Андрей Кощиенко – Айдол-ян - 4. Смерть айдола (страница 6)
- Ты просто растерялась. – говорит мама, гладя дочь по голове. – Поэтому испугалась. Не надо бояться. Перемены - это не обязательно к худшему. И в мышиную норку иногда заглядывает солнце. Ты же не на улице окажешься, а будешь директором нового кафе, уважаемым владельцем фирмы…
СунОк, отодвинувшись от мамы, смотрит на неё.
- Кто станет ходить в кафе такого директора? – удивлённо спрашивает она. – Мой дядя – в тюрьме, сама я – не хожу в университет, моя тонсен – рассталась с женихом и про неё пишут, что она ведёт себя недостойно айдола. Кто пойдёт в такое кафе? Разве только чтобы посмотреть на неудачников? Может, следует ему сделать вывеску – «Неудачницы»?
Мамино лицо грустнеет.
- Слишком быстро сдаёшься. – недовольно говорит она. – Знаешь поговорку - когда бог закрывает двери, то он открывает окно? Твой отец тоже всегда говорил, что обязательно есть ещё одна возможность. Кафе можно сдать в аренду.
- В аренду? – удивляется СунОк.
- Да. – кивает мама. – Будем получать меньше, чем хотели, но это будет не убыток. А ты закончишь в это время учёбу. Попросишь у сестры денег и поедешь учиться за границу.
- Ничего я у неё просить не буду! – вспыхивает в ответ СунОк. – После всего, что она натворила, не хочу с ней вообще разговаривать!
- А что она натворила? – спрашивает мама. – Посмотри. Благодаря ЮнМи мы рассчитались с кредитами. Но ведь большая их часть была взята на твою учёбу. Значит, твоя сестра оплатила всё твоё обучение. Она и за этот год за тебя заплатила. Ещё, - она давала деньги на твоё и моё лечение. Это не маленькая сумма. Благодаря ней у тебя теперь есть свой канал и поклонники. Ведь это тебе ЮнМи посоветовала?
Мама с вопросом смотрит на старшую дочь. Та, с недовольным выражением на лице наклоняет голову к плечу, вроде – «да, всё верно, признаю, но…»
- Твоя сестра хочет, чтобы у тебя была лучшая жизнь. – не став ждать возражения, продолжает приводить доводы мама. – Она тебя и в Японию взяла, и с известными людьми знакомит, и денег дала, чтобы ты стала директором. Сколько много она для тебя сделала хорошего за столь короткое время!
- Какой в этом смысл, если всем этим нельзя воспользоваться? – отвечает СунОк. – Кафе нужно будет сдать в аренду, я там не смогу быть директором. Мои подписчики в сети – отпишутся, а мои друзья не станут со мной разговаривать. Что я буду делать тогда? Чем буду заниматься? Как я, наконец, найду себе парня?
Дочь с вопросом смотрит на маму.
- Ты говоришь так, словно это всё навсегда. – резонно возражает ей мама. – Пройдёт время, у людей появятся новые проблемы, и они забудут о тебе. А ты пока получишь образование.
- Ага, в другой стране. – кивает СунОк. – А если называть всё своими именами, то это называется – «бросишь меня, сбежишь и отсидишься там». Да, мама? Так?
- Зачем так говорить, дочка? – отвечает мама пристально смотрящей на неё дочери и осуждающе качает головой.
- Не ты ли учила меня всегда говорить правду? – получает она в ответ.
Мама задумывается. СунОк молчит, ожидая ответа.
- Ладно, – подумав, говорит мама, - давай говорить правду. Твоё здоровье действительно пошатнулось, когда ты стала выпивать. Это может превратиться в пагубную привычку, которая погубит жизнь. Первая правда. А вторая правда в том, что в твоём университете, похоже, тебя действительно плохо учили, хоть результаты твоих тестов были высоки. ЮнМи лучше тебя знает английский, хотя закончила только школу. А она правильно сказала, что хорошее владение иностранными языками – основа твоей профессии.
