Андрей Коробейщиков – Пустенье (страница 29)
– Да, нашел. А теперь Лес поглотил и тебя.
– Значит, я тоже нашел Силу Волка? И я тоже смогу превращаться в них?
– Еще пока нет. Для этого тебе понадобится многому научиться. Если ты, конечно, захочешь.
– Кто вы? Духи? Призраки? Оборотни?
– Можно сказать и так. Мы – тайшины, «Свободные Волки», Хранители Священной Земли.
– Вы поможете мне спрятать Курмин от ургудов?
– Наше призвание – защищать священный Алтай. Камень Грома и Молний появился в нашей обители неслучайно. Твои братья мертвы, и, судя по всему, теперь тайшины должны будут обеспечивать его безопасность. Наступает время Темного Солнца, тревожное время, когда подземное войско, возглавляемое Стальным Воином, готовится выйти на поверхность земли. Люди тоже чувствуют это. Они по-разному называют этих призраков: Чудь, Ургачимиду. Оргхи, но суть их остается неизменной – это верные слуги Черного Кагана, который ненавидит все, что находится в Среднем Мире. Хотя под землей живут и миролюбивые племена. Мы знаем их, и иногда кое-кто из этих низкорослых рудокопов выходит в этот мир в определенных местах, чтобы обменяться с нами слухачи, вещами, оружием.
– Война неизбежна?
– Да. Но изменить можно ее охват. Если ургуды завладеют Курмином, остановить повсеместное нашествие черного воинства будет уже невозможно.
– Я хочу остаться с вами. Я тоже хочу стать тайшином.
– Ты можешь остаться. Мы будем обучать тебя. Но ты должен помнить: на тебе лежит огромная ответственность – ты последний Тэнг, уцелевший после падения Общины Серого Будды. Поэтому тебе придется слить воедино два знания: то, которое ты получил в Храме Сумерек, и то, которое ты получишь в Клане Тай-Шин.
Камкурт взмахнул рукой, и земля под Туаном разверзлась, увлекая его в бездну, испещренную радугами. Мелькание огней. Полет и ощущение неограниченного пространства. Туан скользит над водной гладью озера, пытаясь увидеть свое отражение на зеркальной поверхности черной воды. Огромный светящийся Купол вдалеке. Туан кричит от восторга. Вихрь, несущий его, останавливается, и человек начинает падать вниз…
Шелест деревьев и прикосновение свежего ветра к лицу. Туан открывает глаза. Он лежит на мокрой от росы траве в зеленой лощине. Вокруг него – воины, закутанные в черные одежды. Один из них подходит к Тэнгу и протягивает свою руку, помогая встать. Туан узнает его глаза над черной тканью, скрывающей половину лица. Эти же глаза были у валка, напавшего на него прошлой ночью. Человек говорит чуть слышно, но голос его проникает в самые отдаленные уголки внутреннего пространства:
– Мы – Тай-Шин, мы будем обучать тебя. Ты готов?
Туан кивает. Через несколько мгновений черные тени уже неслышно скользят между огромных стволов, уходя все дальше в лесную чащу. Но этот Лес уже не пугает Туана. Он с наслаждением вдыхает сотни запахов, почему-то не замечаемые им раньше, и видит новые оттенки цветов, в которые окрашено таежное царство. Наверное, именно так воспринимает этот мир человек, когда в нем начинает пробуждаться Сила Волка. Туан улыбнулся…
– Данилыч, как это возможно, я никак не могу понять, – Филатов вопросительно смотрел на старика, сидевшего на стареньком диване, с улыбкой рассматривая присутствующих, – были в Барнауле, потом проснулись у тебя. Это что, гипноз? Или ты нам набодяжил что-то в еду, грибочков каких-нибудь или травы?
Остальные тоже напряженно смотрели на старика, кроме Коврова, который сел в самый угол комнаты и теперь слушал, как барабанит дождь по крыше дома и по стеклам: ему необходимо было переварить все услышанное и попытаться привести полученную информацию в какую-нибудь систему.
– Вы все равно не поймете, даже если я попытаюсь вам это объяснить.
– Что же это, вы думаете, мы такие тупые? – Анна бросала короткие взгляды то на Данилыча, то на Коврова, пытаясь понять, о чем же они могли беседовать несколько часов своего отсутствия.
– Да нет же, дело тут не в вашей тупости или остроте. Просто это невозможно объяснить словами. Это можно сделать, и все. Могу лишь заверить вас, что это было реальное путешествие, а никакие не грибочки и не гипноз.
– Но ведь проснулись-то мы за несколько километров от города. Это что же получается, что я вел машину обратно в бессознательном состоянии?
Данилыч щелкнул пальцами и закрутил головой, не зная, очевидно, как описать им суть произошедшего с ними.
– Да никуда вы, Виталий, не ехали. Мы были здесь, в доме, и в то же время мы были там, в Барнауле.
– Чушь какая-то, – пробормотал Филатов и отвернулся к окну, рассматривая сплетения дождевой капели на стекле.
