Андрей Круз – Я! Еду! Домой! Те, кто выжил (страница 30)

Так, ага… выехали с желтого корыта с застекленной будкой сбоку, парома этого самого, поехали. В мою сторону, куда же еще… ах вот они куда…

Внедорожник с пулеметом свернул в поле с дороги и покатил прямо по следам «унимога» — тем самым, что я вчера оставил, убегая. Но это ерунда, это ладно, я же не такой дебил, чтобы исключительно по целине кататься. Доедут до асфальтовой дороги — и все. Максимум, что найдут, — так это направление, в какую сторону я свернул: грязи-то с колес набросало. Ну и что? Я по этой дороге мог хоть до Парижа уехать, хоть свернуть в любом месте, что и сделал, собственно. Поди найди, куда меня занесло.

«Лендровер» исчез из поля зрения, а я достал из рюкзака минеральную воду. Ждем.

Затем увидел нечто меня заинтересовавшее: с острова на берег переправилась бригада рабочих с лопатами и взялась что-то копать — отсюда мне трудно было разглядеть, что именно: склон берега скрывал. Ничего странного в этом не было — заинтересовало другое: с ними было двое охранников. Не оберегающих, скажем, от нападения мертвяков, а приглядывающих, чтобы не убежали. И еще время от времени лениво бьющих палкой то одного, то другого.

Не то чтобы удивился, но общий облик «сообщества» выяснил для себя окончательно. Надо ли говорить о том, что рабочие на албанцев похожи были мало — шевелюрой светлы слишком. Вот так, граждане политкорректные, пригрели у себя беженцев-страдальцев, спасли от бедности, выделили пособия… в надежде на то, что те потом работать будут, а то вам размножаться некогда за карьерой и удовольствиями, молодцы, уважаю. Теперь и отгребайте счастье лопатой, по Сеньке и шапка, носи на здоровье. Впрочем, не одни вы такие, у меня вот тоже мысли мрачные по поводу московских диаспор, которых там уже больше коренного населения… М-да.

А тишина — это хорошо. Слышно, как «лендровер» возвращается. Может, и другая машина, но не думаю — тот самый, скорее всего, который по следам катался. Интересно, докуда отследить получилось, до асфальта?

Встал из-за стола, подошел к окошку на противоположной стороне. Навел бинокль — ага, они самые, четверо в машине, один из них за пулеметом. Интересно, сколько их вообще в этом анклаве? Ладно, это мы потом выясним, на сегодня нам надо дневную культурную программу завершить. Кстати, на их месте я бы двумя машинами поехал, и ничего бы не случилось. Я бы даже высовываться не стал, а то в домике и обложат, но нет — едут на одной. Зря. А значит, буду высовываться.

Сел за стол, приложился к винтовке, навелся на въезд на наплавной мостик — он у меня за репер, — как пересекут эту линию… Сейчас, сейчас… обратно-то они не по полю едут, ракурс будет такой, что можно без упреждения стрелять: цель смещается почти исключительно в глубину.

Вот, есть, фырча дизелем, зеленый внедорожник проехал прямо перед домом. Один стоит за пулеметом, трое сидят. Никого не высадили нигде в засаде, все обратно возвращаются. Может, и не так, ошибаюсь, но думаю, что нет. Кстати, у троих все те же черные береты с какими-то эмблемами. Что-то напоминает из телевизионной хроники — «Армию Освобождения Косова», что ли?

Итак, кто нам главный враг, водитель или пулеметчик? Пулеметчик как мишень стоит, не промахнешься… водитель… вон затылок плоский, по самую шею курчавым волосом заросший, а шея красная… Видно не очень хорошо, частично пулеметчик закрывает, но нормально, патрон мощный, пуля в крайнем случае через ногу стоящего пролетит и свое дело сделает…

Бах!

Винтовка подпрыгнула на сошках немного, но мне удалось не потерять цели из прицела, благо привычки держать оба глаза открытыми я не потерял.

Внедорожник начал плавно забирать влево, пулеметчик засуетился было, но поздно: я на него огонь перенес. Выстрел, еще… попал вроде… машина вильнула резко вправо — видимо, кто-то сумел перехватить руль у убитого шофера, — встала на два колеса, расчерчивая черным асфальт, свернула влево, опять опасно перекосившись, а затем вдруг завиляла, окончательно потеряв управление, и, быстро скатившись с откоса, рухнула в канал, подняв тучу брызг. «Лендровер» сразу перевернулся, из воды показались мокрые черные колеса, от выхлопной трубы валил пар, масса воздушных пузырей создала впечатление, что вода в канале закипела как в кастрюле. Затем на поверхности, прямо в прицеле, показалась голова с вытаращенными в испуге глазами и открытым перекошенным ртом, жадно хватающим воздух, молотящие по воде руки. Я выстрелил.

— Это семь как минимум, — сказал я удовлетворенно, подхватывая винтовку со стола и бросаясь к лестнице. — На сегодня достаточно.

