Андрей Кун – И смерть лишь начало (СИ) (страница 3)

Я начал с простых упражнений — рисовал глазами всякие квадраты, ромбы, окружности, водил вправо — влево, вверх — вниз, потом сильно тер ладони и прикладывал их к глазницам. Посмотрим, может, что и изменится через месяц — другой. Хотя особой уверенности в успехе я не чувствовал.

Между тем дом просыпался. Было слышно, как наверху, в кровати заворочался, как морж на песчаной косе, Вернон. Потом он спустился вниз. Лестница над моей головой протестующе скрипела и ходила ходуном. Да, мужик, тебе явно надо меньше есть.

Минут десять из кухни доносились голоса — Петуния и Вернон общались, но я особо не прислушивался. Затем меня позвали.

— Доброе утро, дядя Вернон, — не дожидаясь вопросов, я первым поздоровался с грузным мужиком, сидящем в кухне на табурете. Из внешности Вернона больше всего запоминались усы — точь в точь как у моржа, тройной подбородок и объёмистое пузо.

— Помоги-ка мне, парень, — Вернон кинул на меня взгляд маленьких глазок.

— Конечно, а что надо делать? — я поймал удивленный взгляд, которым перекинулись взрослые.

— Сегодня, как ты знаешь, у Дадли день рождения! Не забыл, надеюсь?

— Нет, сэр, ему сегодня исполняется десять лет. Я помню.

— Ну, так вот, пока наш сынок не проснулся, надо принести из гаража подарки для него и сложить их в холле. Надевай обувь, и пошли за мной.

Я надел ботинки, и вышел следом за Верноном на улицу.

Солнце поднялось над горизонтом. Ветерок ласково колыхал деревья и кусты, растущие у дома. Приятный, слегка отдающий сыростью воздух (наверное, ночью прошел легкий дождик), проник глубоко в легкие. Две птички — по виду синицы, сидели на проводах и весело чирикали.

— Сюда, парень, — дядя Вернон уже скрылся в гараже.

Я зашел следом и принялся таскать в дом коробки. Их оказалось много — тридцать восемь штук. И все перевязаны ленточками и упакованы в разноцветные обертки. Что там, я, конечно, не знал, но особо и гадать нечего — какие могут быть подарки для десятилетнего мальчика? Всякие машинки, конструкторы, танчики, солдатики, железные дороги, скейт, футбольный мяч… Может одна-две настольные игры (что попроще), ну и что-то из парадных вещей — галстук какой-нибудь, может костюм или кроссовки.

Да уж, если так баловать ребеночка, то очень скоро начнутся (а скорее всего и уже начались) проблемы с ним, его поведением и ложным эго. Ну, ничего, парень, ты, похоже, не знаешь, что главный подарочек — это твой новый, проапгрейженный кузен Гарри.

— Смотри, не урони, — суровости в голосе Вернона хватило бы на двух налоговых инспекторов.

В общем, подарки я перетаскал без происшествий. Петуния еще долго расставляла их в холле, так, что бы по её мнению, они смотрелись наиболее выгодно и завлекательно.

Дадли всё еще спал. Мы позавтракали без него, и я удивился, что и меня пригласили к столу — Петунья приготовила персональный омлет из двух яиц, тосты и какао.

Дядя Вернон укатил на своей машине, чмокнул Петунью в щеку и предупредил, что будет к десяти, и что бы Дадли до этого времени не будили. Мол, и он тоже хочет посмотреть, как будущий мужик разворачивает подарки.

Судя по канону, Гарри в такие моменты обычно не мог сдержаться. Или хмыкнет, или что-то скажет. В общем, гармонии в семье это не способствовало. А напрасно. Ведь и сам Гарри, и я находимся у Дурсли на птичьих правах. Ребенка подкинули, а они его взяли и воспитывают. Не отдали в приют или детский дом, а содержат, кормят, худо-бедно одевают и даже дают возможность учиться. И делают это, пусть из жалости, а не любви, но совершенно бесплатно.

Так что всё это надо ценить, и не думать, что окружающий мир что-то тебе должен.

— Большое спасибо за завтрак, тетя Петуния. Очень вкусно, — я поблагодарил за еду, которая мне действительно понравилась.

— Что ж, я рада, — помедлив, ответила Петуния, снова поджав губы. Все же мнение об Поттере, да и отношение к нему в этом доме сформировалось, и поменять его будет нелегко.

Глава вторая

Без всяких напоминаний я вымыл всю посуду, почистил сковороду, протёр стол. Краем глаза наблюдал, как женщина с каждой минутой удивляется всё больше и больше.

— Можно мне взять что-нибудь почитать?

— Да, — после небольшой паузы Петуния все же разрешила. — Иди, возьми сам, только не разбуди Дадли. А потом мне покажи.

— Спасибо, — я поднялся на второй этаж. По описанию, я помнил, что там четыре спальни. Одна гостевая. Вторая для Вернона и Петунии. Третья для кузена и еще одна, свободная. Там Дадли складировал свои игрушки. А еще там есть полки с книгами, которые, судя по описанию, никто не читал.

