Андрей Круз – Москва (страница 78)
— А с какой целью интересуешься?
— Да впечатление сложилось, что я того парня, что с тобой беседовал, знаю. А кто это и откуда — не могу вспомнить, вот и мучаюсь, — снова натянуто улыбнулся Игорь.
— А я и не знаю, — съехал Валера в сторону, всё же решив лишнего не говорить. — Из Подмосковья они, подъехали с проектом, а что точнее — и не скажу.
— А, ну понял, — сказал Игорь и обернулся к Колену: — Степан, а ты не знаешь?
Колено бросил короткий взгляд на Валеру, сидевшего с индифферентным видом, Самбиста, слушающего разговор, и медленно покачал лысой головой:
— Нет, Игорёк, не знаю. У нас же рынок здесь, всё время новые люди.
— А уточнить никак нельзя?
— Думаю, что никак, — отрезал Колено.
Над столом повисло молчание, все уставились на капитана. Тот снова улыбнулся резиново, встал из-за стола, извинился:
— Отойду на минутку.
Никто никак не прореагировал, лишь посмотрели вслед засуетившемуся «центровому», который вышел на крыльцо.
— Чего это он? — спросил Самбист.
— Не знаю, — ответил Колено. — Но люди это такие: если время спросит, то уточни, с какой целью. Мутные они.
— А у тебя с ними что за дела, если не секрет? — влез Валера.
— Дела у нас с ними простые — на их земле живём, — ответил за Колено военный в майорских погонах, с эмблемами автовойск. — Поэтому стараемся не конфликтовать.
— Ага, примерно так, — подтвердил и Колено. — Но дружбу водить с ними не советую.
Валера кивнул и твёрдо решил инкогнито своего недавнего собеседника не раскрывать. Просто так, из принципа. Не понравился капитан Игорь ему, совершенно.
Сергей Крамцов
17 апреля, вторник, день
До стоянки почти бегом двигались. Пришлось чесать через половину села, причём я ещё поминутно оглядывался. Но никакого хвоста за нами вроде бы не было.
— Кто это? — спросила меня Аня на бегу. — Чего бежим?
— Те самые, кого вы на даче завалили, — резко ответил я, поудобней перехватывая болтающийся на груди автомат. — «Фармкор» это, и вся эта территория под ними.
— Домой уходим? — спросил с другого бока Пашка.
— А вот хрена. Занимаемся по плану, к Васильевскому Мху двигаем.
— А если следом увяжутся?
— А если увяжутся, то без разницы, в каком направлении. Но то, что искать нас начнут по дороге на Москву, вероятность выше. Этот Валера и его бойцы в курсе, с какой стороны мы прибыли.
— Это плохо, — буркнул Сергеич.
— Знаю, что плохо, но они нас узнали. На базаре видели, когда мы «Паджерик» торговать ездили.
Обежали по кругу рынок и увидели наши машины за колючей проволокой стоянки. Ничего подозрительного вокруг не заметили, всё так же возле караулки курили и перетаптывались трое охранников. К счастью нашему, мы заплатили вперёд и с запасом, так что разбираться с ними пришлось недолго — вернули квитанции, а они шлагбаум открыли.
— По машинам! — крикнул я, закидываясь в УАЗ и устанавливая на капоте РПК.
За спиной лязгнуло железо — Большой установил пулемёт в турель.
— Шмель, на трассу не идём, давай по селу в объезд, к мосту через Тверцу, — скомандовал я.
— А на хрена? — удивился он. — Заблудимся же!
— Язык до Киева доведёт, рули в ту сторону. — Я показал рукой направление. — Пойдём на трассу, эти «чёрные» точно увяжутся. Видал на «Воднике» антенны? До их базы двадцать вёрст, уже вызвали подкрепление небось.
По ходу дела я включил наш автомобильный «Кенвуд» и перевёл его в режим сканера. А толку-то? Болтали здесь все, кому не лень, а вот у фармкоровских запросто могла быть связь с блоками ЗАС, так что не послушаешь.
Шмель спорить не стал, а резко рванул с места, выведя «уазик» в ворота с поднятым шлагбаумом. «Садко» буквально подпёр нас сзади могучим бампером, следом нёсся второй УАЗ.
— Попробую по часовой стрелке, по окраине объехать, — крикнул Шмель.
— Давай! — ответил я, после чего приказал по рации: — Всем полное спокойствие. Без команды никаких лишних движений.
Замелькали дома, заборы, люди, машины. Когда мы уже проскочили насквозь всё село и впереди заблестела зеркалом поверхность реки, мне показалось, что я заметил промчавшийся навстречу по параллельной улице «Водник». Ну да, ну да, кто бы им сказал, на каких мы машинах? Хотя этот самый Валера мог, или его бойцы, например.
— Крайний, есть кто на хвосте? — запросил я Лёху.
— Ни души, нормально всё.
— Понял, — ответил я и обернулся к Большому: — На стрёме будь, но без команды даже не дыши. Как понял?
— Да понял я всё, — ответил он сквозь зубы.
Вид у него был настороженный, но вполне спокойный. Это хорошо, за него я больше всего пока беспокоюсь, не был он с нами в каком-то деле ещё.
