Андрей Круз – Я! Еду! Домой! Те, кто выжил (страница 65)

— Мля…

Этот запах не перепутаешь. Застоявшаяся в отсутствие сквозняков душная вонь с примесью какой-то химии… Что это за ацетоновый запах такой, интересно? Может быть, из-за него зомби перестают разлагаться после какой-то стадии? Типа формалина что-то в тканях образуется? И вонь не сильная, кстати, — или откуда-то из другого помещения тянет, или уже «выветрился» мертвяк, как все они со временем. Если бы он был «совсем мертвый», то воняло бы куда сильнее и без вот этого вот… ацетона.

За дверью, к слову, оказалась кают-компания. Совсем небольшая — практически один большой, похожий на букву «П» диван, огибающий прямоугольный стол. Само же помещение по кругу огибало некое скопление шкафов, кладовок и чего-то еще… ага, душевая там и санузел. С обратной стороны этого «острова» расположился камбуз, больше всего похожий на немудрящую кухоньку в небогатой квартире. Немолодой холодильник, микроволновка, самая обычная кухонная плита и самые обычные же кухонные шкафы.

Запах нигде не усиливался и никак не локализовывался: пахло — и все тут.

— Это куда? — спросил я, указав на ведущий вниз крутой трап с обитыми рифленым алюминием краями ступенек.

— В машину, — ответил шепотом Витя. — А с той стороны вверх, в рубку.

— А это что, каюты? — указал я на двери во внешней стене кают-компании.

— Они самые.

Заглянул вниз, убедился, что дверь в машинное отделение закрыта. Заперта или нет — черт его знает, но захлопнута, бесшумно не откроешь.

— Трап в ходовую паси, — сказал я Вите и быстро заглянул в ближайшую каюту.

Никого, даже запаха почти не ощущается. Похоже, каюта шкиперская, заодно и маленький офис. Факс, компьютер, принтер, добротная койка с бортиком, встроенный шкаф. Все новое, явно после ремонта. На вешалке одежда, койка смята, на полу следы крови — не слишком обильные, не как с места убийства, а так, вроде как кто-то палец порезал. Или кого-то укусили.

Из коридора ни звука, от Паши даже звука дыхания нет. Но на месте, смотрит вверх, автомат у плеча. Держит довольно сноровисто, кстати, если еще и попадать умеет, то вполне можно рассчитывать как на бойца.

Еще каюта, уже на две койки, — опять никого. Еще одна — и тот же результат. Пять кают, пять дверей, везде следы того, что здесь жили люди, а вот самих людей нет. Я тщательно проверял, даже в шкафы заглядывал, раздвигая висящую в них одежду глушителем автомата. Никого, пусто, и следы крови только в шкиперской.

— Так, твоя позиция та же, я проверю ходовую, — сказал я Вите, который только угукнул в ответ.

Неудобно подниматься по трапу, направив перед собой оружие: ступеньки узковаты, да и вообще он крутой. Наверху дверь, добротная, плотно пригнанная к металлическому комингсу, с добротным же замком, похожим на замки в железнодорожных вагонах, в дверях купе. Отпустил автомат, качнувшийся на ремне и прижавшийся ко мне, потащил из кобуры пистолет. Отжав ручку, толкнул дверь. Она отодвинулась сантиметров на двадцать и с глухим стуком во что-то врезалась. Послышалось шуршание, какой-то хрип, в дверное полотно вцепилась чья-то рука, я увидел лишь пальцы мертвого цвета, с потемневшими ногтями.

Сразу потянуло знакомой вонью немного сильнее, но не слишком: зомби уже «выветрился». Несмотря на то что явной опасности не было, да и привык я к мертвякам, сердце все же скакнуло куда-то в район горла. Я отступил назад, вцепившись одной рукой в перила, а второй наводя красную точку лазерного целеуказателя на дверь. Ну?

Зомби с дверью справился не сразу: тянул на себя и сам же мешал ее открыть — стоял слишком близко. Затем все же сообразил отступить на шаг, потянул, открыв ее настежь.

Шкипер наверняка. Рука перевязана аккуратно намотанным бинтом: это точно он к себе в каюту заходил. Рослый дядька лет сорока, со светлой бородой, выглядящей абсолютно чужеродной на фоне мертвого синюшного лица с обвисшими мышцами. Лицо изменилось, а волосы по-прежнему нормального, «живого» цвета. И веснушки. На мертвом лице остались веснушки, частые, мелкие, словно кто-то обрызгал мертвяка машинным маслом.

Глаза зомби, привычно отвратительные, уставились на меня. Мелькнула мысль о том, что сейчас он сделает шаг вперед, свалится с трапа и рухнет прямо на меня, и мы вдвоем покатимся вниз… Дальше рука все сама сделала — крошечный яркий зайчик от лазерного луча перескочил прямо на середину бледного лба мертвяка, палец утопил спуск, и без того выжатый на весь свободный ход, «зиг» несильно трепыхнулся в руке, хлопнув приглушенным выстрелом. Тяжеленная «пустоголовая» пуля сорок пятого калибра почти начисто снесла верх черепа зомби, плеснув его содержимым во все стороны, при этом У меня мелькнула мысль о том, что помогать отмывать рубку я не буду: это в мой «контракт» не входит.

