Андрей Круз – Отблески тьмы (страница 40)
- На Урицкого? - на всякий случай спросил я.
- Ну да, куда в тот раз подвозили. Помнишь хоть?
- Помню конечно.
Уже стемнело, так что начал оглядываться по сторонам, такая привычка успела появиться. Уличных фонарей здесь не было, зато были над каждым подъездом. На Советской так еще и людно было пока, хотя народ все больше кучковался или у кабачков, или магазинчиков, но просто так особо не ходили. Зато ездило немало машин, иногда попадались целые грузовики с большими веселыми компаниями в кузовах.
Странное ощущение, когда смотришь на все это вокруг. Старые дома, старые машины, все старое, а люди в эту картину не вписываются. Ну в ту ее версию, которую мы умеем себе представить. Люди новые, из двухтысячного, и они тут как инопланетяне. Вот как я например, до сих пр глазами хлопаю с недоумением.
- А как вообще народ из кабаков по темноте расходится? - спросил я, удивившись сам себе, что не поинтересовался этим раньше.
- Такси берут. Видишь зеленый фонарик над хинкальной светится? - указала она вперед, мы как раз приближались к одному из заведений Шалвы.
- Вижу, и что?
- Это значит, что там есть клиент на довоз до дома.
- А чего тут за такси, я вроде и не видел... - озадачился я.
- Видел, просто не понял, - усмехнулась Настя. - Грузовички катаются крытые в основном. Полуторки чаще.
- Это у которых кабина в желтый цвет крашена?
- Они самые, - подтвердила она. - Эту компанию один дядька открыл, Фоменко фамилия. Сначала всерьез не принимали, а потом выяснилось, что отлично зарабатывают, людям-то в кабаке посидеть охота или в гостях. В общем, в прошлом году ее национализировали, мол пусть в городской бюджет работает, Фоменко директором поставили. Но он гараж поджег и уехал в Сальцево.
- Прорвался?
- Он какую-то замедленную бомбу заложил, сначала уехал, потом полыхнуло. Теперь там какую-то транспортную компанию открыл.
- А Администрация?
- Наши предъявили какие-то претензии, но их оттуда послали прямым текстом. На этом и затихло. Кто Фоменко видел, говорят, что теперь с охраной ездит.
- Есть причины? - спросил я.
- Ну, слухи всякие ходят, - сказала Настя уклончиво. - Мысль про "длинную руку" старательно внушают. Да и вообще какие-то странные дела время от времени происходят, но тоже все на уровне пересудов.
Я только хмыкнул. Верилось как-то легко, насколько я успел разобраться в общественном устройстве общества. Судить, правильно оно или нет, пока не могу, мало здесь времени провел, но вот в такие истории уже верю.
Улица Урицкого была исключительно жилой, поэтому пустой. Лишь на крыльце какого-то дома в световом пятне курили трое вооруженных мужчин, и над другими подъездами светили фонари.
Чем действительность Отстойника отличалась от той, в которой жил я - здесь строили по-другому. Если в моем слое подъезды даже в старых домах были в основном со двора, за исключением совсем уж древних, дореволюционных построек, то здесь они выходили на улицы, были именно "парадными", а двор обычно располагался сзади и в него выходила другая дверь. В этих дворах раньше, наверное, играли дети и сушилось белье, а сейчас стояли еще и многочисленные сарайчики, построенные из всякого хлама, впрочем и для песочниц с деревянными горками в отдельных дворах место оставалось.
Дом Насти ничем не отличался от остальных - трехэтажный, в потрескавшейся желтоватой штукатурке, с мощными решетками на всех окнах - тюрьма тюрьмой.
- Ну что, - спросил я. - Мне на чашку кофе напрашиваться или сама пригласишь?
- Не приглашу и не напрашивайся, - ответила Настя, хотя при этом подошла и обняла меня за пояс. - Просто и Ленка сейчас дома, и тебе завтра на службу, и вообще. А так я не против, правда, даже рада была бы, я уже полтора года одна. Какой полтора, два уже, ужас. Поцелуй?
Губы были теплыми, нежными, она даже задрожала, когда я ее обнял, и сразу вырвалась.
- Все, все, все, остальное потом, - сказала, поправляя волосы. - Не хочу так, как студенты. Ты... ну в общем понял, придумаем что-нибудь, как выспишься после смены - найди меня, хорошо? На аэродром приезжай.
Она теперь сама поцеловала меня, крепко, жарко, снова оттолкнула и быстро поднялась на крыльцо, постучав в дверь. Почти сразу ей открыли, вахтер подглядывал наверное. Настя исчезла в парадном, а я, вздохнув, завел мотоцикл. И решил, что она, пожалуй, права. Как-то не готов я встречаться с женщинами в общаге или коммуналке с соседями. Она что-то другое имела ввиду, но вот я - именно это.