Машины пронеслись за трактиром «Тверца», из которого мы только что убежали, с обратной стороны, затем замелькали заборы, пристань, затем показался мост с опорным пунктом перед ним. Тоже подолбанная «копейка», АГС и крупнокалиберный пулемёт, уставившиеся в поля на противоположной стороне реки. Пришлось остановиться, чтобы не нарываться на скандал, но ничего страшного не произошло — у нас забрали разовые пропуска и пересчитали людей. В кунг «Садко» заглянули. Махнули рукой, задрали трубу шлагбаума и освободили проезд.
— Ходу, Миша, ходу… — аж прорычал я сквозь зубы.
Но его уговаривать не надо было, даром он всё время через плечо оглядывался? Едва путь освободился, «уазик» аж с буксом с места рванул, набирая скорость. Но вырвались. Дорога изогнулась поворотом, и я увидел, что Сергеич на хвостовой машине направил пулемёт назад, в сторону села. Хотя… погонись за нами на бронированном «Воднике», и толку от него немного будет, разве что по колёсам. Но «Мухи» для этого плавающего вездехода хватит. Если не одной, то парочки.
Затем с обеих сторон потянулся лес, и я почувствовал себя чуть спокойней. По крайней мере, можно свернуть и самому устроить засаду. Для такого дела у нас оружия вполне хватает, не хуже других будем. Но за нами так никто и не гнался, радиосканер никаких подозрительных переговоров не перехватывал. От души отлегло, и я вздохнул так, что аж в глазах потемнело. Достал карту из разгрузки, посмотрел в неё, сказал:
— Развилку не проскочи, скоро будет.
— Я помню, нам на ней направо, — ответил Шмель.
— Соблюдаем дистанцию в колонне, — скомандовал я, и идущий на хвосте «Садко» начал понемногу отставать.
На лицах Ксении и Пашки, которые хорошо были мне видны через лобовое стекло, отразилось облегчение. Тут всё правильно, если такая команда последовала, то можно расслабиться. Только нам как «головняку» надо быть поаккуратней, с нас пока весь спрос.
Ехали спокойно. Деревню Троицу проскочили с ходу, обратив внимание на то, что здесь как будто и не случалось ничего. Бабки у калиток о чём-то судачили друг с другом, в поле коровы паслись за околицей, и разве что парочка пастухов с СКС за плечами демонстрировала некую заботу о безопасности. Да и махновщина досюда не докатывалась, наверное, иначе была бы в деревне пустота, как в тех сёлах, что вдоль питерской трассы вытянулись.
Дорога шла немного под уклон, и вскоре пейзаж начал изменяться. Густой смешанный лес уступал территорию всё больше чахлому осиннику, а поля — болотистым низинам. Вот и пошли торфяные края, осталось только выяснить, не ошиблись ли мы в своих теориях, равно как и в планах на операцию. Она хоть и несложная на первый взгляд, только оглядеться да воздух понюхать, но мало ли что…
Мы не торопились, по дороге, если по карте судить, до нужного места было около сорока километров. Через полчаса с обеих сторон дороги показались маленькие деревеньки, выглядевшие безлюдными, но рисковать мы не стали, свернули в поля. Покрутились по путаным просёлкам, норовя забрать ближе к темневшему спереди слева лесочку, выглядевшему достаточно густым, заляпали машины грязью, поболтались в них, как ложки в стакане, но всё же добрались туда, куда и хотели.
Лес был скорее густым осинником, достаточным для того, чтобы укрыть три машины от любопытных глаз. Ехали, сколько могли, по просёлку, скорее по заросшей колее, а затем просто свернули в заросли, где и остановились. Заглушили машины, прислушались — тишина, только птички чирикают да где-то вдалеке заливисто брешут собаки.
Выбрался я из машины, осмотрелся… а глубину осинника недооценил, «в профиль» он ещё и прозрачным выглядит.
— Масксети натягиваем! — сказал я.
А то подойдёт кто-то ближе да и удивится, что это мы тут делаем. Беда небольшая в общем-то, если тут никакого криминала по соседству, а вот если есть людям что скрывать, то и до драки недалеко. Теперь с этим просто стало, исчезли тормоза в обществе.
— Большой, радио слушай, — скомандовал я. — Мало ли что там?
Не думаю, что если здесь кто враждебный есть, то он режим радиомолчания поддерживает. Зачем оно надо? Глухое место, никаких явных угроз. В общем, радио слушать надо.
А вот хорошо, что натягивание сети за день до выезда на танковом полигоне отработали: быстро справились. Закрепили сетку колышками, набросали сверху веток и валежника. Неплохо получилось, можно с пары десятков метров не заметить, мимо пройти. То, что нам и нужно.
Выставили боевое охранение, две фишки с двух направлений.
— Так, со мной идут… — обвёл я глазами группу, — Лёха — за снайпера и Сергеич. Большой, остаёшься здесь на «сто пятьдесят девятой» и пулемёте. В эфир не лезть без нужды, нужда — появление противника или того, кто может им быть, в зоне прямой видимости. Шмель — за старшего. Всё, пошли.