Андрей Круз – Битва (страница 50)

Мы оглохли, ослепли, обалдели, меня крутило по мокрой траве, я скользил, не в силах остановиться, пока со всего маху не врезался в каменную стену так, что зубы лязгнули, а дыхание вылетело из меня вон. Рядом со мной, как сухие листья, сметенные ураганом, оказались мои друзья, сваленные в кучу, перемешанные как огурцы в салате со своими рюкзаками, деревянной скамейкой и трупом вампира с арбалетной стрелой в затылке.

– Бежим в дом! – закричала Лари, вскакивая на ноги, пока ракшаса набирала дыхание для следующего крика.

Но спасла нас всех Маша. Как она догадалась закачать в свой амулет именно «Сферу безвременья» – я не знаю. И я не уверен, что на переполненную Силой своей Черной богини ракшасу подействовало бы хоть что-нибудь еще. Маша крикнула, взмахнула рукой с амулетом, с которого сорвалась призрачная стрела, врезавшаяся в демона и обратившаяся вертикальным прозрачным цилиндром, А ракшаса оказалась в его середине, медленно-медленно встающая со своего постамента.

– Бежим! – крикнула следом за тифлингессой Маша, и мы со всех ног метнулись во входную дверь дома, надеясь найти спасение за его толстенными стенами из дикого камня, заросшими мхом.

С грохотом распахнулись окованные металлом створки, в которые со всего маху врезались два тяжеленных гнома. Мы вбежали за ними, и я заорал что было сил:

– Рассредоточиться и спрятаться! Стрелять только тогда, когда заклинание рухнет.

Затем я схватил Машу за руку и потащил туда, где несколько минут назад вел беседы с бывшей сайре вампира Арлана. Окошки второго этажа показались мне самыми подходящими.

– Рюкзаки! – в отчаянии крикнула сопротивляющаяся Маша.

– Демон с ними! – крикнул я в ответ, даже не осознав, насколько это правда. Именно демон почти божественной силы и оставался с ними во дворе.

Мы птицами взлетели по лестнице, я пригнул Машу к полу, схватив ее за затылок, и затем мы на четвереньках подбежали к окну и осторожно выглянули в него. Ракшаса уже встала на ноги и медленно, но уверенно совершала первый шаг в сторону границы заклятия.

– Так не должно быть… – жалобно проныла волшебница. – «Сфера» вообще останавливает время, она никак не может двигаться.

– А почему двигается? – спросил я, трясущимися руками пристраивая на подоконнике двустволку. – И стрелять-то можно?

– Нельзя, – мотнула головой Маша. – Ничего не получится, на пули время тоже действует.

Словно желая подтвердить ее заявление, с первого этажа прогрохотал пулемет. Прозрачная стенка заклятия среагировала на угодившие в нее пули тусклыми вспышками, а сами пули повисли в воздухе прямо на самой границе. Время для них остановилось. Для пуль, но не для ракшасы, которая делала уже второй шаг, а выражение ее жуткого лица менялось от бешеного к осатанелому и маниакально кровожадному. Ну еще бы, сидела в крипте, питалась, в потоке Силы своего божества чуть не купалась – и вдруг пуд динамита под задницей рванул. Озвереешь тут. Особенно если учесть, что ракшасы – демоны ярости и убийства и с понятием «гуманизм» если знакомы, то исключительно понаслышке.

– Видишь? – указала на цилиндр Маша. – Пока она не вырвется, даже не пытайся стрелять.

– Вижу. А у тебя что в запасе осталось? Нельзя ее на денек, скажем, здесь задержать? Мы бы тогда сбежать успели.

– Не успели бы, – отмахнулась она от моей наивной идеи. – И нет у меня больше таких «сфер». Могу наколдовать, но уже на последний резерв. А так… «Шаровая молния» осталась и «Болотный туман» – на случай, если спрятаться надо.

Нет, под «туманом» мы не спрячемся, это как дымовая завеса. Побегаем чуть-чуть, до первого крика ракшасы, да и все. На лестнице загрохотали шаги, и в зал ввалились оба гнома, а следом за ними вошла Лари.

– Мы на втором этаже схорониться решили, – буркнул Орри, как и подобает гномам, с трудом признавая свой испуг. – Все же тут нас так просто не достанешь. Стены-то гномами выложены, я давно заметил.

– Только рассредоточьтесь! – скомандовал я, целясь в лицо ракшасе, которое все ближе и ближе придвигалось к границе заклятия.

Еще чуть-чуть, и оно будет снаружи, а дальше демон ярости и убийства в плохом настроении займется нами вплотную. Так, что у меня еще есть? СВТ-К, прикрепленная к рюкзаку, рюкзак во дворе. Две гранаты с напалмом, то, что надо, обе в рюкзаке, а рюкзак сами знаете где. Еще одна «грелка» со святой водой, которая демону что вода обычная. Демоны не нежить. Револьвер. Двустволка. Все!

Я беспомощно оглянулся лишь для того, чтобы убедиться: все остальные вооружены примерно так, как и я, только хуже. И что? Даже «лимонки» остались в вещмешках – против вампиров они не годятся, а лишний вес в драке таскать никто не хотел.

