Андрей Круз – Отблески тьмы (страница 59)

Собрались на лестнице, широкой площадке посередине. Несколько незнакомых мужиков, вооруженных автоматами и СКС, а один так даже снайперской "мосинкой", и хорошо уже знакомый мне Милославский. Увидев меня, он вроде даже немного удивился, потом заулыбался и протянул руку.

- Так вот кто у нас в свидетелях, - сказал он, пожимая мою ладонь. - Рад, вы уж простите, но впечатление толкового человека производите.

- Да уж прощаю, - засмеялся я. - Если бы идиотом назвали, то тогда по-другому бы реагировал.

- Были бы идиотом - так бы и назвал, - усмехнулся он. - Ладно, вроде бы все в сборе, можем двигаться. Пошли.

Гурьбой высыпали на улицу, где начали распределяться по машинам. Я собрался было усесться в "виллис" к Павлову, но Милославский задержал меня, подхватив под руку, и показал на свой шикарный "Олл Карри".

- Давайте ко мне, я вас по пути опросить попытаюсь, что нам обоим время терять, - сказал он.

- С удовольствием, - обрадовался я возможности ехать под дождем в закрытой машине, а не морщиться и прикрываться от залетающего под тент дождя в "виллисе".

Два молчаливых молодых мужика в кожанках уселись за руль и на переднее сидение профессорского доджа, синхронным жестом вложив автоматы в крепление на потолке, и я окончательно убедился, что профессор здесь большая шишка, раз уж ездит с постоянной охраной - никем другим эти "двое из ларца" быть не могли.

Мы же уселись назад, на мягкое, пружинящее кожаное сидение. В додже было тепло и уже непривычно сухо, шикарно, в общем. Вот как быстро меняются взгляды на жизнь, если учесть, что примерно неделю назад я ездил на пахнущем новой кожей в салоне "Гранд Чероки" и думал, не прогадал ли с выбором машины? Может надо было "рейндж" брать?

"Виллис" поехал первым, в нем сидело трое вооруженных, Павлов за рулем, следом к нему пристроились мы, за нами поехал полноприводный грузовик "шевроле" с жилым кунгом, в который загрузилось несколько совсем не боевого вида людей, полагаю, что из департамента Милославского, а замкнул колонну бронированный американский "скаут", ощетинившийся стволами пулеметов. На борту у него виднелись белые буквы "УпрО".

- "УпрО" - это что? - спросил я.

- Управление охраны горбезопасности, - гордо ответил сидевший впереди справа охранник.

- Ваша лавочка? - уточнил я.

- Наша, - кивнул он и добавил: - Лавочка.

Похоже, что даже малость оскорбился за свое ведомство, но мне на его эмоции было, как бы это помягче сказать... Я вообще к "ведомствам" уважения мало имею. Да и телохранители в моих глазах выродились в еще одну разновидность холуев, потому как развелось их в Москве в последние годы без меры, а польза от них была крайне неочевидна, разве что хозяйское чувство собственной важности тешили, когда стояли вокруг с грозным видом. Интересно, профессор и вправду в охране нуждается, или это статусная вещь?

Милославский покопался в своем брезентовом портфеле, достал оттуда блокнот с записями Полистал его, затем сказал:

- Ну вот, как раз по вам материал... провалились вместе с сараем, в сарае был генератор. Так?

- Верно.

- Хорошо, - кивнул он. - Вопрос второй... в горбезопасности сказали, что ездили туда просто так, место посмотреть, так?

- Верно, - улыбнулся я.

- А почему, кстати? Не в упрек, просто интересно.

- А им зачем знать? Генератор мой, а не вещественное доказательство. Перестраховался, короче.

- Понятно, правильно сделали, наверное. Но мне сказали правду, так?

- Так.

- И вот тут самое интересное и начинается, - сказал Милославский, что-то помечая галочкой. - Почему решили осмотреть тот дом? Только честно, подумайте сперва хорошенько.