Деревянная лестница гулко бухала под подошвами ботинок, хлопнула дверь. Так, вот и транспортное средство, теперь главное — от запланированного маршрута не отклониться, ехать так, чтобы это скопление домов постоянно было между мной и деревней. И если кто в канале живой остался, то и ему глядеть не хрен.

«Ямаха» бодро рванула с места, протиснулась через заднюю калитку, рванула прямо по полю, бросаясь грязью. Вон туда нам, в сторону маленькой железнодорожной станции, точнее, платформы, у которой пригородные поезда останавливались, а потом чуть правее — и нас даже из танковой пушки уже не достать.

Никто не стрелял, никто не гнался. Понятно: или пока всерьез не приняли, или растерялись. Это понятно — к завтрашнему дню точно что-то придумают. И мы придумаем. Собственно говоря, я уже придумал.

Заскочив за станционное здание, развернул мотоцикл на ноге направо, рванул с газком, выскочил на шоссе, завалил налево, опять вираж — и я в туннеле под каналом, что и требовалось. Треск мотора отразился от боковых стен, затем замельтешили с обеих сторон опоры тех самых противошумовых щитов — ушел, смылся. Вон моя развязка, сейчас оттуда в путаницу местных дорог нырну — и все.

Хотя нет, я оттуда этой дорогой ехал, возвращаться по ней уже не надо. Навигатор пока работает. Поеду просто дальше, а оттуда он в нужное место уже вывезет.

Вдохнул несколько раз глубоко, глотая упругий встречный воздух. Вроде бы дождик собирается — для этих краев это норма. Ну и для меня он скорее союзник будет, чем противник, так что не страшно.

Доехал почти до места по шоссе. Навигатор указал съезд, и я с ним с готовностью согласился. Свернув с шоссе, снизил скорость чуть не до минимума, так, чтобы только на третьей скорости на самых малых оборотах катить, шума не поднимать. Ладно, хватит на сегодня, дергать бога за бороду хорошо в меру: любое везение, даже если оно хорошо подготовлено, имеет свой предел. Оно может встретиться с невезением: то возьмет верх — и все планы пойдут по звезде.

Ага, а заехали мы как раз в Рейпветеринг… Надо чуток повнимательней, в городе-то… Город в «живых» не числится, и непохоже, что его зачищать пытались, так что нарваться можно очень даже запросто. И хорошо, если просто на зомби или даже «шустрика», а ведь бывают и совсем мерзкие мутанты. А я даже не в машине: на двух колесах верхом, всем ветрам и бедам открытый. Хорошо, что центральная улица здесь чисто голландская: справа от нее канал шириной метров в пять местами, оттуда неожиданно не кинешься, и до ближайших домов справа тоже неблизко.

Забавно, а дорога-то здесь вообще однополосная. Как на ней люди раньше разъезжались? Справа велосипедная дорожка из красноватого кирпича, такая же гладкая, как асфальт… А вон велик стоит возле дома брошенный, пригодился бы…

Есть мертвецы в деревне: вон двое сидят под стеной, причем на шум уже проснулись, башками крутят. Ну это ладно, им просыпаться долго, я уже далеко буду. Вот на дорогу выезжать не очень хочется — ее можно с водохранилища просматривать, если, конечно, сюда поближе на лодке подплыть. Маловероятно, но береженого бог бережет — вот и не будем нарываться.

Вскоре заметил между домами проезд, свернул туда — и сразу оказался в поле. Точнее, на том самом лоскутном пастбище, со всех сторон окруженном и во всех направлениях пересеченном канавами с водой. Но тут проще: от деревни было близко, и владельцы выпасавшихся овец в канавы бетонные трубы побросали, а сверху земли насыпали — вот и вышли мостики.

Траектория движения вышла такая, что пьяная змея позавидует, но к ферме подъехал с тыла, прикрываясь сараем. Есть вероятность того, что мою базу нашли и здесь уже засада? Есть, конечно, куда от этого денешься, один я теперь, но выбора никакого. И не думаю, что они уже успели организовать активные поиски. Рано пока — это позже начнется.

5 июня, вторник, вечер. Нидерланды, окрестности деревни Кааг

Засады на ферме не было, Тигр встретил меня в доме, в темноте ткнувшись в ноги, и я чуть не упал, споткнувшись о него. Поднялись наверх вдвоем, я сбросил мешок, выложил на стол винтовку — надо будет почистить: пострелял немножко.

Устроились мы с Тигром в хозяйской спальне, небольшой, но светлой, причем широкую кровать кот благородно уступил мне, выбрав себе для проживания крышку комода. Оттуда ему комфортно было наблюдать за моими перемещениями, что он и делал, шевеля ушами и время от времени приоткрывая желтые глаза.

— Завтра новую базу искать поедем, слышь, полосатый, — говорил я ему, разглядывая карту. — Клиенты наши с высокой вероятностью поедут завтра осматривать окрестности, а мы слишком близко: найдут. Заодно дадим им денек расслабиться. Не найдут нас — может, даже обнаружат свежие следы грузовика и решат, что мы с тобой свое дело сделали и уехали.