Андрей Красников – Точка кипения (страница 65)

Когда вокруг оказались стены кольцевого коридора, мое тело окутал дикий жар, одежда тут же начала дымиться, а аптечка принялась тихо жужжать, восполняя постепенно утекающее здоровье.

— Дерьмо… кха…

Хотя шлем немного помогал, в целом ощущения все равно были не из приятных. Тем не менее я пошел дальше, пытаясь вспомнить карту местных помещений.

Кажется, здесь…

Аптечка продолжала жужжать, автомат неприятно обжигал руки даже сквозь перчатки, но температура больше не повышались. Кажется.

Первое тело я обнаружил в одном из коридоров. Взмахнул мачете, кинул в инвентарь довольно пафосный браслет и продолжил движение.

Следующие несколько минут пропали впустую. Затем впереди оказался тот самый центр управления, где я нашел застрелившегося генерала.

В стеклянном боксе валялись сразу пятеро человек. Наверное, «дети» решили поставить себе на службу как ракету, так и все остальное, что имелось в бункере, но вмешался непредвиденный фактор.

Еще пять браслетов отправились в инвентарь, забив его под завязку. А вот снять с трупов что-то из экипировки у меня не получилось — все вещи оказались привязанными.

Я на всякий случай посетил еще несколько комнат, но больше никого не нашел и быстрым шагом направился к выходу. Температура стремительно падала, недруги могли появиться в любой момент, а встреча с ними совершенно точно не входила в мои планы.

Тоннель, дырка, доносящаяся откуда-то издалека невнятная ругань…

Мне пришлось немного задержаться и как следует рассмотреть окрестности, но вокруг все было спокойно. Куда-то исчез даже тусовавшийся на соседнем холме снайпер.

Согнувшись в три погибели, я перебежал метров на пятьдесят в сторону… и мир неожиданно погас.

— Писец…

В следующий момент темнота начала расступаться и до меня дошло, что именно этот прекрасный момент был выбран проклятым ботаном для того, чтобы отключить меня от игры.

— Закрой! Закрой немедленно!

— А? — Между поднимавшейся крышкой и остальной капсулой образовалась щель, в которой показалась удивленная физиономия моего куратора. — Ты чего?

— Верни меня в игру, немедленно! Твою мать, быстро закрыл капсулу! Дай мне еще час, иначе я вырву тебе шары и заставлю их сожрать!

— Ладно, ладно, — доктор удивился еще больше, но спорить с буйным пациентом не стал.

Крышка начала закрываться и через минуту я снова оказался среди ночных холмов.

— Чертов очкастый мудень…

Передвигаться ползком больше не имело смысла — вряд ли прямо сейчас кто-то из врагов занимался наблюдением за окрестностями. Но даже если и занимался — вокруг ночь, стрелять сложно, ближе подходить я все равно не буду…

Да и маскировку никто не отменял.

Опасения по поводу возможного обнаружения так и не сбылись. Мне удалось совершенно спокойно отбежать в сторону, а затем, потратив еще минут десять, добраться до окраин города.

— Стоп…

Для начала я, не подходя слишком близко к владениям мутантов, выбрал местечко напротив одного из пулеметных гнезд. Потом вывалил собранные браслеты на землю и отправился вперед — для того, чтобы как можно точнее определить границу «бесконтролки». Затем вернулся, перетащил трофеи чуть ближе, спрятал их под приметным плоским камнем и окончательно перешел в третью зону.

Дело было сделано.

Даже если у врагов найдутся какие-то специальные пеленгаторы, для спасения погибших им придется вплотную приблизиться к укреплениям зеленых громил.

— А те очень не любят гостей…

Мое маленькое противостояние окончательно перешло на качественно новый уровень — вряд ли после совершенного меня оставят в покое.

Но война — есть война.

Легкие угрызения совести быстро исчезли, стоило мне только вспомнить, с какой радостью Аннигилятор отдавал приказ на мое уничтожение.

— Не рой другому яму, короче говоря…

Когда мир снова померк, я воспринял это совершенно спокойно.

Ботан — так ботан.

— Ну что, сделал свои дела?

— Ага, — я благожелательно кивнул очкарику и забрал дежурный стакан. — Там такое было…

— Потом расскажешь, — куратор безразлично отвернулся и отправился к компьютеру. — Иди, мойся, потом на тесты.

— Хорошо, — меня слегка сбила с толку его неприветливость. — Случилось чего? И почему ты ночью работаешь?

— Душ, потом тесты, — доктор даже не повернул головы. — Потом поговорим.

— Хорошо, как скажешь.

Ситуация приобретала какие-то неприятные оттенки. Не пережгли бы мне эти хитрые приборы какой-нибудь важный нерв…

Я безропотно принял душ, оделся и проследовал за очкариком в комнату с аппаратом тестирования.

— Ловкость повысил?

— Да, как ты и сказал — до восьми.

— Хорошо, лезь внутрь.

Пришлось добросовестно пройти все испытания и снова поиграть за волка.

— Все, выходи.

Я послушался. Ботан, по-прежнему не обращая никакого внимания на мою персону, некоторое время смотрел в экран компьютера и время от времени морщился от досады.

Затем встал и махнул рукой, приглашая меня в соседний кабинет.

— Садись. Есть хорошие и плохие новости… хотя, для тебя-то они все хорошие…

Я занял предложенное кресло и немного растерянно уставился на своего научного руководителя.

— Так что случилось-то?

— Буквально час назад закончилось общее совещание, — вздохнул тот. — Министр обороны приехал, еще какие-то шишки. Вставили нам по первое число…

— За что?

— За отсутствие результатов, ясен пень, — ботан скривился, став очень похожим на сожравшую гнилой кактус мышь. — Точнее, за недостаточность результатов.

— То есть, результаты все же есть.

— Результаты — полное дерьмо, — мрачно поведал мне собеседник. — Ты входишь в самую перспективную группу испытуемых, но даже у этой группы прирост скорости реакции не поднимается выше пяти-семи процентов.

Я устроился поудобнее и осторожно спросил:

— А сколько хочет министр?

— А сколько может хотеть министр? Сто процентов, двести процентов, тысячу процентов.

— Да уж. И что теперь?

Очкарик безнадежно махнул рукой.

— Шесть лабораторий, включая нашу, продолжат работу в течение еще двух месяцев. Если мы не выдадим нормальный результат, то проект закроют.

— Вряд ли мне удастся ускориться еще больше. Даже если еще ловкости набрать…