Андрей Красников – Точка отсчета (страница 3)

— Крабов, значит? Александр Сергеевич?

— Так точно.

— Мы здесь не совсем на службе, так что можешь без всяких этих армейских штучек, — отмахнулся он. — Меня зовут доктор Эдвард Трухан и я, получается, теперь твой куратор в этом институте.

— Куратор? Доктор?

А с виду — обычный ботан…

— Ну да, — пожал плечами куратор. — Некоторые, знаешь ли, МГУ уже к двадцати годам заканчивают.

Однозначно, ботан. Только не совсем обычный.

— Хорошо, куратор — так куратор. Что делать-то надо?

— Для начала — полное обследование на томографе, — посерьезнел доктор.

— Но я уже…

— Это обязательно, пойдем, — он даже не стал меня слушать.

Пришлось подчиниться. Впрочем, обследование прошло в соседней лаборатории и закончилось очень быстро. Еще быстрее, чем в нашем госпитале.

— Ну, все действительно отлично, — выдал итог этот очкарик. — Тем не менее, проверить было нужно. Зато теперь я могу официально сообщить, что ты принят в наш проект.

— Здорово…

— Не то слово, — кивнул он. — Мало кто подходит по параметрам и не все соглашаются на столь жесткие условия.

— Э… а какие именно там условия? — Его слова вызвали у меня очередной приступ тревоги.

Доктор уставился на меня внимательным четырехглазым взглядом.

— Ты что, не читал, что подписывал? — В его голосе послышалось искреннее удивление. — Вот дятел.

— Сам такой, — немного беспомощно произнес я.

Хорошо, конечно, когда твой непосредственный начальник ведет себя так вот свободно и дружелюбно, но сама ситуация…

— Не, меня сокурсники анаблепсом звали, на дятла я не похож… ладно, не важно. В общем, ты в курсе, что придется застрять в капсуле на год?

— Что, прям без перерывов, что ли? — Тревога обрела новую силу и мощь.

— Почти, — радостно кивнул доктор. — Перерывы будут раз в месяц. Но не беспокойся, тело получит все необходимые вещества, массаж и все остальное. Поиграешь, а потом выйдешь таким же, каким был. Или, если наша теория подтвердится, то не таким же, а гораздо более крутым.

— Отказаться нельзя, да?

— Пять лет тюрьмы, а потом год обычной службы, — если бы что-то в этом мире можно было назвать квинтэссенцией истинного счастья, то прямо сейчас ей был бы доктор Трухан.

Сволочь.

— А что ты там говорил про крутость? — Я постарался отвлечься от неприятной темы.

— У нас же проводятся исследования обратной нейронной связи, — посерьезнел белобрысый. — Это означает, что твое тело будет стимулироваться в прямой зависимости от развития твоего же виртуального «я». Само собой, это щадящая стимуляция. Если, скажем, в игре ты сможешь поймать пулю на лету, то здесь — максимум увернуться от какой-нибудь стрелы.

— Но это пока что только теория. Всего лишь.

— Верно, — скривился доктор.

Я, похоже, задел его больное место. И это неожиданно наполнило мою душу радостью. Так тебе, аба… абпсе… ботану четырехглазому.

— Когда ел последний раз? — Очкарик быстро сменил тему.

— Э… вчера вечером.

— Отлично. Выпей-ка вот эту таблеточку и заселяйся. Вон там твоя комната. Есть и пить больше нельзя, понял?

Как оказалось, долбаная таблетка была чем-то вроде могучего очистительного средства. По крайней мере, организм мой она прочистила жестоко и беспощадно. Причем в обоих направлениях.

Ненавижу ботанов…

Когда мы встретились на следующее утро, я был отвратительно слабым, бледным и беспомощным. А вот док все так же горел энтузиазмом:

— Ну что, начнем? Ник себе уже придумал?

— Нет… в задницу ник…

— Ник нужен, — не согласился со мной Трухан. — Звучный какой-нибудь, мужественный. Например, «Краб». Звучит же.

— Да ладно, — сил спорить практически не было, но предложенное слово мне почему-то не понравилось. Такое впечатление, что в нем был скрыт какой-то очередной подвох. — Меня так даже в школе не звали. Несмотря на фамилию.

— Точно тебе говорю, — доктору почему-то явно хотелось меня переубедить. — Это ведь чисто по-пацански звучит. Йо, чувак, дай краба! Ну?

— Хрень какая-то, — поведение ботана, пытавшегося изобразить что-то вроде танца обкуренного афронегра, казалось мне все более и более странным. — Лучше буду Следопытом.

— Почему? — Док искренне удивился. — Ты охоту любишь?

— Нет, это литературный персонаж такой. У Фенимора Купера.

— А, опять стимпанк какой-нибудь, — поскучнел он. — Терпеть не могу современную графомань. Сплошные наркотические бредни.

— Ага, типа того, — вежливо согласился я.

— Ладно, хочешь быть Следопытом — будешь. Собственно, все равно имя при подключении выбирается. Я просто помочь хотел… точно не передумаешь? Ты крабов вообще видел? Злые такие, броня непробиваемая, клешни острые. Звери, а не крабы.

— Не-не, мне и так сгодится.

— Ну ладно… пошли тогда.

Новое помещение оказалось довольно просторным. И в его центре находилось нечто огромное. Капсулой это сооружение назвать язык точно не поворачивался.

— Передовая разработка, гордись, — доктор принялся возиться со стоявшим возле стены компьютером и крышка на здоровенном непрозрачном ящике начала медленно подниматься. — Надежная, как топор.

В следующий миг открывшаяся было панель снова захлопнулась и на корпусе высокотехнологичного топора замигала тревожная красная кнопка.

— Дерьмо, — совершенно спокойным голосом произнес мой куратор. — Не обращай внимания, это единственная ошибка, она никак не влияет на работоспособность.

— Ага, — я печальным взглядом проследил за тем, как чертов ящик снова принялся раскрывать свое нутро. — Мне так и показалось.

— Ну, тогда давай, забирайся.

Внутри капсулы оказалось неожиданно уютно. Теплый гель, мягкое ложе…

— А теперь самое главное, — доктор Трухан принялся вытаскивать из стенок капсулы многочисленные страшные вещи. — Питание и обратная связь.

— Ох ты ж мать твою, — не сдержался я, когда мне в вену вонзилась охрененно толстая игла. — Вивисектор!

— Есть немного, — с гордостью кивнул куратор. — Вообще, вивисекция очень много дала медицине. Очень. Иногда я прямо-таки жалею, что ее запретили…

Перед моими глазами неожиданно снова появился белый медведь — пушистый, теплый и забавный. Блин, живут ведь люди рядом с ними. Годами живут…

Очкарик тем временем споро закреплял по всему моему телу какие-то датчики, втыкал маленькие иголочки, что-то проверял и перепроверял на компьютере…

— Сейчас тест устроим. — неожиданно заявил он и тут же щелкнул большим зеленым рубильником, устроившемся на вынесенном чуть в сторону пульте.

Вокруг все пропало. Осталась только абсолютная, полная чернота.

Впрочем, я даже не успел испугаться — нормальный мир вернулся практически сразу же. Капсула, комната, довольный ботан.