Андрей Кощиенко – Айдол-ян - 4. Смерть айдола (страница 35)
- Найди. Хочу знать, что она им наговорила. Да! Чем сейчас заняты остальные участницы «Короны»?
- М-мм… БоРам сейчас на съёмках клипа для французского продвижения, а остальные участницы в агентстве, работают согласно своему расписанию.
- Ага. Значит, только двое отсутствуют на рабочем месте по неуважительной причине. Ладно, КиХо, спасибо за информацию.
- Да, господин директор.
Выныриваю из глубин сна ближе к поверхности реальности от достаточно сильного толчка в бок.
- ЮнМи, давай, вставай! – слышу я где-то над собою голос СунОк.
Ага, - продолжая лежать, не подавая признаков жизни, сквозь дрёму соображаю я. – Если это онни, то значит, - я дома. Куда, собственно, и собирался попасть. Помню, как сказал водителю ехать сюда, потому что было ближе, чем в общагу. Потом, с ИнЧжон мы немного «приняли» в процессе работы… Не так чтобы сильно, но запах, думаю, девчонки бы заметили. Соответственно и ещё кто-нибудь, кроме них, заметил бы тоже. К примеру, обманутый в общаге охранник. Точно бы начальству доложил. На кой это надо, в нынешней нервозной ситуации?
- ЮнМи, уже почти двенадцать часов. – информирует СунОк и спрашивает. – Ты вставать собираешься?
Двенадцать? Да, уже прилично времени… Но если посчитать… Запись закончили в шестом часу, пока собрались, пока ехали… Не больше шести часов на сон получается. Прямо жалко себя становится, когда понимаешь, как мало ты спал!
- ЮнМи! – восклицает СунОк и снова достаточно чувствительно пихает меня в бок. Кажется, ногой.
Ммм… - мычу я в ответ, подавая сигнал, что жив и не надо меня так пихать. Но это не помогает.
- Вставай давай! – требует онни и опять меня пихает. А если точнее, то скорее – пинает.
- Отвали! – подаю я голос.
- Вставай! Тебя в агентстве ждут!
Чё я там не видел? Всё что мог я уже сделал.
Мм-м? – издаю я вопросительное мычание, предлагая обосновать эту необходимость.
- Чего ты мычишь? – не поняв интонации, возмущается в ответ СунОк. – Притащилась вчера пьяной так, что на руках домой заносили, а теперь двух слов сказать не можешь?
Реально – «заносили»? Ну, может быть. Помню, я ещё в машине начал «отрубаться». Только не от того, о чём она думает. Выпил за компанию с ИнЧжон не больше рюмки. Просто весь день на нервах, на ногах, потом у меня творчество попёрло. Эмоциональное истощение.
- Как значит самой – тебе можно! А как я, так сразу – алкоголичка!
Блин… Сеструха, похоже, в раж входить начинает… Прибьёт?
- Пиджак какой-то с собою привезла! – продолжает возмущаться СунОк. – С этикетками! Где ты его взяла? Надеюсь, ты его не украла, пьянчужка?!
Да что ж такое? Поспать уже в родном доме не дают! Угомоните её кто-нибудь! О! А это мысль. Я же – дома.
- Мульча! – разлепив ссохшиеся губы, хрипло кричу я, не открывая глаз. – Мульча! Иди сюда!
Через пару мгновений тишины слышу приближающийся быстрый топот мягких лапок. Ещё пару мгновений и ощущаю их у себя на спине.
- Мульча, меня обижают. – всё так же, не открывая глаз, жалуюсь я запрыгнувшей на спину кошке и приказываю. – Охраняй!
- А ну, пошла отсюда! – возмущённо требует СунОк. – Ишь, прибежала, только её позвали! А ты - давай вставай! Хватит валяться, звезда!
И меня опять пихают-пинают в бок. Тут же раздаётся яростное кошачье шипение, не предвещающее тому, кто его вызвал, ничего хорошего.
- Пошла отсюда! – громко требует СунОк, но я слышу в её голосе опасливые нотки. – Я тебя кормлю, сволочь такая, а ты на меня шипишь, да? Как щас дам!
В ответ раздаётся ещё более угрожающее и громкое шипение.
А вот нечего на кошку замахиваться. – думаю я. Хоть лежу с закрытыми глазами, но примерно представляю, что происходит возле меня. Сейчас наступает тишина. Пауза, в которой СунОк похоже смотрит на Мульчу думая что делать.
