Андрей Красников – Точка равновесия (страница 18)

— Задница нам, Крабов, — неожиданно произнес возившийся с аппаратом очкарик. — Разгоняют нас.

— То есть? — Я замер, с испугом глядя на собеседника. — Прямо сейчас, что ли?

Сразу же вспомнился квест на перезагрузку игры, недобитые аллигаторы, оставшаяся без присмотра ракета…

— Не очкуй, не сейчас, — доктор Трухан махнул рукой и отправился к выходу. — Через два месяца. Одевайся.

— Так ты уже говорил, что через два месяца лавочку прикроют, — я, ничего не понимая, двинулся вслед за ним — В чем разница?

— Разница в том, что раньше нас пугали. Но сейчас в проект спустили официальное распоряжение.

— Понятно.

Так как лично для меня все осталось по-прежнему, то возникшая было тревога сразу же испарилась. А вид страдавшего из-за полученного приказа ботана начал вызывать уже не жалость, а усмешку.

— Выглядишь, словно в воду опущенный. Или просто опущенный.

— На хрен иди, — вяло огрызнулся куратор. — Это еще не все. Подожди минутку, сейчас разберусь…

Не обращая внимания на устроившегося за компьютером доктора, я занял уже знакомое кресло и начал прислушиваться к собственному организму.

Вроде бы, на сей раз меня отпустило быстрее, чем раньше. То ли привык, то ли микстура какая-то новая попалась. Или это все — лишь самовнушение…

— Так что там за новости?

— Будешь экскурсоводом работать.

— В смысле?

— В самом прямом смысле, — очкарик выглянул из-за монитора и устало моргнул внутренней парой глаз. — Некий светлый ум решил, что, раз «Альтернатива» исчерпала себя в качестве экспериментальной площадки для нашего проекта, то ее нужно задействовать каким-нибудь еще образом. Так что теперь игра будет использоваться в качестве полигона для отработки различных спецподразделений. Вряд ли туда засунут людей из ФСБ или ГРУ, но тот же ОМОН — вполне.

— А я тут при чем?

— А ты будешь служить проводником и консультантом. Типа, объяснять суровым бойцам все прелести альтернативной реальности.

— Попахивает идиотизмом, — осторожно заметил я. — В игре ведь нереальные условия.

— Министерство считает, что полностью реальные, — фыркнул Эдвард. — Вот скажи, там радиация есть?

— Само собой.

— Из автомата стрелять можно?

— Ну да…

— Взрывчатка работает? Машины ездить могут?

— Да.

— Вот видишь. Совершенно обычный мир, абсолютная реальность.

— Ну-ну. А говорящие еноты и тараканы как в него вписываются?

— Это, типа, мелочь, — фыркнул куратор. — Несущественная.

— Ясно, — мне стало по-настоящему смешно. — И куда же мы пойдем?

— А куда может пойти спецназ? В бесконтрольную зону, само собой.

— Вот дерьмо!

Видя мое праведное возмущение, доктор изрядно повеселел. Чувствовалось, что именно чужого горя ему и не хватало для тихого сиюминутного счастья.

— Не ссы, Крабов, ты ведь уже не нуб. Справишься.

— Хорошо тебе говорить. Это не твоего персонажа сотрут из-за каких-то идиотов. И когда все начнется?

— Завтра в полдень тебе нужно быть в Изумрудном. Сбор возле памятника на главной площади.

— Зашибись.

— Не рефлексируй. Ты чем вообще занимался в последнее время?

Стараясь не вдаваться в опасные подробности, я рассказал о своих планах по выполнению глобального квеста. Сначала куратор внимал мне с откровенным скепсисом, но, после того как услышал о ракете с ядерной боеголовкой, заметно оживился:

— Молоток, Крабов. Получится шикарная лебединая песня. Эта фишка сделана как раз для перетряхивания игры и обнуления сложившегося баланса сил. Отличная тема.

— А поподробнее?

— Я же не разработчик, — четырехглазый пожал плечами. — А все что знал, уже рассказал. По миру разбросаны подсказки, которые должны привести к определенным местам. Тебе повезло.

— Странно, что повезло… точнее, странно, что не повезло другим.

— Уверен, что кто-то это уже находил. Но выполнять подобный квест большинству игроков не очень выгодно, так что про него все молчат.

— Ну да… говоришь, перезагрузка?

— Понятия не имею, как это будет реализовано. Слышал только про глобальную встряску.

— Ясно… слушай, а как ты сам-то дальше? Тебя ведь тоже выкидывают?

К моему удивлению, ботан довольно безразлично махнул рукой:

— За меня не переживай, Крабов. С проектом прощаться больно и обидно, это факт. Но, пока ты там развлекался, я написал две монографии по проблемам обратной совместимости, а затем получил приглашение в «Роботек». Есть у них похожие исследования, оказывается. Может, как раз после заказа от нашего министерства отдел и создали.

— Вот оно что, — я почувствовал искреннюю черную зависть к тощему умнику. — Везет тебе. Но как же секретность?

— А с чего ты взял, что в этих монографиях рассказывается о чем-то секретном? Там освещается проблематика, да и все. Но знающему человеку они все равно многое расскажут.

— Хитрый…

— Не хитрый, а умный. Кстати, раз уж мы завели об этом речь, у меня к тебе вопрос.

— Слушаю.

— Как ты смотришь на то, чтобы продолжить работу над проектом? Где-нибудь в Берлине, скажем?

Мне стало немного тревожно. Сама мысль о возможности покинуть уютные окраины нашего пропитанного грязью, воровством и коррупцией городка ради какой-то Европы показалось кощунственной, отвратительной, непатриотичной…

— Согласен, конечно. А когда?

Эдвард понимающе усмехнулся:

— Ты подожди вещи-то собирать. Я еще сам работу не получил. Возможно, мой профиль будет другим. Или это направление совсем закроют. Или у них там добровольцев подходящих окажется больше, чем нужно. Так что расслабься. Я просто на всякий случай спросил.

— Жаль…

— А как там у тебя с телепатией? — Ботан ни с того ни с сего поменял тему разговора. — Есть мысли?

— Нет у меня никаких мыслей, — я неосознанно принял позу спрятавшейся в своей раковине улитки. — Хотя, нет, есть. Я же в игре твоему двойнику постоянно что-то приказываю. Вот командный голос и вырабатывается. А ты, как лицо сугубо гражданское, оказался без иммунитета.

— Ну-ну.

Некоторое время куратор рассматривал меня откровенно скептическим взглядом, давая понять, что ни капли не верит в озвученную теорию. Затем его лицо смягчилось:

— С другой стороны, какая уже разница. Все равно времени осталось слишком мало. Нужно, конечно, вести исследования, но что тут сделаешь…

Я неожиданно понял, что продолжать работу в проекте мне совсем не хочется. Хоть в Берлине, хоть в Нью-Йорке, хоть еще где. Дальнейшие эксперименты могли привести только к роли подопытной крысы, а становиться ею мне все так же не хотелось.