Андрей Круз – Побег (страница 53)

– А если с тобой что-то случится без моего участия?

– Надейся, что ничего такого не случится. Ты это начал сам, теперь начались последствия. Все всегда хорошо не бывает. Ты потянул дерьмо – ты платишь цену. Просто сделай то, что обещал и… ну ты слышал. И еще раз, я тебе до мозгов достучаться хочу: я не отбираю твои деньги, понял? Это мои деньги, ты рано начал считать их своими. Просто представь, что тебе не удалось их украсть, усек? Не делай глупостей, не влезай в такие дела, в которых тебя самого первого в фарш переработают.

– А что сказать Леке?

– Скажи, что ты его людей ждал весь день и не дождался. Например. Или выдумай что-нибудь, включи мозги.

Привез я его тоже в квартиру, все равно пока больше некуда, а этот адрес известен и ему, и ей, нет смысла скрывать. У меня пока на него компания зарегистрирована, адрес которой в заявке на кредит. Усадил его в кресло, накинул шнур на щиколотку и на ножку, снова запутал узлы и заплавил. Если бежать кинется, то только вместе с мебелью. Может, конечно, полезть в кухонный шкаф за ножом, но это ему через всю комнату с креслом проскакать надо, не успеет.

– Как она? – Я показал в сторону спальни.

– Раз ведро для мытья полов для нее принес, – усмехнулся Слава. – Что дальше?

Говорили мы по-русски, так что не опасались, что нас подслушают. Надо только знакомых для остальных слов избегать.

– Дальше посчитать надо. Потом жмуриков надо аннулировать, я сгоняю. Затем бы и от грузовика избавиться, но пока не очень знаю как.

– А чавелам по дешевке продать, – предложил Слава. – Почем возьмут. Они тогда с ним дальше сами разберутся. Переварят, перекрасят, сами ездить будут.

– Там все сложней. Этот пикап албанцев, они с румынами дела крутят, понял? Тачка исчезнуть должна, вместе с клиентами. А этих двоих отпускать придется.

– Сдурел? – поразился Слава. – Их держать тут надо, пока бабки не вернут.

– Держать тут… ты сам знаешь, что тут за стенки, за ними люди живут. И если этих начнут искать и догадаются заехать сюда – Слав, мы с тобой за похищение сядем надолго. Эта задастая должна в понедельник с утра на работе быть, иначе вообще ни черта не выйдет. Если этот на службу не уедет, то начнут искать его. Я симки из их мобилок вытащил, но… черт знает, может, их местоположение уже записано. Зиндана нет и не предполагается. Сейчас в разных комнатах отдельно расскажут, как народ за деньги мочили, и будет у нас страховка.

Слава задумался, затем сказал:

– Может, ты и прав, куда они денутся, если записи сделаем? Признанка вся будет, начнут дергаться – им же и хана. Типа в одной лодке пока. Только мне вот что-то про этих, что с чавелами работают, как-то не очень понравилось. Местные?

– Выходит, что местные, – вздохнул я.

– Но может, и так, что этих выпустим, а они… – Слава замолчал, подбирая слова: – Когда человек в панике, он до хрена тупого натворить может. Возьмут и решат сдернуть в рассвет, например. Или еще что. Или очередных исполнителей выпишут, жаба задавит бабки возвращать. Пока они у нас, мы еще как-то это все контролируем.

– Как-то. Но все равно же отпустить придется до того, как все закончится. И не думаю, что они дернут, не так это и просто. Им реально проще рассчитаться, понимаешь?

– Ладно, давай бабки посчитаем, что ли? – предложил Слава. – И подумаем потом.

– Давай. – Я вывалил на стол все деньги из обеих сумок, добавил шесть тысяч «премии». Выходило двести семьдесят три тысячи наличными, из которых я отложил себе двести, остальное отдал Славе.

– Тут больше, – сказал он.

– Проставишься, – усмехнулся я. – Нам еще остальное с них получить надо.

Полную сумму Слава уже знал. Поэтому просто спросил:

– И все? Без штрафов? Две попытки завалить и все такое? Типа не считается или где?

– Мне бы свое вернуть. Можно нагрузить, но… короче, не знаю, как они потом себя поведут. Грохнуть сразу их нельзя, а потом… короче, пусть вернут для начала. В понедельник давить реально уже не получится, там палка о двух концах. Но попробую.

– Да и так все равно неплохо. – Слава улыбнулся, глядя на кучку денег перед ним. – Я уже у этой жопастой спросил, сколько ее тачка стоит. За восемь с половиной взять можно, сказала. Но я чё-та думаю, что пусть она на меня ее так перепишет. А себе за восемь с половиной другую купит.

– Не надо, я думаю, хрен знает, какие последствия с такого могут быть, – усомнился я, при этом ни секунды машину Лоры не жалея. – Ладно, мне еще девушке позвонить надо. – Я глянул на часы. – И этих надо закопать или чего там. Давай, пусть садятся рассказы рассказывать, а потом гоним их в шею отсюда. И сами сдергиваем. Давай этого пока во вторую спальню, типа для интервью. А потом ее, заодно ответы сверим. Только чтобы про сегодня не болтали, это уже лишнее.

Мы их отпустили. Вернули ключи от «Чайнарэнглера» и отпустили. Ну нет других разумных вариантов, не вижу я их. И сейчас меня больше беспокоило, встретим ли мы свинок у машины, которые вполне могли прийти на запах падали. Пусть у меня с собой и автомат, и Слава свой «укорот» прихватил в сумке, но стрелять рядом с городом желания нет. Неразумно это сейчас.