"Харлей" рванул с места и понес меня в сторону Горсвета, я еще спокойно успевал поставить мотоцикл в гараж и успеть на "пепелац". Несколько раз я их чистого хулиганства прокатился по большим лужам, поднимая целые стены брызг, благо сам в плащ-палатке, и вскоре поймал себя на том, что у меня впервые с того момента, как я провалился сюда, такое прекрасное настроение. Хотелось выписывать восьмерки, гикать и никому не давать спать в округе. И вообще, кажется я влюбился.
- Федь, два вопроса, - сказал я, стоя перед зеркалом на дверце шкафа и вытирая мокрые волосы вафельным полотенцем.
- Валяй, - сказал Федька, натягивающий сапог на белоснежную портянку.
- Тех бабок, что взяли с генератора, мне хватит снять нормальную квартирку? И второй вопрос - когда сумеем скататься за машинами, на тот твой склад?
- Встречный вопрос: нормальная квартирка - это что? - поинтересовался он.
Нога заскочила в голенище и каблук со стуком ударил в пол.
- Что-то такое, где можно жить вдвоем с женщиной и как можно меньше пользоваться удобствами в коридоре.
- Ах вот оно что, - усмехнулся он. - Настя-летчица?
- В общем да, - кивнул я, не видя смысла скрывать.
- Кто к ней только не подкатывался, даже я, грешный, а тут на тебе, - засмеялся он. - Повезло, только сам понимаешь, барышня с характером, блуданешь - вешайся сам. Разбомбит с воздуха, ей сверху видно все, ты так и знай.
- И все же?
Полотенце повисло на спинке кровати, а я натянул майку, а на нее свитер. Надо будет сорочек прикупить, если трикотажа здесь нет. И еще один свитер, самая оптимальная одежда.
- Ну, есть несколько домов, где в наем сдают, но все с какими-то проблемами. То без кухонь, то санузлы общие, но в принципе можно.
- А дорого?
- Для тебя - нормально, а так половина зарплаты фонарщика, как из пушки, - сказал Федька, взявшись за ремень с кобурой. - Отобьем, без вопросов, если ты у меня напарником будешь. А за машинами хоть завтра, у меня уже самого аж зуб свистит, трясусь от идеи, что кто-то еще на тот склад дорогу протопчет.
- А что, никто не знает? - поразился я.
- В том-то и дело! - он аж руки воздел в патетическом жесте. - Мы с Серегой, напарником бывшим, упоминание о нем в документах в митинском райсовете нашли, ну и проверили.
- Что там есть?
- Там машин тридцать стоит немецких, в разном состоянии. Есть такие, что только на запчасти, некоторые на улице под брезентом, но брезент сгнил, а есть и те что в культурно, в боксах, на подпорках, со снятыми колесами.
- А резинки всякие, сальники? - спросил я о наиболее существенном.
- Ты знаешь - все в основном цело. Тут время странное, ты в курсе, непонятно как и что. Если где и течет, то не радикально, да и запчасти найти можно, или резинки заказать. В общем, некоторые машины, если колеса надеть, можно с толкача даже завести. "Блиц" мой завелся, разве что масло дважды доливал, пока до Углегорска доехал, и в ремонт все же вложился. Ну и на пневматику стартер переделал.
- Дорого?
- Ну... в штукарь уложишься, в полтора от силы. Можно сначала городу машину притащить, он сразу оценивает и платит, деньги делим, а потом за твоей, и тебе тогда на все хватит. Как?
- Если только в самые ближайшие дни.
- Фига тебе приперло, - засмеялся он. - А вообще я только за, задолбался занавески жевать, дела делать охота. Ну и денег хочется, веселой жизни. В Сальцево сгонять погудеть.
- Кстати, а как ты вообще здесь, а нет там? - задал я давно вертевшийся на языке вопрос.
- А у меня пока здесь левые доходы лучше идут, - честно сказал он. - В Сальцево надо перебираться тогда, когда уже не на дядю работать будешь. Вот там, кстати, при нормальных деньгах жить можно не в коммуналке, там и кирпичные заводик работает, серый силикатник гонит, и стекольный есть, и лесопилка.
- Строятся?
- А как же, там целый поселок коттеджный имеется уже, чин-чинарем, как в лучших домах, - Федька даже большой палец показал. - Заработаю сколько треба - да и перееду, сколько можно башку подставлять по подвалам? Всему есть мера.
- А просто переехать?
- Не сложно, - усмехнулся он. - Наша Администрация и рада была бы перекрыть путь, но не получается, нам без сальцевского базара никуда, да и торговля идет активная.
- Много переезжает?
- Да как сказать...не думаю. Без бабок везде судьба одна, многие оттуда сюда бегут тоже. А потом снова обратно. А оттуда опять же сюда, ищут лучшей доли.
- А в финале?
- В финале все больше спиваются такие, кто чего-то ищет, а что именно - не знает, - сказал Федька, одернув кобуру и натянув куртку. - Падают в канавы и замерзают, или их рвут ночные твари. Еще шпана малолетняя попадается, всякие проваливаются, пытается здесь за крутых себя ставить, но это заканчивается банальными побоями с выдворением. Или штрафным отрядом. Готов?