Андрей Кощиенко – Сакура-ян (книга 6-1) (страница 14)

— Разве это не одно из самых злачных мест? — округлив глаза удивляется ЁнЭ.

— Откуда ты знаешь?

— Слышала.

СунОк несколько секунд внимательно смотрит на спутницу и начинает смеяться. ЁнЭ, некоторое время делает вид, что ничего не происходит, но в конце концов улыбается и присоединяется к ней.

— Значит идём? — отхихикав, спрашивает СунОк.

— Идём! — решительно кивнув, соглашается ЁнЭ.

— Сможешь найти достойное нас место? — интересуется СунОк у сообщницы.

— В смысле, — выбрать клуб?

— Ага. С нестрашными красавчиками!

Девушки снова заливаются смехом.

Время действия: пятое июля, вечер, начало одиннадцатого

Место действия: Япония. Квартал Кабукитё в Синдзюку

— Кажется, здесь… — неуверенно произносит ЁнЭ, задрав голову и смотря на огромный рекламный щит с фотографиями работников ночного заведения.

— Похоже на то. — соглашается СунОк, тоже смотря вверх.

— Это кто? — секунду спустя спрашивает она, имея в виду лица на рекламе. — Местные артисты?

Ответить ЁнЭ не успевает. Один из двух парней, дежуривших у входа, замечает потенциальных посетительниц и быстро подходит к ним. Вежливо приветствует и с поклоном предлагает войти внутрь. Несколько мгновений поколебавшись, девушки соглашаются. Волнуясь, они поднимаются на пятый этаж здания на лифте. Следуя за провожатым, проходят по ярко освещённому коридору и оказываются в эффектно декорированном помещении клуба. Играет негромкая музыка. С потолка свисают хрустальные люстры, на начищенном до блеска паркетном полу стоят столы с мраморными столешницами. Рядом с ними — бархатные диваны в цвет столешницам. Всё убранство клуба создано для того, чтобы гости почувствовали себя в волшебной сказке. Обстановка производит на СунОк яркое впечатление, вызывая у неё восхищённое внутреннее «Вау!».

Проводник передаёт новых посетительниц менеджеру клуба — высокому молодому человеку, одетому в чёрный смокинг и белую рубашку. Поняв, что перед ними иностранки первый раз посещающие их заведение, он вначале убеждается, что они могут говорить на японском и после этого провожает их к свободному столику. Объясняет правила, особо заостряя внимание на то, что пытаться лапать хостов и предлагать им секс — запрещено. Однако, если девушки будут ходить сюда постоянно, то при желании они смогут договориться с одним из мальчиков о свидании в нерабочее время. Сказав всё, что хотел, менеджер предлагает не выбирать парней по фото в каталоге, а пообщаться со всеми вживую, и, придя в следующий раз, заказать того, кто больше понравится. Поскольку это совпадает с намерениями ЁнЭ и СунОк — «посмотреть и пообщаться», то девушки соглашаются. Тут же к столику подсаживается очень ухоженная первая пара хостов.

По их лицам нетрудно понять, что перед тем, как выйти на смену, они посетили салон красоты, где им сделали стильную укладку, маникюр, подправили брови и нанесли лёгкую косметику. Оба в приталенных пиджаках с кое–где поблёскивающими на них стразами, расстёгнутыми почти до пупа рубашками, на руках — кольца и браслеты. А также обязательные атрибуты хоста — цепь на шее и брошь на лацкане пиджака.

Подсев, парни называют себя и вручают девушкам визитки, на которых нет никакой информации кроме их имён.

«Какие у тебя красивые глаза!» — произносит один из японцев, наполняя алкоголем бокал СунОк.

«Как прошёл твой день, дорогая?» — вторит ему другой, так же заботясь о ЁнЭ.

Себе парни наливают только воду.

«Сильно ты устала сегодня?», «Ненормированный день?», «Твой начальник заставляет работать сверхурочно?», — расспрашивают ребята, — «Какие красивые у тебя глаза! Хочется смотреть, не отрываясь!» «Если бы я был твоим парнем, я бы заботился о тебе, носил бы тебя на руках», — продолжают они, не скупясь на комплименты.

При этом хосты следят, чтобы бокалы на столе всегда были наполнены и, стоит хотя бы одной капле упасть на стол, тут же ловко вытирают её салфетками. Никто из них не просит купить ему коктейль или бутылку шампанского, видимо оставляя это на следующее свидание, когда клиентка «западёт» и придёт к нему второй раз.

Через десять минут разговора, попрощавшись, парни встают и уступают место двум другим, которые тоже начинают лёгкую беседу. Спустя примерно пять минут после «смены», СунОк, конкретно перегруженная количеством доставшихся ей комплиментов и уже несколько раз опустошившая свой фужер, неожиданно (в том числе и для себя), разглашает информацию, находящуюся под грифом — «только для служебного пользования».

— Ты сестра « Мяу–Каннон»? — пытливо смотря ей прямо в глаза, недоверчиво переспрашивает молодой красавчик.