- Ну сравнила! – восклицает СунОк. – ЮнМи вообще столько языков знает после того, как головой стукнулась. Да, мои результаты тестов средние, но это не значит, что в Ёнесай плохо преподают. В университете много тех, у кого результаты лучше, чем у меня.
Мама в ответ вздыхает.
- Значит, они будут более успешны, чем ты. – делает она вполне обоснованный вывод.
- Да, я тоже стала думать, что у меня мало склонностей к изучению языков и следует заняться чем-то другим. – признаётся СунОк. – Наверняка у меня бы получилось управлять кафе. Но, всё равно так нельзя поступать с людьми. Это должна была решить я сама, а получилось, что ЮнМи решила за меня как мне жить.
Мама смотрит на дочь, ожидая продолжения.
- ЮнМи младше. – пытается дать более расширенное объяснение СунОк того, что именно ей не нравится в поступках сестры. – Она не должна так делать. Это неуважительно.
- Ещё одна правда. – говорит мама. – У твоей сестры получается лучше зарабатывать деньги, чем у тебя. Тебе следует быть более уважительной к ней. Вы уже взрослые и отношения у вас теперь другие, не такие, как в детстве.
- То есть, - тот, кто зарабатывает больше, тот и прав? – прищуривается на маму СунОк. – Всё определяется деньгами? А то, что я для неё делала, это не считается? Я для неё готовила, стирала, помогала делать уроки, когда ты работала, гуляла с ней. Это всё теперь забыто? Да?
- ЮнМи всё это помнит и поэтому помогает тебе. – уверяет мама смотрящую на неё с возмущением дочь.
- Ха! Помнит она, как же! – фыркает СунОк. – В том и дело, что она ничего не помнит! Поступает так, как ей хочется, не думая о других! А я хочу, чтобы моя тонсен относилась ко мне с уважением, а не как к пустому месту! Так, как в семье положено относиться к старшим. И я хочу жить своей жизнью! Самой решать, что мне и как делать!
Замолчав, СунОк смотрит на мать, учащённо дыша.
- Накричалась? – спрашивает мама. – С чего ты взяла, что твоя сестра тебя не уважает?
- Потому что она даже не попыталась извиниться! – вновь восклицает СунОк. – Просто отмахнулась от меня, как от мухи!
- У ЮнМи сейчас сложный период. – говорит мама.
- У неё постоянно – сложный период! – пренебрежительно взмахнув рукой, отвечает СунОк. – И кто же в этом виноват? Неужели не она сама? Если бы она ничего не сказала журналисту, то этого ничего бы сейчас бы не было! Всё было бы хорошо и спокойно. И для этого всего-навсего нужно было промолчать! Всего лишь - промолчать!
Высказавшись, СунОк с возмущением смотрит на мать. Та неодобрительно качает головой.
- Мы – семья. – говорит она. – У твоего дяди ЮнСока большие неприятности, которые отразятся и на нас. Сейчас не время для ссор. Сейчас нужно быть вместе. В семье нужно уметь прощать.
- В семье нужно уметь признавать свои ошибки и исправлять их. – неуступчиво отвечает СунОк. – Это тоже важно. А то, - пока одни прощают, другие живут полной жизнью, считая, что так и надо. Но терпение не бесконечно и, в конце концов, такая семья развалится. Пока ЮнМи не извинится передо мной как положено, я с ней ничего делать не буду. И разговаривать не стану! Пусть забирает своё кафе, мне всё равно!
Сказав, СунОк гордо выпрямляется, откидывая голову назад и отворачивается к телевизору.
- Ой, дочки, дочки… - качая головой, горестно вздыхает мама. – Как хорошо было, когда вы были маленькими…
- Я думала, - ты будешь удивлена.
- ХёБин-онни, я всегда была уверена, что твоему брату девушка уровня ЮнМи быстро наскучит. Так и случилось. Если меня что удивляет, так это то, что госпожа МуРан согласилась сообщить, что ЧжуВон и ЮнМи встречаются.
- Ммм… понимаешь, скажу тебе по секрету… Хальмони последнее время увлеклась мистикой. Люди в возрасте любят такие занятия.