Свинок у пикапа не было, но на крышке кузова сидела целая стая стервятников, начисто проигнорировавших мое появление. Причем настолько проигнорировавших, что я хлопнул двух из них из «глока» в качестве практики до того, как вся эта стая взлетела с хриплыми воплями, оставив две туши валяться на машине. Скинув их в траву, я влез в кабину, и мы поехали дальше в саванну по своим же старым следам, мы сегодня уже в этом направлении катались. Я на пикапе, а Слава на «Чайнафронтере» следом.

Ехали долго, решив удалиться от города по максимуму. Место для погребения нашел в какой-то старой и заросшей промоине, оставшейся, похоже, еще с сезона дождей. Свалили туда трупы, решили, что падальщики на них тут соберутся очень быстро. Срезали с них всю одежду, чтобы и примет никаких не осталось, а потом в другом месте вырыли небольшую яму, скинули туда все, от одежды до оружия, кроме айди и телефонов без симок, залили соляркой из канистры, чтобы не раскопал никто, и забросали землей. Машину загнали прямо в скопление кустов, протерли все тщательно от отпечатков, а потом еще и весь салон залили соляркой так, что там все сочилось.

– А ведь ты мог просто ментам стукнуть, – сказал Слава на обратном пути. – Не, понимаю, что не по понятиям, но мог.

– Да мне на понятия класть вприсядку, я не по этим делам. – Я вывернул руль, объезжая промоину. – Как и тебе, кстати. Тут не в этом проблема. Ну вызвал я их, а дальше? Албанцев этих взяли? Так они еще и не грохнули никого, может, отмажутся вообще. Деньги? А там подпись моя, Слав. Я же сам подписал, когда все оформлял. Ну кто докажет, что я этого не делал, если банк подтверждает? В суд пошлют, да и все. И судись до морковкина заговенья.

– Думаешь?

– Полагаю, так скажем. Заодно местные албанцы узнают, кто их сдал, проблем только больше станет.

– Так и менты будут знать кто.

– Когда меня грохнут. Тут же границ нет, земель до хрена. Кто-то меня исполнит и переедет в Нью-Рино или еще куда. И что ему? А потом еще и вернется через год, у него алиби будет.

– Они и сейчас в курсе будут.

– Это если узнают, что этих двоих мы вальнули, – возразил я. – А пока могут только предполагать. И Миллбэнд им еще отмазок налепит, за ним тоже косяк получается, те по его делам уже четверых израсходовали.

– Ладно, дальше думать будет. По крайней мере, я уже при бабках. – Слава усмехнулся. – Можно даже от Михалыча отваливать.

– Михалыч тоже проблема, так запросто не отвалишь.

– Слушай, Сань, ты бы список составил всех, кто тебе жить мешает, созвал бы на конференцию и разом, нет? Симпозиум типа.

– Было бы проще, – согласился я. – Но не все придут, боюсь. И тебе что, «Живая Роза» уже не нужна?

– Пригодилась бы. Как раз есть что вложить теперь.

– Ну вот. А мне надо, чтобы у меня ничего не крали и заодно от меня отвалили. В принципе, простые и разумные желания, не находишь? Я тут никого не трогал и никому под кожу не лез.

Про то, что тех троих братков я спровоцировал, умолчу. Но им провоцироваться не стоило, и все было бы хорошо. Лично я считаю это самоубийством.

Глава 17

Вчера весь вечер размышлял над тем, стоит ли позвонить Николаю и аккуратно выспросить насчет местных албанцев, или все же этого не делать. Может, и узнаю что-то полезное, а может быть, от него информация о том, что я ими интересовался, уйдет куда не нужно. Поэтому после долгих сомнений решил все же не звонить. Исчезли и исчезли, пусть теперь сами думают. Но общая оценка ситуации вела к не совсем оптимистичным выводам: я тут всего ничего, а врагов завелось столько, что иной и за всю жизнь не наберет. С Михалычем еще как-то понятно, все же сам отчасти нарвался, но с албанцами и этим самым Лекой из Нью-Рино все вообще вышло как-то ни к селу, ни к городу. Мало того что у меня же деньги и украли, да еще и убить пытались, так теперь все это к тому приведет, что я для бандитов из «ничего личного, просто бизнес» перескочу в другой список, уже на глубоко личное.

Опять же не знаю, что делать дальше с Миллбэндом и Лорой. Ну получу я свои деньги… если все же получу, а не случится что-то еще, но они и дальше будут вот так публику в расход пускать? Нет, я не благородный герой, но и не настолько циничен, чтобы об этом вообще не думать. Но если я их сдам, то сам подставлюсь. Когда я застрелил албанцев в складе, я действовал в пределах местных законов, право на самозащиту свято и никем не оспаривается. А вот то, что вместо вызова полиции я начал делать то, что сделал, как бы из области легального переводит все в область криминальную. И если все всплывет, то мне однозначно не поздоровится. Тонуть будем вместе. То есть у меня на них что-то есть, но и у них на меня. И не думаю, что Миллбэнд мое предупреждение воспримет всерьез. У меня просто нет возможности узнать о том, что кто-то еще перевел деньги в траст и случайно после этого исчез. Тут ведь даже сам факт исчезновения обнаружить не очень просто, уехал человек далеко, и все. А у новичков пока ни связей, ни друзей, ни еще кого-нибудь, кто мог бы хватиться.