– Короче, всем целиться демону в морду! – скомандовал я, поудобней прикладываясь к ружью. – Стрелять залпом и по моей команде.

Ракшаса уже заметно ускорилась, преодолевая действие заклятия. И вскоре ее голова с многочисленными черными косами, свисающими водопадом, показалась снаружи. А вот дальнейшего я не ожидал. Заклятие рухнуло сразу, и наш дружный залп, наложившийся на очередь из «дегтяря», в основном пропал впустую. В ставшую очень быстрой ракшасу попала лишь одна моя пуля, разорвавшаяся вспышкой белого огня прямо на ее коже, да заряд картечи, выпущенный Лари.

Хуже было другое – ни пуля, ни картечь не оставили на синей, лоснящейся коже демона ни царапины. Она даже не обратила на них внимания, хоть и покачнулась от удара. Все же пуля десятого калибра не камешек из рогатки. А в ответ она распахнула свою пасть, противоестественно страшную, потому что находилась та на красивом женском лице, хоть и странной цветовой гаммы, а затем я опять оглох, сорванная ставня врезалась мне в лоб, выбив искры из глаз, а ураганный ветер швырнул меня спиной на резной дубовый буфет, дверка которого проломилась под моей тяжестью. А затем с улицы донеслись тяжелые шаги – дуб-дуб-дуб, словно по земле шествовала бронзовая статуя.

– Она сюда идет… – простонала Маша, а затем что-то мелькнуло в окне, и отколотые страшным ударом меча о стену большие осколки гранита влетели в комнату, забарабанив по стене у нас над головой, ломая мебель, обрушивая полки и выбивая искры и пыль.

– Бежим! В другую комнату! – заорал я, схватил Машу за руку и потащил за собой.

Все бросились следом – вовремя, чтобы не попасть под горизонтальный поток булыжников, в который превратился могучий простенок между двумя окнами. Как из гаубицы угодили!

Мы неслись по скользкому, навощенному деревянному полу, оскальзываясь и пробуксовывая на поворотах, но недолго, вскоре достигнув противоположного конца здания усадьбы. Все без команды попадали на пол, но я все же подполз к окну и аккуратно выглянул.

Ракшаса стояла там же, где и была, стараясь заглянуть в разрушенные окна зала, в котором мы были. Для этого ей не хватало роста, она была лишь раза в полтора выше меня, поэтому, поставив ногу на подоконник первого этажа, тварь подтягивалась на руке. Это что, с умом у нее проблемы? Хотя кто сказал, что ракшасы должны быть умными? Они проводники Силы, а не ума. Сила есть, ума не надо – так вроде…

Верно, не надо. А зачем ей ум, если наши пули на ней царапинки не оставили, а двумя ударами своего меча она второй этаж гномами сложенного замка вскрыла как глиняный горшок со сметаной? Не нужен ей ум. Если там нас не найдет, то перейдет дальше. А за пару дюжин ударов она всю усадьбу с землей сровняет. А что с нами будет? Что она сделает? Сожрет с костями, изрубит на куски или что-нибудь покруче совершит, вроде вырывания души и отдачи ее во власть всяким когтистым тварям на вечное разрывание? Не хочу!

Портал так и мигал посреди двора, но амплитуда миганий становилась все чаще. Он вот-вот должен был закрыться, а проходить через него сейчас было уже смертельно опасно. Попади в такое «мигание» – и тебя на куски разорвет. Так что идея насчет «смыться обратно» не прокатывала. Не выйдет смыться.

Я переломил стволы ружья, выбросив пустые гильзы, а демон насторожился, начав озираться. Черт, а толку с того, что я перезаряжу ружье? Чем оно мне поможет? А ничем. Но не ждать же просто так, когда ракшаса до нас доберется. На этот раз я аккуратно затолкал в патронники две «колотушки»: все равно никакой разницы – зажигательные пули или нет. На ракшасе нет и царапинки.

– Всем сидеть тихо, – прошептал я и на четвереньках, чтобы не мелькать в окнах, рванул в обратную сторону. За мной сразу увязалась Лари. Лари – это хорошо, она сильнее и быстрее. Осталось только придумать, что с этой силой и быстротой делать.

Я дополз до лестницы и прямо на заднице соскользнул по полированным деревянным ступенькам на первый этаж. Незачем что-то предпринимать вблизи того места, где Маша прячется. Не надо.

– Я могу попытаться ее увести отсюда, – прошептала оказавшаяся рядом Лари. – Но не уверена, что она увяжется за мной.

– Она может сначала увязаться, а потом вернуться, – зашептал я в ответ. – Увидит, что ей тебя не догнать, и передумает. Или просто догонит, а потом вернется.

– А что делать? – прошипела тифлингесса.

– Делать?

В голове у меня мелькнула какая-то смутная идея, совсем еще непонятная, но вселившая робкую надежду. Потому что идея – это уже хорошо в положении полной безыдейности. И натолкнул меня на нее все чаще и чаще мерцающий портал.