– То есть если то, что с нами произошло, не сон, значит, тот человек, или, как вы его назвали – «зедарк», тоже существует реально? – Анна закусила губу, нервно теребя рукой локон своих волос, ниспадающий ей на лицо.
– Да, все, что я вам рассказал, правда, – Данилыч перестал улыбаться, видя, что не только не смягчает этим напряженность момента, но и ставит под сомнение правдивость только что рассказанной им истории о колдунах убийцах. – Зедарки существуют, и более того, вы встречались с одним из них прошедшей ночью.
– От этого всего с ума можно сойти, – Анна растерянно посмотрела на мужа, словно ожидая от него поддержки, но Всеволод внимательно слушал каждое слово Данилыча, будто опасаясь упустить что-то важное. Рассказанная стариком история потрясла его, вероятно, больше всех остальных, конечно, за исключением Максима.
– Теперь вы знаете все или почти все, – Данилыч прищурился и осмотрел пристальным взглядом всех присутствующих, – теперь вы вольны поступать так, как сочтете нужным.
– Что это значит? – хрипло спросил Санаев.
– Это значит, что теперь вы знаете, что очутились здесь случайно, вернее, неслучайно, но теперь зедарк добился своей цели и потребность в вас у него отпала. Ему нужны мы: Ковров и я. Причем я даже в меньшей степени.
– А зачем ему вы? – глаза Анны широко распахнулись, и было видно, что она испытала неуловимое облегчение, когда услышала эти слова.
– Месть, – просто ответил Данилыч, будто на самом деле его это касалось меньше всего. – Он узнал меня, а я узнал его. Теперь он будет мстить мне.
– За что? За то, что вы охраняли от него генерала Коврова?
– И за это тоже. Видите ли, я для него сродни камню преткновения. Раньше я охранял генерала Коврова, сейчас я охраняю его внука. И хотя я уже стал дряхл и ни на что не годен, он испытывает ко мне чувства, которые, наверное, испытывает бес по отношению к экзорцисту, совершающему обряд изгнания нечистого духа. К тому же у него есть и еще одна причина, по которой он будет искать меня с усилиями, не меньшими, чем затрачены им на поиски Коврова.
– Что это за причина?
– Я не хочу говорить об этом.
– Что-то личное? – Анна испытывала «эффект освобожденного заложника», и ее обычная немногословность теперь сменилась на желание узнать как можно больше обо всех обстоятельствах этой старой и запутанной истории.
– Да, можно сказать и так, – Данилыч же, наоборот, помрачнел, будто воспоминание о прошлом отнимало у него силы острить и смеяться.
– А зачем тогда ему Ковров? Ведь у него нет Курмина.
– Да, но зедарк скорее всего не знает об этом. Поэтому он будет продолжать свои поиски, чтобы обнаружить Максима, Курмин и, используя Камень, принести в жертву последнего Камкурта на месте заточения, там, где установлены непроходимые Врата, отделяющие Средний Мир от Нижнего.
– А что это за место?
– Анна, мне кажется, что отсутствие этой информации позволит вам с Всеволодом чувствовать себя гораздо спокойнее в вашей дальнейшей семейной жизни. А вам, Виталий, тоже незачем оставаться здесь и подвергать свою жизнь опасности. Это не ваша битва. Отправляйтесь в Новосибирск и доложите вашему шефу, что вы нашли источник ваших проблем и вам более ничего не угрожает.
– А как же Макс? Данилыч усмехнулся:
– Нам с Максимом еще много нужно сделать. Он останется у меня. Его дальнейшая судьба неизвестна никому. А вам нужно уезжать. Вы будете только лишней обузой для нас, поверьте.
Дождь за окном утих, и Данилыч вышел на веранду, оставив дверь наружу открытой. Через нее в комнату повеяло свежестью и насыщенными запахами мокрой травы и цветов. Все собравшиеся тоже повставали со своих мест и пошли на веранду.
– Давайте напоследок чайку попьем, – просто сказал Данилыч, будто речь шла о чем-то будничном, – вам нужно покинуть мой дом до захода солнца. Ночью здесь может быть опасно.
– Думаете, он так быстро найдет вас? – хмуро спросил Санаев, напряженно думающий о чем-то.
– Вполне возможно. Он видел меня, он мог последовать за нами и проследить, откуда мы пришли.
– Данилыч, я останусь, – Санаев решительно тряхнул головой, с извиняющимся выражением посмотрев на Анну. Девушка растерянно улыбнулась.
– Сева, а как же я?
– Ты поедешь с Филатовым. Виталий, довезешь ее?
Начальник службы безопасности «СИУСа» мрачно кивнул. Было видно, что он тоже еще не принял окончательного решения. Все происходящее совершенно не вписывалось в привычное для него миропонимание, и теперь он ощущал свою беспомощность и бессилие в решении проблемы.
– То есть как это поедешь? Ты что, ничего не понял? Мы будем только мешаться здесь. И ты, и я, и Виталий – мы ровным счетом ничем не можем им помочь, потому что мы принадлежим к другой эпохе. Мы не владеем необходимыми знаниями, информацией… Сева… – девушка умоляюще смотрела на решительного Санаева, который смущенно отводил от нес взгляд.