Андрей Красников – Точка кипения (страница 5)
— Твою мать! Дерьмо!
Ощущения от подобных выходок по-прежнему могли доставить удовольствие только законченному мазохисту. Но вокруг меня появились знакомые стены — и это было важнее всего остального.
— Дерьмо, — я ткнул пальцем в кнопку, вызывающую хранилище.
Передо мной распахнулись полупрозрачные ячейки.
Следующие несколько секунд были посвящены суматошному обмену. В инвентарь отправились оба контейнера с таинственными препаратами, а также камуфляжная одежда. По обратному направлению ушла вода, зажигалка и пустой магазин от автомата.
Затем, секунду помедлив, я забрал с базы еще и планшет создавшего бомбу ученого.
— Быстрее…
Открывшийся аукцион как обычно радовал изобилием. Пришлось, шепча ругательства и отсчитывая в уме секунды, настраивать фильтры, способные выдать подходящий лот.
— Давай же, твою мать…
Бетон под моими ногами подпрыгнул, чувствительно ударив по пяткам, освещение моргнуло, испуганно пискнул Эдик… но чертова граната все же появилась передо мной и тут же перекочевала в инвентарь.
Спустя две секунды базу вырубило напрочь, а мы с питомцем возродились посреди какого-то вонючего болота. Сопротивление радиации оказалось бессильно — я сдох практически сразу же.
И началось…
В принципе, у меня уже накопилась неслабая такая статистика по смертям в различных зонах. Скажем, в первой, самой безопасной, основная доля рипов происходила из-за игроков и недружелюбных неписей — обычные разборки, охота за нубами и прочие прелести жизни, короче говоря. Монстры служили причиной лишь совсем небольшого процента убийств.
Вторая зона была наиболее сбалансированной. Там игрока с равным успехом могли завалить люди, монстры или радиация с ядами.
А вот третья… здесь воплощением смерти выступала именно радиация. Да, иногда, как в случае с заброшенным аэродромом, мне доводилось видеть страшных тварей. Да, к этой зоне относились некоторые города, плотно заселенные врагами рода человеческого. Но наиболее частым основанием для получения третьей категории опасности являлось именно радиоактивное заражение местности.
Сегодня это подтвердилось в очередной раз.
Впрочем, я все равно не собирался находиться тут дольше положенного — искать подходящее для моих целей поселение было гораздо удобнее из пределов второй зоны.
Особых проблем с перемещением туда не возникло — семь раз я умер от радиации, однажды меня попросту пристрелили, а еще два раза пришлось воспользоваться помощью питомца.
Вокруг оказалось какое-то поле, заросшее могучим чертополохом.
— Так, фиолетовый, давай посмотрим, где мы… блин.
Готовясь к операции, я прошерстил форум, пытаясь понять, до какого из облюбованных мутантами городов смогу добраться. Таковых оказалось всего три — остальные фонили настолько сильно, что шансов выжить на их территории у меня практически не было.
Попасть же в одну из трех небольших точек на огромной карте… тут поневоле начинаешь вспоминать поиски винтовки и весь сопутствовавший им геморрой.
— Прикончу козла, — пробормотал я, думая разные нехорошие вещи про Аннигилятора.
К сожалению, враг был от меня далеко и плевать хотел на прозвучавшие угрозы.
— Ладно, бро, — я отвлекся от невеселых мыслей, повернувшись к таракану. — Пришло твое время…
Спустя два часа Эдик заметно повеселел и его писк стал гораздо более жизнерадостным. Потом в голосе питомца начала проскальзывать грусть — судя по всему, удовольствие от убийств хозяина сошло на нет, зато проснулась спрятанная где-то глубоко внутри мохнатого тельца совесть.
Через пять часов дохнуть надоело уже мне — система упорно выбрасывала нас где угодно, но только не возле намеченных целей.
Требовалось сделать небольшой перерыв.
— Стой. Хватит меня травить. Привал.
Мы оказались на берегу небольшого водохранилища. Каменистый пляж, скалы, мутная вода, в которой время от времени просматривались какие-то подозрительные движения — обычный пейзаж второй зоны, короче говоря.
На противоположном берегу располагались заросли леса, неподалеку от нас виднелись остатки небольшого заводика. Тоже совершенно нормальная картина, достаточно мирная и спокойная.
— Ты это, погуляй вокруг, поищи чего-нибудь.