- Ну и сидите тут, две ненормальные! – громко произносит она, решив не связываться, но оставляя последнее слово за собой.
Мульча шипит в ответ.
- Ты ещё ко мне придёшь за едой. – обещает ей СунОк. – Посмотрим, как ты будешь ластиться! А ты, ЮнМи – идиотка!
Ну вот, всем сестрам по серьгам раздала и свалила. – думаю я, слыша, как она уходит. – Чё приходила? Зачем будила? Видит же – спит человек, устал. Нет, вот нужно разбудить…
Мульча спрыгивает с меня на пол, и через мгновение мне в лицо тыкается кошачий нос.
- Умница, Мульча. – отодвигаясь, говорю я. – Одна ты меня любишь. Давай, охраняй меня, чтобы не мешали, а я ещё посплю…
Мррр? – раздаётся над ухом и мне начинают лизать щёку.
- Мульча, прекрати! – требую я, поворачивая голову в другую сторону. – Я спать хочу. Будешь приставать – пойдёшь за СунОк. Сказала – сиди, охраняй.
Мррр… - чего-то там мурчит в ответ животина.
- Трудно вам приходится с ЮнМи, ЁнЭ-сии? – участливо глядя на девушку, спрашивает мама. – Она не слишком балованная?
ЁнЭ задумывается, не спеша с ответом.
- ЮнМи хорошая девочка. – наконец говорит она, сопровождая свои слова кивком. – Добрая и отзывчивая. И совсем не избалованная. Мне нравится с ней работать. У вашей дочери огромный творческий потенциал. Всё время придумывает невероятные вещи. Это так здорово.
Мама в ответ благодарно кивает головой.
- Это у неё от отца. – довольная хорошими словами о дочери, объясняет она. – Тоже постоянно что-то придумывал. По наследству талант дочке передал.
ЁнЭ понимающе кивает.
- А вот СунОк - совсем не такая… – говорит мама.
В этот момент со стороны лестницы слышится шум, причём такой, словно кто-то с неё «ссыпается». Сидящие за столом настораживаются и, повернувшись, смотрят в сторону входа. Спустя несколько секунд появляется встрёпанная СунОк.
- Она не хочет вставать! – учащённо дыша, сообщает она всем присутствующим. – Даже глаза не стала открывать! А потом натравила на меня Мульчу!
- Ох ты боже мой, что творится! – взволнованно восклицает мама. – Что же с ней такое? Совсем уработалась!
- ЁнЭ-сии. - говорит она, обращаясь к гостье. – Прошу простить, я сама сейчас схожу и разбужу её!
- Думаю, что не стоит этого делать. – отвечает ЁнЭ и, приподняв свой лежащий на столе телефон, смотрит, сколько времени он показывает на дисплее. – Если она, как сказала СунОк, даже глаза не открыла, это ещё минимум на два часа сна. Через два часа куда-то ехать вообще не будет смысла. Пусть отдыхает. Тем более, что ИнЧжон уже давно уехала в агентство, и, раз оттуда не звонят, значит, необходимости присутствия там ЮнМи нет.
- Но как же… - растерянно отвечает мама. – Надо же быть на работе…
- Её не накажут за то, что её нет? – спрашивает она у ЁнЭ.
- Ваша дочь, ДжеМин-сии, официально определена военным госпиталем на амбулаторное лечение. Поэтому отсутствие ЮнМи в агентстве в рабочее время не может быть поводом для штрафов. Она сейчас считается нетрудоспособной.
- Вот как. – кивает мама. – А я уже, честно говоря, забыла об этом. Всё работает и работает. И не жалуется ни на что…
Лицо мамы становится грустным.
- С ЮнМи всё хорошо. – успокаивает её ЁнЭ. – Сейчас она целых три дня побудет дома, восстановит силы и пойдёт дальше к успеху. У неё сейчас всё просто замечательно.
- Да, да. – кивает мама, понимая, что её успокаивают.
- Тогда, ДжеМин-сии, я тоже, пожалуй, поеду. – говорит ЁнЭ. – Ждать, пока ЮнМи проснётся, смысла нет, а у меня сегодня тоже была бессонная ночь. Если вашей дочери что-то потребуется, пусть она тогда сразу позвонит. Хорошо?