Колени мертвеца подломились, и он все же упал вперед, на трап, с грохотом скатившись по ступенькам, с которых я еле Успел спрыгнуть.

— Что? — в испуге подскочил Витя.

— Шкипер нашелся, — ответил я, поглядывая вверх, ожидая, не появится ли из ходовой рубки кто-нибудь еще.

Никто не появился, наверху было тихо. Проверил на всякий случай связь с Пашей — тут тоже нормально.

— Мертвецы подтягиваются понемногу, — известил он меня. — Уже шестеро здесь, за «транзитом» топчутся. И еще вижу, идут.

Шестеро — это не страшно, даже если придется лезть на берег за чем-нибудь. С этими я легко разберусь.

— Мутантов не видно?

— Нет, ни одного.

Вот это радует больше. С помощью пулемета и известно какой матери я и с мутантом разберусь, уверен, но для этого мне надо быть не здесь, а там. А там сейчас две дешевые то ли стриптизерши, то ли проститутки и два совсем неопытных в боевом отношении лица мужского полу. Этого мало.

Так, ладно, хватит время тянуть. Проверяю рубку и ходовой мостик — и вниз. Все так же, не опуская руки с пистолетом, поднялся по трапу, стараясь не наступать в тяжко смердящие кровавые пятна на ступеньках. Так мертвяк «выветрился», а стоило башку ему раздолбать — и на тебе, как в мертвецкой вонь опять… как ее потом отсюда удалять? Вонь мертвячья прилипчивая до ужаса, это я уже проходил.

Так… пусто. Рубка не слишком просторная, все на виду. Даже вместо радиорубки небольшая выгородка в углу. Высокие вертящиеся кресла, старинного вида штурвал и современная электроника. Прямо на приборах лежит открытая аптечка — видать, шкипер, теперь покойный, забрался в рубку и уже здесь перевязывался.

Выглянул в иллюминаторы на крылья мостика — никого. Отметил про себя только, что с них тоже можно спуститься, по наружным трапам. Палуба отсюда как на ладони видна, а еще вижу, как Паша настороженно всматривается как раз в то окно, из которого я за ним наблюдаю. Заговорила рация:

— В ходовой рубке кого-то вижу, не могу разглядеть: стекло бликует.

— Это я, все нормально, — ответил. — Надстройка зачищена, вниз пойдем.

Все. Для очистки совести заглянул в какие-то шкафчики, в которые и Тигра-то с трудом можно было упрятать, и, естественно, никого там не нашел.

— Вниз пошли, — сказал я Вите, спустившись в кают-компанию и зажигая фонарик на автомате и второй — на ремешке на лбу. — Что первое?

— Машинное должно быть.

— Понял.

Дверь за трапом, ведущим вниз, тоже не была заперта, открылась без скрипа. Яркий луч света прорезал темноту. Металлические переборки, окрашенные белой краской, палуба цвета сурика. Тихо, пусто, мертвецкий запах совсем слабый — возможно, что сверху нагнало, от мертвого шкипера. Света нет, мы в небольшом тамбуре, не прилегающем ни к одному из бортов: иллюминаторов нет.

Витя тоже светил подвешенным на автомат фонариком, судорожно перебрасывая луч с одной точки на другую, явно опасаясь, что в неосвещаемом сейчас месте немедленно заведется что-то зловещее.

— Спокойней, не мельтеши, — сказал я ему, придержав ствол «калаша», который все время норовил повернуться в мою сторону. — Дверь в машинное открой, я войду.

Сообразил. Запыхтел нервно, но сделал все, как я сказал. Перешагнув через высокий комингс, я повел лучом подствольного фонаря по довольно просторному отсеку, заодно продолжая нюхать воздух. Черт, тут соляркой и еще чем-то таким пахнет неслабо, любой другой несильный запах перебьет запросто, так что… не показатель.

А еще нагромождено всего. Какие-то шкафы, столы, трубы, столбы, все отбрасывает перекрывающие друг друга тени, движущиеся по стенам в такт движениям моего фонаря. Ни черта не просматривается — придется все по шагу обходить, везде заглядывать. Сюрпризы нам точно не нужны, вовсе.

— Дверь прикрой и давай за мной.

— Есть, — уже вполне по-военному ответил Витя.

А дизель-то совсем и небольшой, вот он. Стоит что-то такое на полу, желтое и железное, мне и до пояса не достигающее. Надо же, а какую здоровую посудину двигает. А вообще… чего тут только нет, даже верстак с набором инструментов.

— Вить, электричество добыть как-нибудь можно? — поинтересовался я по ходу досмотра.

— А чего нельзя-то? Если горючка есть, то без проблем: вон генератор, — указал он лучом фонаря. — Можно было и из рубки запустить, к слову. Тут все есть — опреснитель, компрессор…

— А займись, — сказал я, оглядываясь.

Никаких угроз в машинном отделении не обнаружилось. Ни следов крови, ни беспорядка — ничего вообще. Я пригляделся к двигателю, а если точнее, то к табличке на его боку: там год выпуска был обозначен. Две тысячи третий: новый совсем, точно, ремонтировали это корыто всерьез.