Андрей Кивинов – Место перемен (страница 12)

Она сняла переносную трубку и выскользнула на кухню.

– Алло… Да, Маша. Что еще случилось?.. Да ты что? Машка, не переживай так…

Снотворное наконец-то подействовало – проводив жену осоловевшим взглядом, больной упал в объятия Морфея.

Лера вернулась в комнату, только убедившись, что подопечный не симулирует. Так и не опознанный никем мужчина посапывал, лежа на спине. Она хотела было лечь на другую кровать, но неожиданно для самой себя пристроилась рядышком с пациентом и уложила его руку на свое плечо. Рука соскользнула, но она вернула ее на место, накрыла своей ладонью и больше не отпускала.

Майор Фейк сидел в камере для допросов на жестком, прикрученном к полу табурете. А пол находился в изоляторе временного содержания города Великозельска. Он поймал себя на грешной мысли, что почти сроднился с формой. Поначалу она казалась ему неудобной, плохо сшитой, похожей на мешок для картошки, а теперь он ощущал себя в ней вполне уютно. Да и сколько раз она его выручала! Надо будет в чистку отдать. Химическую. Мысли о форме посетили Золотова в ожидании Головина, раненного урной в башку и отправленного в острог следом за Пузиным. А спустя три часа тот попросил о встрече.

Да… Так вот ты какой – изолятор временного содержания. Приятно познакомиться. Очень хорошо, что сижу я на табурете следователя, а не задержанного.

Металлическая дверь лязгнула, впуская конвоира и Головина. Окровавленный бинт, наползавший на хмурое его чело, напоминал о недавней встрече головы с урной. Раненый боец опустился на свободный табурет и уставился на следователя.

– Слушаю. Что хотел? – безо всяких эмоций спросил Золотов.

– Я насчет сделки, – помолчав, нерешительно пробормотал пузинский подельник.

– Адвокат посоветовал? – усмехнулся Золотов, не переживая о том, что неуместная ирония может отбить охоту каяться. Каются не потому, что советь замучила, а потому, что жить хочется. По возможности безопасно и комфортно.

– Не… Сам. Влад накосячил, а мне отдуваться? Короче, давай так… Я толкую кое-что, без записи. А ты мне подписку. Какая разница, где я буду сидеть, дома или в камере?

– Арестовать тебя по-любому придется, хотя бы для начала, – подрезал крылышки собеседнику Золотов.

У парня руки по локоть, если не в крови, то уж в дерьме. Еще ничего путного не сказал, а уже торгуется.

– Иначе подозрения возникнут. Сам подумай. Но меру пресечения впоследствии можно изменить.

– Точно?!

– Только от тебя зависит, – уклонился от прямого ответа Золотов, памятуя, что в его положении никому ничего нельзя обещать.

– Ладно, – Голова, подумав секунд десять, пошел ва-банк. – В общем, тему с лекарствами Владу дядя подкинул. Вице-мэр. И весь навар он получает, а не Влад.

– Так это и без тебя известно. Тоже мне – компромат! Меня конкретика интересует. Например, кто архив сжег? И кто заказал?

Головин закручинился. Не по-пацански как-то – своих сдавать. Но извините, пацаны. Ничего личного. Каждый за счастье бьется в одиночку, кто бы что бы не говорил. Поймите и простите.

– Думаю, дядя и заказал, – стыдливо потупив глаза, начал печальную повесть Сережа, – а если не он сам, то все равно оттуда, из мэрии. Точно знаю, что сжег Витя Домофон. Отмороженный, недавно откинулся.

– Ты не гонишь? Вице-мэр лично поручил поджечь какому-то зэку? – скривился Золотов.

Вспомнилась обязательная фраза советских фильмов про милицию: «Если вы поможете следствию, это смягчит наказание…» А если не поможете, нам придется вас отпустить… Помогай, Голова, помогай, а то отпущу.

– Ну не лично. С Витей обычно все темы мэрский зам перетирает. Ланцов фамилия. Они давно знакомы, еще до Витиной посадки, – засуетился Голова, правильно истолковав усмешку следователя и ленинский взгляд с прищуром, – и заказ это не первый.

– А еще конкретней?

– Была одна история… Только обещай – на меня никаких намеков. Тема серьезная. Очень серьезная.

О, да ты обосрался, Головушка, жидко обосрался… Решил, наверно, что сейчас без суда и следствия прямо в изоляторе расстреляют. Конечно, расстреляю, патроны из Москвы уже везут.

– Не парься – не сдам. Рассказывай.

Головин наклонился через стол, поближе к Золотову.

– Года два назад бабу они грохнули, – зашептал он, – из тендерной комиссии. Витя сам трепался по пьяни.

Та-а-к… Тема серьезная. Даже непонятно, что лучше: знать или не знать. Да уж: многие знания – многие печали. Что потом с этим знанием делать? Куда нести? В Следственный комитет? Федорову? Так Диме и «Ой!» сказать не дадут. А в комитете самого нахлобучат.

– Дядя пузинский тогда еще в мэрии не служил, бизнесом увлекался. Подряд на ремонт дорог урвать хотел, а в комиссии тетка слишком принципиальной оказалась. Денег брать не хотела. Она и раньше была как заноза. Ей намекнули – угомонись, не суйся. Бесполезно. Тогда возле станции ее вечерком Витя встретил, ну и… битой по голове. Куда труп дел, не знаю.

– Он один был?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.