Андрей Константинов – Фронтовая любовь (страница 6)
– Чувствуют только… – назидательно-пьяно заговорил Медвежонок, но докончить фразу не успел.
– Заткнись, Паша! Достал уже со своими голубыми присказками!
– Они не мои, а общие! Всего народа.
– Я сказала: заткнись! А вам, Дмитрий Андреевич, судя по всему, уже даже всё равно с кем пить?… Кстати, мне коллеги из программы «Криминал» как-то объясняли, что такое
– Нашла кого слушать, – фыркнул Медвежонок. – Про форшмак они ещё рассуждают. Да я про них такое могу порассказать! Да Содом такого не делал со своей Гоморрой! А она и уши развесила, как лохушка. Да если хочешь знать…
Договорить он снова не успел, поскольку Митя всмотрелся куда-то за спину Элеоноры и с очень странной интонацией произнёс:
– О-бо-сра-ться!
Медвежонок недоуменно перехватил его взгляд и округлил глаза:
– Ой-ё-ё!..
Элеонора подозрительно посмотрела на обоих – уж не разводят ли её на какой-нибудь пьяный прикол? Но потом всё же обернулась и… точно так же обалдела:
– Мать моя мамочка! Вот знала же! Вот сердце подсказывало, что ничего хорошего не будет!
Это была реакция на появление в баре американской журналистки, телезвезды CNN Пруденс Мак-Ги, за которой семенил длинный и немного нескладный юноша.
– Привет, парни! Привет, Эл! – весело помахала с порога Мак-Ги. – Давно разминаетесь? Дим, Пол?
Было такое ощущение, словно она заранее знала, что увидит здесь эту троицу. По крайней мере, ни тени удивления на лице американки не было.
– Твою же мать! – пробормотала Эльвира. – В первый же вечер, и так томно!
С криком «Пруденс вернулась!» отошедшие от шока Митя и Медвежонок бросились к американке и принялись всячески ее обнимать, лобызать и тискать. Ничего не понимающий парень-американец наблюдал за этой сценой, выпучив глаза.
Обречённо вздохнув, Элеонора достала из сумочки пачку сигарет и, подсаживаясь к стойке, кивнула бармену.
А куда теперь было деваться?..
Многие имена и лица, события и даты стерлись из моей памяти. Но дату нашего знакомства с Пруденс я помню очень хорошо: 22 марта 2003 года, Багдад. Третьи сутки с начала запущенной объединенными силами США и антииракской коалиции военной операции «Шок и трепет». Пробирка в руках Колина Пауэлла, которой тот эмоционально тряс в зале заседаний ООН, сделала свое дело. Да и не она одна. Штатовские пропагандисты потрудились на славу. Помнится, договорились даже до того, что на вооружении у старика Хуссейна якобы появились «дроны смерти», способные напасть на Америку…
Тем вечером здание отеля «Палестина», где проживало подавляющее большинство иностранных журналистов, слетевшихся на войну, как мухи на мёд, впервые по-настоящему затрясло от мощнейших ракетно-бомбовых ударов. Прошло всего пять-семь минут, а открывающаяся с высоты 10-го этажа величественная панорама западного берега Тигра, с доминантой президентского Дворца Республики с куполом и четырьмя огромными головами Саддама по углам, уже представляла собой единое, кроваво-багряное полотно. Это было зрелище, одновременно и завораживающее, и страшное. В какой-то момент даже мы, за глаза величаемые иностранными коллегами «эти отмороженные русские», не рискнули продолжать съемку (к слову, нелегальную) и спустились в бомбоубежище. А спустившись, обнаружили там всю команду CNN в полном составе и при полном параде: в бронежилетах, в касках, с противогазными сумками. Среди них была и уже пребывавшая в статусе телезвезды шикарная мулатка Пруденс Мак-Ги, чьи репортажи из Косово в свое время мне запомнились особо.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.