- Честно? - я и вправду задумался. - А я и не знаю, если честно. Загрузили агрегат, можно было ехать, а тут как подсказал кто-то, мол "посмотри домик". Тянуло к нему, что ли... - я пощелкал пальцами, силясь подобрать правильное слово... - Ну... ну вот надо было, и все тут.

- Понятно, - явно довольный ответом, кивнул Милославский. - А Федор Мальцев никаких таких чувств ведь не испытывал, так?

- Нет, - вспомнил я поведение Федьки. - Он хотел быстрее уехать, и все тут. Это к чему вы?

- А как вы думаете? - ответил он вопросом на мой вопрос.

- Ну... если навскидку, то полагаете, что я как-то связан с жертвой в подвале?

- Тепло.

- Жертва вызвала мой провал? - уточнил я.

- Еще теплее, даже горячо уже, - сказал Милославский. - Есть теория, что некоторые провалы вызваны искусственно, как ваш, в частности. И занимаются этим те, кого принято именовать "сектантами", а мы зовем "адептами".

- Зачем?

- Кто бы мне самому объяснил, - вздохнул он. - Я же говорил, что даже пленные адепты не слишком разговорчивы. Вот пока и не выяснили.

- А как другие провалились?

- Думаю, что эти самые провалы - нечто вроде естественного процесса. А вот адепты пытаются научиться создавать их искусственно, и иногда у них получается.

- Жертвоприношениями? - удивился я.

- А почему бы нет? - пожал он плечами. - В этом же никакой мистики, собственно говоря, нет. Когда жертву мучительски убивают, выбрасывается такое невероятное количество энергии, что она способна не только слой миров проколоть, но, наверное,и сдвинуть их с места смогла бы, если бы ей кто-то мог управлять.

- А для чего им?

- Это тоже хороший вопрос, на который пока никакого обоснованного ответа. Можем только предполагать.

- И что предполагаете? - продолжал я наседать на него.

- Предполагаем, что они хотят совсем не того, что получают. Хотя бы потому, что когда вы провалились, они вас там не встретили.

- Сочли эксперимент неудачным? - уточнил я.

- Верно, что-то получилось не так, как планировалось, и они просто ушли. А затем туда провалились вы, к великому вашему везению их не встретив. А то бы оказались второй жертвой, что я очень допускаю.

- И все же?

- Все же? - поднял тот брови. - Думаю, что они пытаются построить тоннель отсюда. И не уверен, что для самих себя.

- Для Тьмы?

- Именно так, для нее, родимой. Нашли же они какую-то форму сожительства с ней, верно? Вы же были близко к Тьме? Как ощущения?

- Тяжкие, - честно ответил я. - Страх, жуть, мысли путаются, руки трясутся.

- А для них граница с Тьмой стала естественной средой обитания. Они ведь даже внешне меняются.

- Сильно? Или только глаза?

- Не видели никогда?

- Откуда мне? - удивился я вопросу. - По моей службе только всякие "пионеры" с "хмырями" встречаются, а сектантов этих, или адептов, из самолета только видел. Так вроде люди как люди.

- Ну, да, издалека точно, - сказал Милославский. - Знаете, я вам их покажу. Хотите?

- Покажете?

- В горбезопасности сидит несколько, и у нас на Ферме есть. Слышали про Ферму?

- Ну так, краем уха, - уклончиво ответил я.

- Мы и не рекламируемся особо. Завтра после дежурства свободны?

- М-м..., - растерялся я. - Вообще были планы...

- А вы их отмените, - сказал Милославский довольно жестко, что уже следовало воспринимать как приказ. - Потому что я вас могу и повесткой вызвать, вы для нашего отдела большой интерес теперь представляете. Другое дело, что вы, как я понял, человек любознательный, так что все у нас будет взаимно - вы нам поможете, а мы - вам. И не только знаниями, может быть. Договорились?

- Разумеется, - усмехнулся я. - Планы изменим, с утра к вам заеду.

- К десяти подходите, прямо в кабинет, я предупрежу.

Некоторое время ехали молча, затем я сказал:

- Мне тут вчера интересную вещь рассказали...