Андрей Круз – Отблески тьмы (страница 54)
В ворота мы и соваться не стали, к радости моей, потому как я представил мучения с пропусками на вход и выход, как всегда в таких местах бывает,так аж заскулил мысленно, а заехали на территорию поменьше, притулившуюся сбоку к основной - двор, за ним большой гараж с ямами. Сверху вывеска "Администрация Углегорска. Отдел приема складов Горимущества". Эксперт Рома выскочил из машины, забежал внутрь через калитку, и вскоре вернулся с немолодым мужиком в черном комбинезоне, который начал открывать ворота.
Федька закатил туда с "носатым". Я как не собирающийся сдавать машину, думал подождать на улице, но Рома махнул рукой и мне, "заезжай", мол. Ну и ладно, мне проще, хотя "тазик" погонять бы надо поактивней, накачать заряда в немощный аккумулятор.
"Шнауцера" сразу загнали на яму, с ним взялся возиться как раз тот самый мужик в комбинезоне и молодой парнишка с собранными в хвост волосами и в шапочке "гандонке". Рома же позвал нас в конторку, пристроенную к гаражу. Они с Федькой сразу направились туда, а я все же заглянул в гараж и крикнул мужикам:
- Машину мою не глушите, ладно? А то не заведу потом, аккумулятор заряжаю.
- Лады, не бзди, - откликнулся молодой.
Хотел сказать ему грубость, но не стал и пошел следом за Федькой.
В конторке было тепло, даже жарко, и я, так до сих пор толком не согревшийся, мгновенно сомлел, аж в сон потянуло. Но зато так хорошо стало, что словами не описать, я сразу к теплой печке придвинулся и спину грел. Затем, подумав, вытащил из противогазной сумки брошюрку Милославского и поискал в глоссарии, кто же за нами гонялся там, в Порфирьевске? Оказалось, что некие "гончие", отличающиеся свирепостью, скоростью и невероятными прыжками, что и демонстрировали. А заодно нашлась разгдака ускорения их вожака: "Стая способна обмениваться энергией, усиливая вожака и наиболее сильных хищников за счет слабых, давая возможность догнать, например, людей в машине"
Радовало то, что случаи появления "гончих" в городе можно было по пальцам одной руки пересчитать, чаще всего их замечали на границах областей Тьмы.
Рома заполнял какие-то бланки, уточнял данные, которые исправно выкладывал ему Федька, старательно вводя в заблуждение по поводу расположения склада, перекладывал копирки, сверялся с какими-то книжками - работал, в общем.
- Во сколько приблизительно оцените? - спросил Федька лениво, когда тот отложил, наконец, свою писанину и дал нам расписаться в акте приемки-передачи.
- Десять-двенадцать, если навскидку, - сказал тот и кивнул головой в сторону гаража: - Тут важно, что Свистунов скажет, вторая подпись в акте у него.
Посмотрел он при этом так выразительно, что я понял две вещи сразу - Рома опасается быть подслушанным, и у них с этим самым Свистуновым здесь неплохая кормушка. Сколько Рома получает? Как мы, рублей триста в месяц? И то хорошо, может и меньше, а с двенадцати тысяч они на двоих двенадцать сотен сшибут - неплохо, жить можно. И в общем не так уж терзает городской бюджет, у любого оценщика всегда "вилка" есть - этому по минимуму оценил, а этому по максимуму. Сказал десять-двенадцать - значит будет двенадцать, а нам на руки одиннадцать - всем сплошная выгода. Ничто не ново под Луной, и даже в этом, худшем из миров.
"Тазик" мерно молотил двигателем на улице, и Рома, обратив внимание, спросил:
- Себе взял или на продажу?
- А что? - поинтересовался я на всякий случай.
- Да если на продажу, то покупателя найти могу, - пожал он плечами с деланным равнодушием. - За нормальные деньги.
Почему-то по выражению его лица мне показалось, что сам Рома и намерен выступить за таинственного покупателя, больно уж маслеными глазками он на "швиммваген" все время поглядывал. Приносит ему доход работа, наверное, позволяет себе... А что, машинка с виду скромная, вроде как страсть к откатам в глаза бросаться не должны.
Но тут проблемка - я "тазику" обещал не расставаться, да и мне самому автомобильчик нравился. Пусть сидения простенькие каркасные, пусть обстановка такая спартанская, что дальше некуда, а бежал он бодро, через колдобины переваливался легко, да и тонкий небольшой руль после "носатого" было крутить очень легко - "запорожец", да и только. Даже звук похож.
- Не, продавать не буду, это под себя, - сказал я к роминому разочарованию.
Федя посмотрел на меня задумчиво, потом на Рому, сказал:
- А на фига тебе амфибия? Ту куда на ней плавать собираешься? "Кюбеля" себе бы взял, за глаза хватит. И дешевле обойдется, небось.
- А где его взять? - вздохнул тот. - У кого "кюбель" есть, тот его хрен продаст, на бензине чистая экономия. А что другое мне не по карману, в общем, если только совсем руину какую.
