Андрей Красников – Валгалла V. Зеленые скалы (страница 6)
– Ну ничего себе.
В принципе, я был морально готов к системному и многогранному улучшению своего питомца, но свалившийся на меня пласт информации все равно оказался чересчур большим и толстым. Увеличение сопротивляемостей, апгрейд коэффициентов, массовая трансформация умений…
– Ты там как себя чувствуешь?
Заметно потемневший бобр с некоторым сомнением шмыгнул носом, увлеченно почесался, расправил увеличившиеся крылышки, а затем сообщил:
– Щеррфь!
– Да ты охренел, шерстяной. Сам ты червь. Неблагодарный, причем.
– Щферсь!
– Чего?!
– Ш-шферсь. Щеррфь.
– Все с тобой ясно. Видели эту наглую морду, народ? С ним возишься, кормишь его дефицитными камнями, а эта скотина потом еще и обзывается.
– Щерфь!
– Молчать. Сейчас глянем, что из тебя получилось.
Расширенные характеристики обнаглевшего питомца мне откровенно понравились – несмотря на абсолютно излишнюю говорливость, тот получил кучу действительно ценных бонусов, а «экстремальная регенерация» в сочетании с диким резистом к физическому урону официально превратила безобидного зверька в классического танка. Одним словом, теперь привалить моего боевого товарища стало гораздо труднее, чем раньше.
– Уникальный, значит, – пробормотал я, наслаждаясь списком параметров. – И даже темный. Красота, что сказать.
– Щфефсь.
– Смерть, что ли? Ты там давай, тренируйся, а то ничего не понятно.
– Щеррфь.
– Все, тихо. Ладно, дорогие зрители, здесь мы более-менее разобрались. Теперь посмотрим, есть ли донаты с предложениями. Ага, вижу, что есть. Так…
К сожалению, беглый просмотр накопившихся сообщений подтвердил мои самые черные опасения – мысли зрителей двигались в совершенно определенном русле, концентрируясь вокруг наиболее пошлых тем и образов. А вид многочисленных острых зубцов, служивших главным украшением диадемы, вызвал у них чересчур однозначные ассоциации.
– Пенетратор седалищ, черная мультибутылка ярости, поджопник хейтера, корона точеных пик… блин, люди, что с вами не так? Где адекватные названия, едрена вошь?
Ответа на этот крик души не последовало и я продолжил читать, стремительно теряя веру в человечество.
– Печать Черного Властелина… а он-то тут при чем, интересно… так… символ расширения, чугунное око магистра Шомы… слушайте, а ведь ее реально стоит как-нибудь по имени обозвать. Короче говоря, пусть будет… э… пусть будет «Скорбь Шомы». Огромное спасибо за идею!
Успешно разобравшись с этим животрепещущим вопросом, я еще раз продемонстрировал зрителям недобро поглядывавшего по сторонам бобра, а затем вежливо со всеми распрощался и наконец-то выключил игру.
Родителей дома не оказалось, однако на кухне нашелся приготовленный специально для меня обед – заботливо накрытые салфеткой, но безнадежно остывшие бифштексы, а также овощной салат и фаршированные блинчики. Я успешно освоил все это, после чего добыл из холодильника запотевшую бутылку колы и вместе с ней отправился к компьютеру – хотя спать с каждой минутой хотелось все сильнее, удержаться от чтения комментариев к недавним стримам было прямо-таки невозможно.
Особенно сильно меня интересовала реакция общественности на штурм черной цитадели. И не зря.
– Ага, возбудились…