— Она, — моя сестра! — недовольно фыркает в ответ СунОк. — А не я, — её…

(где–то в это время, в Токио)

В доме, относящегося к классу «премиум», в одной из его квартир, в просторной кухне современного дизайна, молодой японец в одиночестве занимается приготовлением ужина. Процесс достиг своего окончания, — момента перекладывания еды в большую плоскую тарелку из белого фаянса. Пройдя и этот этап, в котором имелись некоторые дизайнерские ухищрения по расположению частей кушанья на блюде, отоконоко подхватывает со столешницы низкий стеклянный стакан из прозрачного стекла (с заранее налитой в него на два пальца янтарного цвета жидкостью) и, взяв тарелку, направляется в сторону диванчика, перед которым стоит невысокий стеклянный столик. Поставив на его край принесённое с собой, он по-хозяйски плюхается на диван и берёт лежащий на нём пульт дистанционного управления. Клацнув кнопкой включения телевизора, парень небрежно бросает пульт обратно. Подавшись вперёд и притянув тарелку ближе, он собирается есть.

( « отоконоко» — парень. яп. прим. автора)

«… высоко оценил работу всех, принявших участие в работе по борьбе с подростковыми суицидами…» — сообщает с включившегося с небольшой задержкой экрана, молодая красивая ведущая. — «Его Величество император Акихиро особенно отметил концерт в „Токио Доум“, который, по его мнению, оказался самым действенным инструментом в текущем моменте времени.„ Все участники концерта будут представлены к наградам“, — сказал Его Величество…»

Японец палочками бросает в рот первую порцию еды и начинает жевать.

«В продолжение начатой темы. — говорит ведущая, переходя к другой новости. — „Сегодня стало известно, что здоровье исполнительницы Пак ЮнМи, сильно пострадавшей на концерте в 'Токио Доум“, находится вне опасности. Мы с удовольствием показываем видеокадры, на которых видно, что девушка вышла из состояния комы, в которой она пребывала достаточно длительное время и уже самостоятельно передвигается…»

Изображение на экране телевизора меняется, демонстрируя запись, сделанную недавно в больнице. Подняв голову, отоконоко смотрит.

«Пак ЮнМи, обладает достаточно неожиданным сценическим именем — 'Агдан», что в переводе с корейского означает — «хулиганка»… — продолжает рассказывать голос телеведущей за кадром.

Нихондзин иронично хмыкает.

«… Тем не менее, он хорошо подходит к яркой творческой натуре девушки. В свои неполные двадцать лет, Агдан-сан является лауреатом международных премий Грэмми и Хьюго, чего понятное дело, не сделать, если не отстаивать своё творческое виденье мира…»

В этот момент изображение на экране, показывающее постепенно приближающуюся издали девушку, укрупняется, а после совсем останавливается, демонстрируя крупным планом улыбающиеся лицо ЮнМи.

« Агдан-сан имеет давние творческие контакты с звукозаписывающей компанией „Sony music“, по приглашению которой, она и участвовала в историческом концерте. Надеемся, что сотрудничество продолжится, и пребывание в Японии этой удивительной девушки, позволит появиться на свет новым замечательным песням и мелодиям, которыми будет наслаждаться весь мир…»

Замерев и держа на весу зажатые в руке палочки, японец впивается взглядом в экран, с которого смотрит на него ЮнМи.

«Считается, что Агдан является потомком корейской королевской династии Чосон. Доказательством родства является уникальный для Хангук цвет её глаз. В прошлом известна лишь одна кореянка, имевшая голубые глаза, — это королева Мён СонХва, жена последнего Императора Кореи. В истории не сохранилось точных данных о её судьбе и судьбе её детей, но, по утверждениям некоторых исследователей, они вполне могли остаться в живых, представившись обычными людьми…»

Отмерев, японец бросает столовый прибор в тарелку и, схватив сотовый телефон, нажимает на иконку абонента, закреплённую в быстром наборе.

— Юичи, — задаёт он вопрос ответившему абоненту. — Ты слышал о кореянке Агдан?

— Да, господин Такаси.

— Ты знаешь, что она работала с «Sony music»?

— Нет, господин.

— Плохо, Юичи. Очень плохо.

— Простите меня, господин. Скажите, что нужно сделать, и я сделаю.

— Завтра, когда я приду на работу, на моём столе должна лежать подробная информация об Агдан–сан.

— Будет сделано, господин.

— Обязательно узнай, с кем она работает в корпорации «Sony».

— Хай!

— Я сам займусь её продюсированием.

— Хай!

— Приступай, Юичи!

— Хай!

Время действия: шестое июля, раннее утро

Место действия: Япония, Токио, квартал Кабукитё . В одной из комнат ' Love Hotel'.

На постели, полускрытые простынями, в обнимку спят двое: парень и девушка — очень похожая на СунОк. По коридору гостиницы, мимо дверей номера, смеясь, проходит группа не совсем трезвых постояльцев. Громкие звуки будят СунОк (а это она!). Вздохнув, она потягивается и начинает просыпаться. Спустя несколько секунд её глаза открываются и видят прямо перед своим носом лицо какого-то спящего парня. Ещё несколько мгновений мозг девушки, из которого ещё до конца не испарились алкоголь и сон, не «въезжает» в ситуацию, но вот он наконец «включается» и начинает соображать. Первое, что после этого происходит, — глаза СунОк становятся круглыми — прекруглыми и большими — пребольшими. Второе — широко открывает рот. И третье — мыслительный процесс в её голове полностью останавливается, так как в такие ситуации извилины раньше не попадали и поэтому, шаблонов дальнейшего поведения просто не имеют.