, и песни прервались. Все это хорошо в поэтическом отношении. Но все-таки их надобно задушить, и ваша медленность мучительна».
В советско-польской войне 1920 года виноваты обе стороны. По всей Восточной Европе шли афтершоки Первой Мировой и Версаля: все новые государства толкали своих новых соседей. Польша тех лет просто не знала своих собственных границ. Точнее — она заявляла, что ее границы должны быть теми же, что и в 1772 году. До своего «раздела» она веками включала в себя земли Белоруси, Литвы, Украины, и грезила, будто жители этих земель с радостью вновь примут польское владычество. Польша просто грезила обрести статус великой державы (mocarstwowośći). В 1919–1920 годах поляки дважды захватывали Вильно (Вильнюс).
В августе 1920 года польские части, преследуя разбитую армию Тухачевского, вошли на территории, на которые претендовала Литва, польские войска столкнулись с литовскими частями. Совет Лиги Наций 20 сентября принял рекомендацию, подтверждающую в качестве восточной границы Польши «линию Керзона», к западу от которой лежали земли с преобладанием польского населением, к востоку — территории с преобладанием непольского (литовского, белорусского, украинского) населения, и предложил Польше считаться с суверенитетом Литвы на территорию с восточной стороны линии Керзона. Литва и Польша официально приняли эту рекомендацию. Под давлением Лиги Наций в последних числах сентября 1920 года в Сувалках> начались польско-литовские переговоры. 7 октября был подписан договор, разграничивающий польскую и литовскую зоны (План Гиманса). В соответствии с договором Вильна и прилегающие территории оказывались на литовской стороне демаркационной линии.
Договор должен был вступить в действие 10 октября 1920 года.
За два дня до вступления Сувалкского договора в силу по негласному распоряжению Юзефа Пилсудского части польской армии (1-я литовско-белорусская дивизия) под командой генерала Люциана Желиговского, имитируя неподчинение верховному командованию, начали наступление и заняли Вильну (9 октября) и Виленский край. Занятые территории были объявлены государством Срединная Литва, временно управляемым Верховным главнокомандующим и Временной правящей комиссией. Выборы, проведённые 8 января 1922 года, сформировали представительный орган населения Срединной Виленский сейм.
Сейм 20 февраля 1922 года большинством голосов принял резолюцию о включении Виленского края в состав Польши. 22 марта 1922 года Учредительный сейм в Варшаве принял Акт воссоединения Виленского края с Польской Республикой. В апреле 1922 года Виленский край вошёл в состав Польши. В 1926 году на территории края было сформировано Виленское воеводство.
Стрелкову-Гиркину было у кого учиться…
Большевики же в своей тогдашней жажде «мировой революции» просто не признавали никаких государственных границ и в свой глобальный проект стремились ассимилировать всю Польшу — раз уж она оказалась на пути к Берлину и Парижу.
Два года спустя красный Главком Каменев в статье «Борьба с Белой Польшей» так описывал обстановку, сложившуюся после выхода РККА на польскую границу летом 1920 года:
«По достижении вышеуказанных успехов перед Красной Армией сама собою, очевидно, стала последняя задача овладеть Варшавой, а одновременно с этой задачей самой обстановкой был поставлен и срок её выполнения «немедленно». Срок этот обусловливался двумя важнейшими соображениями: нельзя затягивать испытания революционного порыва польского пролетариата, иначе он будет задушен; судя по трофеям, пленным и их показаниям, армия противника, несомненно, понесла большой разгром, следовательно, медлить нельзя: недорубленный лес скоро вырастает. К задаче надо было приступить немедленно. В противном случае от операции, весьма возможно, нужно было бы отказаться совсем, так как было бы уже поздно подать руку помощи пролетариату Польши».
В 1939 году было вполне ясное вторжение советских войск в Польшу.
«Правительство СССР вручило сегодня утром ноту польскому послу в Москве, в которой заявило, что Советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной армии дать приказ войскам перейти границу».
В 4.20 15 сентября Военный совет Белорусского фронта издал боевой приказ № 01, согласно которому «белорусский, украинский и польский народы истекают кровью в войне, затеянной правящей помещичье-капиталистической кликой Польши с Германией. Рабочие и крестьяне Белоруссии, Украины и Польши восстали на борьбу со своими вековечными врагами помещиками и капиталистами. Главным силам польской армии германскими войсками нанесено тяжелое поражение. Армии Белорусского фронта с рассветом 17 сентября 1939 г. переходят в наступление с задачей — содействовать восставшим рабочим и крестьянам Белоруссии и Польши в свержении ига помещиков и капиталистов и не допустить захвата территории Западной Белоруссии Германией. Ближайшая задача фронта — уничтожить и пленить вооруженные силы Польши, действующие восточное литовской границы и линии Гродно — Кобрин».
Польский генерал Андерс вспоминает:
«Утром 29 сентября я решил на авось пробраться к ближайшей деревне, Стасёвой Ясёнке. Как только мы подошли к деревне, один из ее жителей немедленно оповестил милицию, а затем и советских солдат, которые были расквартированы в каждом доме. Под экскортом бронемашин нас отвезли через Турку в Старый Самбор, где расположилось командование Красной Армии.
Именно тогда я впервые услышал это характерное мнение: мы с Германией теперь настоящие друзья и вместе выступим против мирового капитализма. Польша выслуживалась перед Англией, поэтому гибель ее была неминуема. Польши больше никогда не будет. Немцы подробно извещают нас о всех передвижениях польских частей, которые стремятся пробиться в Венгрию или Румынию.
В Старом Самборе меня отвели к командарму Тюленеву. Он принял меня, окруженный по крайней мере двадцатью офицерами. И сразу набросился с упреками — зачем я не сдался сразу, оказал сопротивление, вследствие которого Красная Армия, которая по-братски вошла в Польшу, чтобы освободить народ от «бар и капиталистов», потеряла 18 танков и много «бойцов» (солдат). На мое замечание, что Советы нарушили договор и без каких-либо на то основании заняли польскую территорию, я получил такой ответ: