Андрей Кун – И смерть лишь начало (СИ) (страница 13)

Теперь осталась самая главная покупка — палочка. Краеугольный камень любого волшебства и любого мага. Главное, чтобы Хагрид не заскучал в "Дырявом котле" и не отправился на мои поиски. Мне нужно не более получаса. Стоит поторопиться.

Глава девятая

Я стою около узкого двухэтажного магазина. На вывеске — некогда яркой и красивой, а ныне обшарпанной и явно нуждающейся в реставрации, надпись: "Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 378-го года до нашей эры". В пыльной витрине, на выцветшей фиолетовой подушке лежит одна-единственная палочка.

Впрочем, думаю, что этот магазин не нуждается в рекламе или броской вывеске. Имя, гарантия качества и время — вот что обеспечивало постоянную популярность.

Да, что и говорить, фирма старая. Больше двух тысяч лет. Интересно, есть на Земле более старые марки?

Когда я зашел, в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение казалось небольшим — снаружи. Но внутри оно куда больше. Далеко вглубь уходят стеллажи и полки, заставленными маленькими, узкими коробочками. А прямо перед входом находится стойка, покрытая выцветшим бархатом. И единственный, высокий и тонконогий стул для покупателей.

— Добрый день, — послышался тихий голос. — Я мистер Олливандер.

За стойкой, непонятно откуда появился пожилой человек, с растрепанными, седыми волосами и большими, бесцветными глазами. В полумраке магазина, они, казалось, мерцали странным, лунным светом.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я, пристраивая чемодан и клетку с вороненком на подоконник.

— Здравствуй, здравствуй, молодой человек, — как я и думал, старичок меня не узнал. Это в каноне с Гарри ходил Хагрид — что бы те, кто должен был его опознать, его и опознали. — Никак готовитесь к Хогвартсу и решили купить палочку?

— Да. Вот только не знаю, как она выбирается.

— А, это очень хороший вопрос, — старичок еле слышно рассмеялся. — Большая часть волшебников думает, что это они выбирают себе палочку. Но уверяю вас, что все обстоит ровно наоборот.

— И как всё происходит?

— Нет ничего проще. Я буду выкладывать на прилавок палочки, а вы будете их брать в руки. Которая отзовется, та и ваша. Как у вас с деньгами, что вы можете себе позволить?

— Ограничений по деньгам нет. Я Вас понял. — И действительно, все очень просто и логично. И никаких представлений с Гарри, как было в каноне — какой рукой пользуетесь, и прочей театральщиной с замерами роста, длины рук и пальцев. Зачем вся эта чушь, если палочки уже готовые? И ты же их не выбираешь — мол, вон я хочу именно вон ту. Нет, волшебник перебирает палочки и ждет ответа от одной из них. И он не знает, какой она будет длины, толщины, из какой древесины и сердцевины. Так зачем замерять антропометрические данные?

Другое дело, когда маг делает конкретный заказ — что он хочет, какого размера, веса, и из какого материала. Но в каноне такого нет. И Гарри получил именно ту палочку, которую должен был получить. Но здесь виновата не судьба, а чье-то желание. Его узнали, запудрили мозги всякими ненужными штучками, а потом подвели к "правильной" палочке — родной сестры той, что у Волан-де-Морта. И все так красиво обставили, чтобы даже спустя многие годы у него не появилось вопросов.

В общем, еще одна случайность. Ох уж эти сказочники…

— Мистер Олливандер, а можно я похожу вдоль полок, вдруг и так смогу почувствовать свою палочку? Так же будет проще, да?

— Хм, неплохая мысль, молодой человек, — старик кивнул. — Действительно, это изрядно может сократить время и вам, и мне. Прошу вас, — он взмахнул палочкой, и часть прилавка отъехала в сторону, освобождая путь.

Не знаю, на что я, ни разу не маг, рассчитывал. У читателя может сложиться впечатление, что я такой умный, и знаю, что делаю. Отвечаю, что — нет. Именно сейчас, на момент выбора, плана у меня нет. На то, что произошло ранее, план имелся. А вот сейчас включилась интуиция, предчувствие, если хотите. И я ему поверил.

Я медленно иду вдоль полок, держа перед собой раскрытую ладонь примерно на уровне груди. Время от времени поднимаю её выше, или опускаю к полу. Мне казалось, что я могу почувствовать нужную мне палочку. Ну, или она сама подаст знак.

Около одной из полок рука дернулась. Постоял немного — да, так и есть, ощущение конкретное, и явно не случайное.

Запомнив место, отправился дальше. За пять минут обошел все полки, но похожих ощущений больше не испытывал. Хотя, в одном месте что-то вроде "проскочило". Но очень слабо.

Все это время старик с немалым любопытством наблюдал за моими телодвижениями.

— Вот здесь я что-то чувствую, — сказал я, возвращаясь к одной из полок. — Но здесь так много коробочек.

— Не беда, молодой человек, — приободрил меня мистер Олливандер. — Вы все делаете правильно. Похоже, вам помогает интуиция. Я, за свою жизнь, всего пару раз видел такое. Это хороший знак. Какая вы говорите полка?

— Вот эта.

— Пройдите к стойке, — Олливандер взмахнул палочкой.

Все коробки с той полки, что я показал, взлетели в воздух. Потом они начали открываться, их них вылетали палочки и очень аккуратно, в рядок, ложились на стойку. Опустошенные коробки отлетали в сторону и складывались в кучку.

— Теперь выбирайте уже предметно, — предложил мистер Олливандер.

Я пошел вдоль стойки, держа руку над палочками. На первый взгляд, здесь их лежало штук сорок. И каких только не было! Светлых, темных, красноватых, синеватых…. Длинные, короткие, толстые, крючковатые…

Неожиданно я ощутил очень приятное, ласковое тепло, и в руку, сама по себе "прыгнула" одна из палочек. Я машинально сжал ее. В тот же момент с конца палочки выскочило несколько ярких искорок.

— Сомнений нет, вы нашли свою палочку, — довольно улыбнулся мистер Олливандер. — Разрешите, я осмотрю ее, прежде чем вы её навсегда получите.

— Держите.

— Так, так, — старичок крутил палочку перед носом. — Одиннадцать дюймов. Средняя гибкость и упругость. Кедр. И….Хм….очень, очень необычно…

— Что именно?

— Сердцевина из жилы грифона.

— Разве это не распространено?

— Нет, это редкий, можно сказать редчайший компонент. Дело в том, что я не использую такие сердцевины. Я считаю, что есть лишь три компонента, которые мощнее остальных — драконья жила, волос единорога и перо феникса. Самое редкое — это перо феникса. Но именно из этих трех сердцевин я и создаю свои палочки.

— Но если не вы, то кто ее создал?

— Мой дед, Джербольд Олливандер, конечно, — продавец задумчиво хмыкнул. — Он был великим мастером, это уж точно!

— Вы его превзошли?

— Хм, очень коварный вопрос, юноша… Конечно, я могу ответить, что — да, превзошел. Но со всей скромностью все же заявлю, что в некоторых вещах мне по-прежнему очень далеко до него. Он имел гибкий ум, смелую фантазию, глубокую интуицию и врождённое чувство, как истинно правильно создавать магические вещи.

— Это очень интересно…. Но, сколько же она тогда стоит?

— Сколько? — мистер Олливандер задумался. — Стоит она много. Но с учетом того, что многие десятки лет она так и не находила своего волшебника, и судя по всему, ждала именно вас, я отдам ее за четырнадцать галлеонов. И положа руку на сердце скажу, что это справедливая цена.

— Меня устраивает, — я полез в кошелек за деньгами. Насколько я помню, Гарри Поттер заплатил за свою палочку семь галлеонов. А эта стоит в два раза больше. Но денег мне не жаль. Может я и переплатил и за ворона, и за палочку, и за чемодан и сумку для денег, да и на мантиях можно было сэкономить, но собственно говоря, что мне жалеть деньги? Тем более их так много, да и трачу я не на бухло, девок и карты, а на очень нужные вещи, которые послужат долгие годы.

Когда старик вернул мне палочку, я вновь почувствовал приятное, родное тепло. И мне захотелось ее попробовать, да и себя заодно.

— Люмос, — я взмахнул рукой.

На конце палочки зажегся маленький огонек. Он пару раз мигнул, а затем пропал. Лишь пару искорок полетели во все стороны, медленно погасая.

— О, вижу, вы уже кое-что умеете…

Я не ответил. Я был счастлив. Я маг. Люди, я маг! Вот что главное. Я могу колдовать. Уф, как же здорово, что все мои страхи и опасения не подтвердились. И теперь жизнь заиграла яркими красками.

Потом за пару галлеонов купил чехол. Он представлял собой маленький, два дюйма длинною, пенал, который действовал по типу пространственного кармана, как и кошелек, и чемодан. Согласитесь, не очень удобно, когда палочка длинною в одиннадцать дюймов (или даже длинней), постоянно в руках. Мало того, что она может и поцарапаться, и сломаться, так её надо куда-то засовывать, откуда она может выпасть. А так, очень удобный чехол, снабженный кожаным ремнем, с помощью которого можно примотать его на запястье, пояс или даже лодыжку. И торчит из него лишь кончик рукояти палочки, за которую удобно вытаскивать — я проверил.

Для начала я пристроил чехол на левое запястье, а там видно будет.

— А теперь, молодой человек, скажите своё имя. Я должен записать имя волшебника, которому продал палочку. Это традиция.

— Гарри Поттер.

— Что, какой Гарри Поттер? — мистер Олливандер, который уже взял перо и наклонился над толстой книгой, закашлялся и изумленно выпрямился. — Но как же так…

— Что такое, сэр?

— Как же так? Не могу понять… А где… — Старый маг поперхнулся, и замолчал.

Упс. Прокололся старичок. Почти прокололся. И этот недосказанный вопрос — о чем он хотел спросить? Не о Хагриде ли? А если да, то откуда он мог знать про него? Вот и еще один кирпичик в мою теорию всеобщего заговора.