- Понимаю, ХёБин-онни. Наверное, мы тоже, в соответствующем возрасте займёмся тем же самым. (смешок)
- Мне нравится, что ты смотришь на жизнь с оптимизмом.
- Да, онни. Стараюсь во всём видеть положительные стороны.
- Отлично. Как ты смотришь на то, чтобы выпить со мной кофе?
- С удовольствием! Спасибо, онни. А где и когда?
- Думаю, - лучше всего будет это сделать у меня дома. Не будет посторонних людей. Кстати, ЧжуВона перевели на амбулаторное лечение. Он теперь лечится дома.
- Значит, со здоровьем у него всё в порядке?
- В полном.
- Отличная новость, ХёБин-онни! Я читала, что его представили к военной награде. Как думаешь, если я его поздравлю до награждения… это будет… правильно?
- Более чем. Мой братишка любит всякие военные игрушки. Уверена, что поздравления с настоящей военной наградой придутся ему по сердцу. И я думаю, что вам следует снова начать встречаться.
- Спасибо большое, онни! Так когда ты пригласишь меня на кофе?!
- Давай завтра. В семь вечера.
- Замечательно, ХёБин-онни! Приеду точно ко времени.
- Тогда до завтра, ЮЧжин-онни.
- До свидания, ХёБин-онни.
Если ХёБин-онни хочет, чтобы я снова начала встречаться с ЧжуВоном, то она могла бы сообщить мне о решении семьи раньше, чем это было объявлено официально. А так я узнала об этом из СМИ. То есть, меня поставили на одну доску вместе со всеми. Значит ли это, что МуРан изменила ко мне своё отношение? И поэтому меня приглашает только ХёБин и только к себе? А что могло повлиять на МуРан? Веду себя примерно, как подобает. В скандалы никакие не попадала… ХёБин сказала, что хальмони увлеклась мистикой. Может, причина в этом? А что значит – мистикой? С духами общается? Ну-у, МуРан, пожалуй, слишком здравомыслящая для такого… а что тогда? Что мистического происходит в её окружении? Только… Боже! Неужели она и вправду решила, что ЮнМи – королевского рода?! Захотела породниться с ними через ЮнМи?! Дебак! Похоже, - так оно и есть! Старуха могла уверовать в сверхъестественное и поэтому никакого приглашения мне через ХёБин не передала. Точно! Как такое происходит? Только эту Агдан в дверь выгонишь, так она в окно лезет! Просто поразительная настырность! И что мне делать в такой ситуации? Доказывать хальмони, что Агдан - никакая не принцесса? Наверняка я буду выглядеть при этом смешно… Но… Семья ЧжуВона всё же не может не обращать внимания на скандалы, которые привлекают к ним внимания. Последнюю выходку ЮнМи они уже не смогли перенести. Значит нужно, чтобы скандалы вокруг ЮнМи не прекращались. Всякое дерево повалится, коль его десять раз топором ударить. Что я могу для этого сделать? Хм, можно подбросить в СМИ версию о спекуляции акциями «Кирин» с использованием инсайдерской информации. Зачем пропадать такому отличному материалу? Кстати, я от кого-то слышала, что все информационные агентства подвергают прокурорской проверке из-за ЮнМи. Они будут рады отомстить. Отличный момент, чтобы вбросить им такую новость. Потом, сестра у Агдан – алкоголичка. Уверена, что обсуждение её морального падения тоже будет интересно всей Корее… Можно что-нибудь ещё придумать. Даже не придумать, а снова вспомнить. Например, об отношениях Агдан и президента СанХёна. Тот раз эта тема заглохла, но сейчас её вновь можно будет поднять. Если всё ещё раз поднять, то Агдан попросту утонет в хейте. Единственно, - нужно только делать это осторожно, не показывая своё участие. Иначе хальмони может обидеться и решит, что я как-то нарушила её планы. Совсем ни к чему это самой «светиться». Станут потом говорить, что я отбивала мужа у нищенки с окраины. Не нужно этого…