Последняя фраза прозвучала не искренне и то, как я думаю, с прицелом на возможные скрытые микрофоны.
- Можно "кюбель" поискать, есть одна наколка... - сказал Федя, глядя тому прямо в глаза. - И состояние как раз такое... так себе, но ездить будет, подшаманите.
При этом Федя продемонстрировал жест, никак не соответствующий сказанному - показал оставленный большой палец. Рома воздел светлые бровки, затем кивнул, вроде как задумчиво...
- Ну, если будет возможность, то меня не забывайте. Может как-нибудь в рассрочку договоримся, частями выплачу, с зарплат. Ну и накопил что-то, два года на машину собираю.
Диалог начал было забавлять, но быстро сошел на нет - тема исчерпалась. Я так понял, что Федя имел ввиду тот самый "кюбель", что стоял в одном боксе с "тазиком", и с его помощью он намерен навсегда укрепить дружбу с оценщиком Ромой.
Вошел в конторку Свистунов, вытирая руки грязноватой тряпкой, сказал:
- Ром, первую категорию смело пиши, хранилась хорошо. Под замену сальники кое-где, и то не пожар. Никаких особых замечаний. Аккумуляторы тоже приличные, зарядятся. Берем все. Вот тут я расписал про них...
Он выложил на стол какую-то бумажку. Рома кивнул солидно, снова что-то почеркал в акте, пощелкал лежащими на столе счетами, вписал результат, затем дал расписаться этому самому Свистунову, после чего сказал, обращаясь уже к нам:
- Машина оценена в одиннадцать тысяч девятьсот рублей, по аккумуляторам разблюдовку приложил, всего тысяча четыреста двадцать целковых. Расписывайтесь.
- А когда, простите, можно деньги получить? - очень тонко намекнул Федя.
- В следующий понедельник приходите в нашу бухгалтерию, -сказал Рома, убирая все свои бумажки в папку и протягивая Федьке копию акта. - Второе окошко, все будет готово. Обратно отвезете?
- Без проблем, - сказал я, поднимаясь.
- Эва, гля какой! - сказал механик Серега, поднимая шлагбаум и пропуская меня на аэродром. - Где взял?
- Где взял, там больше нет, - сказал я и засмеялся: - Правда нет, один был такой. За Митино катались, там нашли.
А что? Порфирьевск вполне себе за Митино находится, ни в одном слове не соврал.
- А сюда на нем женихаться приехал? - подковырнул он.
- Ну что ты своими грязными механичьими граблями в чужую личную жизнь? Приехал и приехал.
- Ну, заходи, раз приехал, Настя в дежурке с бумагами какими-то сидит, остальные уже по домам двинули.
- А ты чего?
- А я в ночь сегодня.
"Тазик" встал рядом с АР-43, оказавшись совсем маленьким даже на фоне этой отнюдь не слишком большой машины, и теперь я его вполне смело заглушил - аккумулятор воскрес, покатав нас с Федькой по всем адресам, куда нам было надо.
Самолеты были внутри, ворота закрыты. Настю я действительно нашел в дежурке, сидящей над стопкой каких-то бумаг, больше всего напоминающих счета. Услышав как я вошел, она вскинулась, заулыбалась, потом вроде как нахмурилась.
- А я уже ждать перестала. Ты вообще как, а? Совесть есть?
- Ну как, пока туда, пока обратно, пока здесь все сдали... и прямо сюда. Честно говоря, думал, что ты уже уехала.
- И ты с этим смирился? - удивилась она, встав и положив руки на пояс, как бы демонстрируя готовность высказать все, что думает.
- Я решил сначала в этом убедиться, и лишь потом вырабатывать определенную позицию, - соскочил я с прямого ответа.
- Вот как? Ну-ну, - сказала она сурово, но сразу засмеялась. - Ладно, как вы? Удачно?
- Не то слово, - расплылся я в самодовольной лыбе. - И доход, и транспорт, и вообще я теперь жених. И куда-нибудь приглашаю.
Она с сомнением посмотрела на свой наряд, затем сказала:
- Сначала переоденусь, так не пойду.
- Но принципиальных возражений нет?
- А с чего им быть? - вроде как даже удивилась она. - Кстати, ты уже переехал?
- Пока нет, да что мне переезжать? Нищему собраться - сама знаешь, одна сумка с вещмешком.
Она подошла к овальному зеркалу, висящему на стене, распустила хвост и начала причесываться, с трудом протягивая расческу сквозь густые волосы.
- Я чего-то не поняла..., - заговорила она сквозь сжатые губы, которыми удерживала "хвостовой" шнурок. - Ты собрался меня сегодня соблазнять, а еще не переехал?
- По пути тормознем, я за мешком забегу, а то боялся, что ты уедешь, торопился.
- Угу, - кивнула она. - Оно и видно. Ладно, свяжешься с таким как ты - небось и не к такому обращению привыкнешь. Поехали за твоим мешком, потом меня переодеваться завезешь. Нет, ну ты кавалер или кто? Мне там тебя еще ждать?
- Давай сначала тебя завезу и метнусь к себе, мне там две минуты всего нужно, - предложил я.