Андрей Кокоулин – Сборник-2023 (страница 14)

Он перешел к следующему комку. Чернав, будто под гипнозом, шагнул за ним. Вместе они осторожно исследовали останки. От человека сохранилась лишь кожа, волосы и кисть руки.

– Этот тоже с «Селекты», – сказал Бакман, вытаскивая обрывок комбинезона с нашивкой.

– Как же… – прошептал Чернав. – Кто это их?

Бакман усмехнулся.

– Паша, Паша, думаешь, это важно?

– Но если эта тварь еще здесь…

Чернав заозирался. Во тьме между вспышками света ему почудилось вкрадчивое движение.

– Паша, если бы эта жуткая тварь была здесь, мы были бы уже мертвы, – сказал Бакман, вздохнув. – Посмотри, там еще должны быть Ник с Луисом.

– Что?

– Подумай сам, Павел.

Бакман, подтянувшись, сел на ступеньку возвышения у реактора. Чернаву показалось, что Бакман на мгновение искривился и стеблем пророс ввысь.

– Посмотреть?

– Посмотри-посмотри.

Чернав шагнул за выступ. Бакман же потрогал висящие у плеча топливные элементы, большей частью полностью разряженные, темные, и с усилием выдернул один из гирлянды. На работу джойнта это не произвело никакого эффекта. Собственно, как и ожидалось. Остаточный заряд отдан, процесс запущен.

Чернав светил фонариком.

Ниша первая, ниша вторая. В третьей нише он нашел изломанный труп – руки вывернуты из плечевых суставов и скручены за спиной, ноги подняты к подбородку. Само тело, почти нагое, было странно искривлено. Лицо казалось сплюснутым по диагонали, и глаза ледяными шариками торчали по бокам у висков.

Чернава передернуло. Он тяжело выдохнул, и это услышал Бакман.

– Нашел?

– Третьего.

– А Сантоса или Маркова?

– Пока нет. И не хочется, – через паузу сказал Чернав. – Тут над третьим-то всласть порезвились.

– Тварь?

– Совсем не уверен, что это мог сделать человек.

– Там отнорок есть, для запчастей и прочего, – сказал Бакман. – Проверь еще там.

– Давай вместе, Герберт, – сказал Чернав.

– Страшно?

– Для подстраховки.

– Ладно.

Свет мигал. Бакман сполз со ступеньки и обошел реактор. В такт его шагам Чернав, стоящий у створки отнорка, крохотного подсобного помещения, то пропадал, то появлялся.

– Ну что ж, я здесь, – сказал Бакман.

Чернав поймал его за руку с фонариком.

– Ты точно уверен, что твари здесь нет?

– Думаю, ей не хочется в джойнт.

– И где она тогда?

Бакман приблизил шлем к шлему Чернава. Пластик коснулся пластика.

– Я не знаю, Паша, – сказал Бакман.

– Вышла в открытый космос?

– Возможно.

– А если мы ей нужны для питания?

– Тогда бы мы не нашли никого. За девятнадцать лет здесь не осталось бы ни кусочка плоти.

– Ты не знаешь, как она питается, – сказал шепотом Чернав.

– Мы вообще не знаем, есть ли она, – ответил Бакман. – И что это такое. Ничего не знаем, Паша.

– Нет, тварь есть, – убежденно сказал Чернав. – Ты видел в нише?

– Проходил, – кивнул Бакман.

– Она сломала…

– У нас нет времени, Паша.

Чернав кивнул.

– Да, прости. – Он вдруг подался к Бакману. – А если нам рвануть к боту? Успеем?

– Джойнт произойдет раньше.

– Не факт.

– Подъем на жилую палубу, две створки, шлюз, переход на бот. Это те же десять минут. А их уже нет.

– И что же?

– Делаем то, что должны, – Бакман развернул Чернава к створке подсобного помещения. – Во всяком случае, мы должны найти Луиса и Ника. Они бы поступили также, не побежали, не так ли?

– Да.

– Тогда – вперед, Паша.

– Только ты держи свою руку у меня на плече, – сказал Чернав, окунаясь во тьму за створкой.

– Хорошо.

Они шагнули в отнорок один за другим. Лучи двух фонарей прорезали мрак и заплясали по шкафчикам, накопителям, стеллажу электронной требухи. Часть помещения вспыхивала красным.

Прямо. Правее. Еще правее.

Сантос нашелся в кресле в углу, у стола с микромодулями, «юбками» резонаторов и кусками проводов. Скафандр его был косо вспорот от пояса к шее. Рана была глубокая, рваная. Ни нож, ни плазменный резак так сделать не могли. Вывалившиеся внутренности и кровь застыли поверх скафандра розово-красным кораллом. Шлема на Сантосе не было.

– Ох, – сказал Чернав.

– Фред, черт, отзовись! – заговорил Бакман. – У нас – мертвец! Слышишь? Сантос мертв, а балкер через несколько минут отправится в джойнт.

– А Маркова нет, – сказал Чернав.

Свет его фонарика пробежал по стенам.

– Фред!