В комнате я провозился минут двадцать. Книг там не мало, и я бы многое взял (а что еще делать?), но пока ограничился лишь одной — "История Британии с древнейших времен и до наших дней".

Полезное чтиво, на самом-то деле. И коль я живу теперь здесь, то и историю знать будет не лишним. Для начала. А там посмотрим, что еще почитать.

Я показал Петунии книгу, и она разрешила мне ее читать.

Спросив, надо ли еще что делать по дому, и получив задание вынести мусор, я и его исполнил. А заодно прогулялся.

Дурсли живут в доме?4 по Тисовой улице в городке Литл Уингинг. На этой улице расположилось множество средних по размеру коттеджей — двухэтажных, на шесть-семь комнат, плюс гараж.

Что еще? Деревья, подстриженные газоны, фонари, почтовые ящики, машины около домов, и асфальтированные дорожки. Тихое и спокойное местечко.

Чувствовалось, что это район не для бедных людей. Но и не для особо богатых. В общем, место проживания обычного среднего класса, который получил всё это за счет труда и многочисленных кредитов, на оплату которых приходилось все больше и больше трудиться.

Вернувшись в дом, до десяти утра я читал книжку в холле. В чулане находиться не хотелось — там и душно, да и темно. Петуния, к моей радости, недовольно скривилась, но не выгнала. Я вел себя тихо, и аккуратно, не давая повода для начала конфликта. Сейчас то, что я выстраивал новые отношения с этими людьми, напоминало хождение по тонкому льду. В любой момент всё могло провалиться.

Когда раздалось шуршание покрышек по асфальту, Петуния оживилась, а я отложил книжку.

Находясь явно в прекрасном расположении духа, в дом вошел Вернон. Мужик улыбался, напевал простенький мотивчик, и видать по всему, предвкушал радость от зрелища того, как Дадли начнет разворачивать подарки.

— Смотри, парень, не вздумай выкинуть какой-нибудь номер и все испортить, — предупредил он меня, когда мы прошли в холл.

Петуния отправилась будить своего ненаглядного.

Со второго этажа слышались недовольные ворчания, и голос Петунии, которая убеждала своего "ути-пуси" сыночка не хмуриться, а привести себя в порядок после сна и спуститься вниз, посмотреть подарки.

Упоминания о подарках решило дело. С радостным криком Дадли скатился по лестнице вниз.

Так я впервые увидел своего "новоявленного" кузена. Он был выше Гарри, в смысле меня в этом теле, примерно на три дюйма. И раза в два, а то и три, больше весил — это уж точно. В общем — слегка уменьшенная копия Вернона, этакий молочный поросёнок, румяный и рыхлый. Задница шире плеч, толстые руки и ноги, животик. Светлые, как и у отца, волосы, голубые глаза и круглые щёчки. В общем — просто прелесть, как говорит Петуния.

Дадли слегка задержал на мне взгляд (похоже, по своей значимости, я не слишком отличался от шкафа или стола) и бросился к подаркам. Радостно повизгивая, он принялся разрывать упаковки.

Родители с умилением смотрели на своего ангелочка. Разве он не чудо, читалось в их глазах.

Я еле слышно вздохнул. Да, все же семья, скажем так, своеобразная. И легко мне не будет.

Пару часов Дадли возился с новыми игрушками. У него, кстати, обнаружились таланты. По крайней мере, один, это уж точно. Даже этого времени ему хватило, чтобы уже что-то сломать.

Всё это время Петуния крутилась на кухне, и я в меру сил помогал.

В час дня сели за праздничный обед. Еды хватило всем — ростбифы, картофельное пюре, утка по-пекински, запечённая рыба, три разных салата, тосты. На десерт огромный торт с десятью свечками, которые торжественно, со слезинкой в глазах, зажег Вернон. Под торт, в фарфоровых чашках, подали "Эрл Грей" с бергамотом.

Английская кухня мне в общем-то понравилась. Я хотя и считал раньше, что она одна из худших в Европе, но сейчас этого не заметил. Или это Петуния такая мастерица?

Кстати, кормили меня наравне с Дадли — есть я мог, сколько хочу и чего хочу. Так что в этом плане все справедливо.

Во время чая я встал.

— Эээ, Дадли, хоть у меня и нет для тебя подарка, но я все равно поздравляю тебя с днем рождения. В общем, желаю тебе всего хорошего!

Говорил я тихо, словно неуверенно. Да и слова подбирал попроще.

— Ааа, — Дадли куда больше интересовал кусок торта, чем я, да и рот у него был основательно забит. Но я все же услышал, как он буркнул что-то, похожее на "спасибо".

Ну вот. Может же, значит, не совсем безнадежен.

После обеда веселье продолжилось. Семья явно куда-то собиралась. Вернон, переглянувшись с женой, прокашлялся и предложил.

— Мы сейчас в парк аттракционов, парень. Не хочешь составить Дадли компанию? — Видно было, что мое присутствие не входило в первоначальные планы, но экстраординарное поведение в течение первой половину дня внесло некоторые коррективы.