Андрей Красников – Точка кипения (страница 62)
Я прыгнул в сторону, забежал за какие-то развалины и резко свернул на запад. По идее, поле зрения у снайпера небольшое, может и не заметить…
Со стороны легковушек раздались выстрелы, но на них мне было плевать. Если каким-то чудом сумеют попасть — значит, такова уж моя судьба.
Взметнулось новое облачко пыли — на этот раз довольно далеко от меня. Похоже, я уходил все дальше от снайпера и тот имел все меньше шансов попасть в постоянно меняющую траекторию движения цель.
Начал потрескивать ИММК, подала голос аптечка, но в данном случае мне оставалось лишь положиться на прокачанное сопротивление и артефакт. Все равно других вариантов не было…
Роща пролетела мимо чуть ли не за секунду. Сзади раздался очередной рык мотора, я почувствовал холодное дуновение смерти… а затем из каких-то развалин прямо по курсу раздалась очередь из крупнокалиберного пулемета.
Мне хватило ума броситься на землю.
Над головой послышался зловещий шорох и свист.
Судя по всему, мутанты ни в кого не попали, но мои враги очень хорошо поняли намек и перспективы дальнейшего преследования, тут же бросившись наутек.
Дождавшись окончания стрельбы, я убедился что браслет снова ведет себя нормально, поднялся и осторожно пошел вперед.
Через полминуты вокруг оказалась родная и безопасная третья зона.
— Да чтоб еще раз… нафиг…
Вместе с объявившимся поблизости питомцем мы прошли немного на восток и оказались возле любимого места обитания моих знакомых-шашлычников. Сейчас, правда, никого из них рядом не нашлось.
— Ну, глянем, — я решительно направился к тому зданию, на котором меня недавно прищучил вертолет. — Глянем на вас, уродов…
К моей несказанной досаде, противники совершенно не желали устраивать массовых самоубийствх из-за того, что позволили мне удрать к мутантам. Более того, на мою персону всем уже было попросту наплевать.
Игроки шастали по холму с бункером, ездили по соседним и чувствовали себя просто замечательно. Ужасов зловещей бесконтрольной зоны для них словно не существовало.
— Козлы, — с завистью произнес я, наблюдая за тем, как несколько едва различимых фигурок одна за другой направляются к месту расположения шахты, а потом исчезают под землей. — Вас бы там прихлопнуть…
Произнесенные слова заставили появиться на свет новую мысль, потом еще одну… и буквально через десять минут мы с Эдиком уже стояли перед Грымзом.
— Человек, ты испытываешь мое терпение.
— Вождь, найду я твою ракету, не парься. Ты в курсе, что рядом с городом сидят враги?
К моему разочарованию, мутант ни капли не заинтересовался этим сообщением.
— Враги всегда рядом, человек.
— Но сейчас они совсем-совсем рядом, на севере. Их можно накрыть несколькими хорошими выстрелами!
— А, те враги… они жалкие и слабые, человек. Пусть и дальше бегают за гранью жизни.
— Но ведь их можно убить!
— А зачем… они не нападают, а мясо у нас есть.
— В бункере есть ядерная бомба, которую можно забрать. Если их убить.
— У нас есть сведения про этот бункер. Бомба никуда не сможет полететь.
— Они мешают мне пройти к тому месту, где находится ракета, о которой ты говорил.
— Тебе мешают пройти к этому месту твоя трусость и твоя леность, человек. Уйди с глаз моих, иначе отправишься на корм крокодилам.
Мы с Эдиком несолоно хлебавши отправились на базу.
Тоже ведь проблема. Это сейчас Аннигилятор и компания заняты бункером. Но потом? Могут ненароком и вход в мое подземелье найти. После чего придется попрощаться с экзоскелетом, бронетранспортером, титаном…
Забравшись к себе домой, я постарался отогнать нехорошие мысли и начал сортировать находки.
Оба пистолета отправились в хранилище. Старый административный пропуск — тоже. Мачете получило новую привязку.
А передо мной оказались четыре мутагена и солидное пупырчатое яйцо голубоватого цвета.
— Ххосяин холосый, — неожиданно льстивым голосом произнес таракан. — Ххосяин умный.
Выдав это сообщение, питомец шустро сократил дистанцию и ласково, словно большой уютный кот, потерся о мою ногу. Затем уставился мне в лицо полными любви и преданности глазами:
— Ххосяин лутсый!
— Да ты что, — я перевел взгляд с наглой усатой морды на яйцо и обратно. — А кто меня крабом называл? И сволочью?
Эдик скромно потупился, задумчиво поскреб лапкой мохнатое пузо, после чего снова поднял на меня свой взор:
— Понять и пхостить?
— Посмотрим на твое поведение. Давай, мутагены ешь, что ли.
Таракан с радостным писком бросился к шарикам, схватил сразу два и принялся спешно их уничтожать. Чуть ли не чавкая при этом от жадности.
— Ну вот, дожился, — хмыкнул я, рассматривая в очередной раз сменившего окраску шестинога. — Теперь у меня голубой питомец. Позор.
Эдик на мгновение задумался, а потом выдал что-то вроде сдавленного шепелявого смешка:
— Хха. Хха. Ххосяин тахой шшутник. Ххосяин умный!
— Знатно же у тебя пригорело, я смотрю. И правильно пригорело, между прочим. Нафиг мне вредный и наглый пет, если можно завести другого?
— Ххосяин умный. Ххосяин пхотаст катоссть.
— Посмотрим. Лучше покажи, чему научился. Что за метаморфизм?
Продолжавший источать флюиды преданности таракан с готовностью плюхнулся на пол и начал как-то странно вибрировать, буквально растекаясь при этом по сторонам. Затем довольно пискнул, скосив на меня один глаз.
— Ну, хоть что-то…
Вид расплющенного питомца меня не особо впечатлил, но, как говорится, на безрыбье и таракан — шашлык.
Прогнав Эдика в его вольер, я вернулся мыслями к захватившим бункер противникам.
— Поджарить бы им пятые точки… но чем?