Выдав питомцу задание, я улегся на плоском теплом камне и принялся рассматривать далекое синее небо. Затем вытащил из инвентаря найденный возле ядерной бомбы планшет.
— Чертовы извращенцы… ну и где я тебе пароль найду?
Откуда-то из-за спины послышался радостный писк, заставивший меня засунуть находку обратно в инвентарь. Не хватало только, чтобы Эдик привел за собой какого-нибудь монстра, а тот меня убил. Гаджет-то не привязанный, потерять его — раз плюнуть…
Но питомец оказался один.
— Чего? Чего орешь?
В ответ таракан снова пискнул, экспрессивно махнул усами и вытянул в сторону ближайших скал левую клешню.
— Клад, что ли, нашел? Ну, пойдем, посмотрим.
К сожалению, местный Грааль располагался в каких-то других локациях, а Эдик привел меня к очередному бункеру — маленькому и жалкому.
Насколько я понимал логику создателей игры, такие вот убежища являлись аналогами обычных данжей в фэнтезийных вселенных. Разве что здесь ничего не восстанавливалось со временем, оставаясь навечно разграбленным после самого первого посещения.
Что придавало «Альтернативе» определенную реалистичность, кстати говоря.
Конкретно этот схрон явно принадлежал какому-то химику-неудачнику — в первом помещении, куда мы зашли, оказалась только дряхлая кровать, столик и огромная доска, исписанная кучей формул, среди которых то и дело проскальзывали знакомые названия: «С-4», «Pyroxylin», «Purgen», «Nitroglycerine», «Ammonium nitrate»…
Местный обитатель явно специализировался на создании веществ, обладающих максимальным взрывным эффектом. Наверное, собирался показать всему миру места рачьих зимовок.
— Но ему, как обычно, не подфартило, — философски произнес я, заглядывая в соседнюю комнату и наслаждаясь видом разорванного на мелкие ошметки скелета.
С другой стороны — это еще как посмотреть. Перед смертью химик явно создал-таки нечто убойное. Значит, все же добился успеха.
Лаборатория внушала жалость. Проржавевший стол, раскуроченные шкафы, валяющиеся повсюду осколки посуды… Короче говоря, место выглядело именно так, как и должно было выглядеть после взрыва и последовавших вслед за ним десятилетий забвения.
Мы некоторое время бестолково крутились среди этой разрухи, а затем Эдик привлек мое внимание задумчивым писком.
Самый дальний шкаф практически не пострадал от экспериментов своего владельца. И в нем нашлась сохранившаяся до наших дней химия. А именно — пластиковые бочонки с кислотами.
— И заморская, баклажанная, — пробормотал я, рассматривая небольшую канистру, на которой виднелась маркировка «HF». — Вот ее мы обязательно возьмем…
Литр плавиковой кислоты устроился в инвентаре. Судя по учебнику химии, эта дрянь могла разъесть все подряд, даже стекло. И такие свойства однозначно должны пригодиться мне в будущем.
Скажем, можно попробовать себя в роли священника, окропляющего толпу восставших мертвецов святой водой. Или просто вылить кислоту на очередной запертый люк, открывая тем самым проход к неведомым сокровищам.
— А с этим что делать будем, бро?
Таракан кровожадно пискнул и мотнул усами в сторону выхода. Мол, а давай-ка, хозяин, траванем местное озерцо.
— Кровожаден ты не по годам, — осуждающе сообщил я питомцу.
Впрочем, Эдик нисколько не раскаялся — чувствовалось, что темная сторона его души постепенно берет верх над белой и пушистой. Хотя по внешнему виду определить это было довольно проблематично.
— Ладно, так уж и быть.
Перетащить три десятилитровых емкости к берегу озера оказалось не такой уж сложной задачей. Вскрыть их монтировкой — тоже.
Затем бочки полетели в воду а сам я благоразумно отошел немного в сторону. Черт его знает, что там на дне прячется. Вылезет какая-нибудь скотина, бегай потом от нее…
Увы, эффект от моего поступка оказался каким-то откровенно незначительным. ИММК отметил небольшой прилив опыта, на поверхность у берега всплыла парочка дохлых рыбешек — и, собственно, все. Новых достижений, на получение которых у меня имелись потаенные надежды, не случилось.
— Облом, бро. Иди, ищи что-нибудь еще.