Андрей Красников – Тропа могущества (страница 37)

— Пиццу скоро привезут, — обрадовал меня предок. — А вот стрим у тебя максимально унылым получился.

— Сам знаю.

— Угрызения совести испытываешь?

— Пап, отстань. Задолбался, как мышь помойная.

— И оно того стоило?

— Да. Все, я в душ.

Водные процедуры значительно улучшили мое самочувствие, просочившийся из-за двери аромат свежеиспеченного хлеба добавил в организм радости, так что вернулся в гостиную я уже совсем другим человеком. Правда, усталость никуда не делась, но теперь с ней можно было худо-бедно мириться.

— Держи, — произнес отец, толкая в мою сторону большую картонную коробку. — Фирменная.

— Отлично.

— Как дела-то? Честно сказать, надоело за тобой следить.

— Дела нормально, — сообщил я, присматриваясь к самому аппетитному ломтику пиццы. — Пять жирных кристаллов залутал, бобру волосатость и клыкастость повысил, валькирию до своего уровня фарма дотащил. Было нудно, зато полезно.

— Если так, то да. Что с камнями делать планируешь? Бобру скормишь?

— Думаю. Слишком уж они хорошие, чтобы их в пустоту лить.

— Похожие на рынке сейчас по две сотни идут, — невзначай заметил собеседник. — Так-то штукарь золотом вырисовывается.

— Да, я тоже смотрел. Говорю же, думаю.

— Думать — это полезно. Признаюсь честно, не ожидал от тебя такого.

— Хватит троллить, не на форуме.

— Ладно, фиг с ними, этими камнями, — внезапно решил сменить тему отец. — У меня тут одна свежая мысль появилась относительно вашего Фенрира.

— Какая именно?

— В квесте было сказано, что вам следует уничтожить все осколки его души. Так?

— Вроде бы.

— Я навел кое-какие справки, разыскал похожие квесты в других играх и вывел кое-какие закономерности.

— Закономерности? — переспросил я, тщетно пытаясь открыть контейнер с розовым соусом. — Интересные?

Предок отодвинул от себя нетронутую пиццу, устремил глубокомысленный взгляд в затянутое шторами окно, после чего наконец-то соизволил ответить:

— Скорее всего, там будет ровно тысяча этих самых осколков. Размер мира подходящий для такого количества.

— Охотно верю.

— Не перебивай. Само собой, что убить вызванную тварь ровно тысячу раз без единого фейла игроки не смогут. Чего далеко ходить, вы с самого начала за щеку приняли.

— Мамы не боишься?

— Она к подружкам ушла, — отмахнулся собеседник. — Ты механику слушай.

— Говори.

— В общем и целом, до начала финальной квестовой битвы вам придется или пятьсот раз победить эту тень, или пятьсот раз мощно соснуть. Следующий призыв будет решающим — явится сам Фенрир, которого в обязательном порядке нужно будет одолеть. И здесь кроется очень важный нюанс — если вы до этого пятьсот раз победили его тень, то он будет очень слабым. А вот если вы пятьсот раз сфейлились, то он вас порвет, как тузик грелку.

— Глупая система. Что мешает левому долбоящеру заныкать такой осколок, потом в нужный момент его активировать и похоронить весь квест?

— Как правило, там различные системные ограничения вшиты, — пожал плечами отец. — Скажем, он откликнется лишь после того, как увидит в одном месте всех своих обидчиков. Типа, схватка между самыми достойными.

— Тогда ладно.

— И вот что я думаю, сынок, — в голосе предка зазвучали вкрадчивые нотки. — А не хочешь ли ты уже сейчас заняться подготовкой к этому восхитительному событию? Чтобы потом держать в своих руках некие бразды правления, а не скользкий моржовый писюн?

— Фу.

— Решай, сынок, решай. И пиццу ешь, пока не остыла.

Глава 11

— Короче говоря, я тут немного посчитал расклады. Чтобы с текущей экипировкой гарантированно убить Фенрира, мне нужно взять ровно две тысячи двухсотый уровень. Тогда валькирия перемножит его на ноль за один удар.

— Не его самого, а его тень, — педантично уточнил отец. — Ну и когда ты сможешь так раскачаться? Через полгода?

— Не знаю. Может быть, вообще никогда.

— Это удручает.

— Лучше бы посоветовал что-нибудь толковое.

— Советую тебе, сын мой, выбирать исключительно реальные цели.

— Тьфу.

— Ты мне тут не тьфукай. Докачаться до двух тысяч — это в данную секунду нереальная цель. Прошвырнуться по игровым карманам и отжать в свое личное пользование десяток-другой осколков — реальная. Почему бы тебе не начать думать в этом направлении?

— Я думаю, думаю.

— Сейчас у тебя там никакой конкуренции не будет, — продолжил озвучивать банальные истины отец. — Сможешь без помех разыскать новые квестовые локации, спокойно их отфармить и сделать стратегический запас осколков. А потом, когда проснутся все остальные, переключишься на уровни.

— Пап, это замечательный план, вот только меня в этом кармане каждая вторая скотина шотнуть может. А я квестовых мобов никак не вывожу. И то, что мне спящий мертвяк попался — обычная случайность. Про вампиров забыл? У меня так-то предел сейчас где-то в районе трех с половиной тысяч.

— Не понял? А как ты стража убивал?

— В смысле?

— У стража границы пятитысячный уровень, — ласково улыбнулся предок. — Как ты его убивал, если твой предел ниже в полтора раза?

— Э…

— Ты что, вообще не смотрел, кого лупишь?

Я задумчиво почесал макушку, вспомнил обстоятельства своего первого контакта с туманным демоном, после чего виновато пожал плечами — как-то так вышло, что в момент схватки мне даже в голову не пришло оценивать свои шансы на победу, вспоминать уровни и заниматься прочей арифметикой. Я просто активировал умение, насладился результатом и принял как данность тот факт, что стражей границы можно спокойно мочить за счет валькирии. Получилось же.

— Кажется, да.

— Мягкотелый ракан, — собеседник картинно закатил глаза, демонстрируя свое отношение к моим когнитивным возможностям. — Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Это значит, что у него есть уязвимость. Я не совсем тупой, пап.

— Очень-очень большая уязвимость к божественному урону. На уровне тридцати-сорока процентов.

— И?

— Дорогой потомок, ты открыл зону, в которой эффективность твоего главного умения серьезно увеличена. Есть мысли на этот счет?

— Абсолютно никаких.

— Краб.

— Не пойму, ты хочешь, чтобы я отказался от идеи с Фенриром и переключился на демонов? Так меня там все равно никуда не пустят.

— Я хочу, чтобы ты во время долгосрочного планирования начал использовать серое вещество, а не коричневое, — заявил отец, многозначительно постукивая себя пальцем по лбу. — И постоянно держал в уме свои бонусы.