Андрей Кирсанов – Парус в горах. История о тех, кто живет там, где другие не выживают (страница 4)
Поездка в город Пелла и к границе Палестины и Сирии.
Провожали закат с видом на Тивериадское озеро!
Учусь быть собой.
Завтра очень важный день – буду рассказывать на уроке о русском искусстве. Раз в неделю каждый из нас выступает с монологом на выбранную тему. Сейчас перевожу на арабский слова – пейзаж, меценат, сюжет картины – и вообще штудирую всю лексику, которая относится к живописи.
Приготовил текст о Брюллове, Васильеве, Поленове. Покажу репродукции из альбомов, взятых с собой. С недавних пор моя формула успеха – не думать о нем, а стремиться подарить то, что хорошо знаешь и любишь. Поэтому хочу преподнести друзьям в группе самое лучшее, по моему мнению, в нашей живописи. Очень надеюсь, что будет Меглин – девушка из Канады.
И второе: завтра у меня встреча с преподавательницей из МГИМО Еленой Владимировной.
А еще на первой паре получил длинное сообщение от друга детства Димы Болбота, он написал о найденных предках. И вот что я решил: этим летом непременно поеду в Рязань, на родину деда.
Грандиозный римский амфитеатр – 6000 мест, базар, сувенирные лавочки… Побывали с Янеком в центре города. А точнее, в центре старого города, далеко не престижном районе. Здесь живет беднота – домишки, как в Непале, лепятся один к другому на склонах холмов.
С первого дня пребывания в Аммане ищу в черте города православный храм. Были с Усамой в районе Ар-Рабия, но там католический, а недалеко от университета – протестантский. И вот сегодня оказались в современном деловом районе Абдали. Вышли через плотный встречный людской поток на главную площадь и увидели колокольню храма Благовещения. Рядом мечеть короля Абдаллы I с голубым мозаичным куполом, а также коптская церковь.
– Сегодня пятница, как думаешь, открыт?
– Не знаю, давай посмотрим расписание службы.
Потом каким-то образом мы оказались в трапезной, где обедали и мирно беседовали прихожане. Они пригласили нас за стол, а их доброжелательность сняла мою неловкость. Отведали традиционное блюдо – мансаф, это баранина в йогуртовом соусе с рисом и кедровыми орехами. Среди этих благочестивых людей я чувствовал себя почти дома.
Не считаю себя набожным и храм посещаю нечасто, но здесь свою веру храню в сердце словно жемчужину. Вдали от Родины каждый глубже понимает, что с родными местами связывает именно вера, язык и культура.
– Когда служба в храме? – спросил я сидящего рядом с нами иорданца.
– Совсем скоро, минут через десять.
И действительно, вскоре раздался хорошо знакомый медный басовый гул – колокольный звон. После азана, который приходилось слышать ежедневно, мне словно бальзам на сердце пролился.
Мы вошли внутрь.
Этот православный храм в византийском стиле был построен в 1962 году и внутри напоминает католический – деревянные скамьи, мужчины и женщины сидят отдельно. Но в остальном атмосфера наша, родная. Иконостас, мозаика, фрески под куполом, свечи горят… Давно не был в такой обстановке.
За два дня до вылета в Амман, в воскресенье, специально съездил в одну московскую церковь на утреннюю службу – душа просила перед разлукой, и вот сегодня я снова в храме. Там, где соединяются сердца, чтобы покориться Любви и Истине в Боге.
Прекрасный день, одна из лучших экскурсий.
Сегодня ездили в Мадабу и на гору Нево, откуда Моисей увидел Землю обетованную.
Иду по древнему городу, его история так же запутанна, как маленькие улочки, разбегающиеся на моем пути. В этом неспешном городском ритме отдыхаю от суеты Аммана.
Мадаба упоминается в Ветхом Завете как Медева и земли Моава: когда израильтяне, направляясь из Египта под руководством Моисея, захватили моавитские земли, «всю равнину Медеву до Дивона» определил Моисей «колену сынов Рувимовых по племенам их»[1].
Во времена Римской империи Мадаба входила в состав Аравии Петрейской, тогда отмечается расцвет города, который усилился с распространением христианства.
В 614 году город был серьезно разрушен во время персидского нашествия. Но его удалось восстановить, и он просуществовал, уже при арабах, до 749 года, когда его практически полностью уничтожило землетрясение.
В начале XIX века Мадабу посетили европейские путешественники – исследователи Востока: немец Ульрих Зеетцен, а следом за ним – швейцарский востоковед Иоганн Людвиг Буркхардт.
В 1880-х годах после кровавых межплеменных конфликтов на западе Иордании 2 тысячи христиан из родов аль-Азейзат, аль-Курайш и аль-Муайаа переселились из Керака в Мадабу и ее окрестности. Это переселение возглавили священники из Иерусалима. Под домами новых жителей Мадабы были найдены древние мозаичные шедевры, среди которых самый известный – карта Ближнего Востока новозаветных времен на полу церкви Святого Георгия, созданная в 560–565 годах н. э.
На карте из более чем 2 млн мозаичных квадратиков (желтого, коричневого, черного, серого, белого, фиолетового цвета, а также оттенков красного и зелено-голубого) изображены холмы и долины, деревни и поселки в Палестине, Иерусалим, Амман, Керак и Петра. Регион на карте простирается на западе до Средиземного моря, на юге – до Мемфиса и Александрии, а на севере предположительно до Гебала, более известного под своим греческим названием – Библ (современный город Джубейль в Ливане). Можно увидеть на ней и священный источник пророка Елисея – святилище с красным куполом (поток воды сбегает к многобашенному городу Иерихону, окруженному пальмами).
Также в Мадабе находится церковь Апостолов, возведенная в 578 году – эта дата указана на центральном мозаичном медальоне. Храм был обнаружен в 1902 году, и в нем поистине великолепные мозаики.
Не могу здесь снова не упомянуть о фусайфиса – так
Но главная цель нашей сегодняшней поездки, для меня по крайней мере, – это гора Нево (Сиягха) и храм Моисея.
Эта гора находится в 7 километрах от Мадабы. В Ветхом Завете о ней говорится не раз («
В ясный день с Нево (833 м над уровнем моря) можно увидеть Русскую звонницу на Елеонской (Масличной) горе в Иерусалиме. Но сегодня было видно только Мертвое море, Иудейские горы и долину Иордана.
Не успеваю описать то, что видел и, главное, чувствовал там. Скажу лишь о благоговении, охватившем меня в древнем храме с мозаичным полом. Мне кажется, это самое спокойное и искреннее место из тех, где я когда-либо был.
Я по-прежнему одинок в этой стране.
Сегодня прохладно, плюс 15–16. Небо в облаках, слабый ветерок.
На второй паре у Жасмин читали текст о Нобелевской премии и ее лауреатах. Много говорили об Америке, России и Иране в связи с последними событиями.
После обеда вместе с Кристиной и Светой поехали в институт к Фади, в район Аль-Аквас, где иногда я встречаю рассвет. Играли в боулинг.
На обратном пути открылся красивый вид на долину прямо под нами. Почему-то кажется, что в Новой Зеландии, о которой мне рассказывала Кристина, должны быть такие же изумительные ландшафты.
Я продолжаю искренне восхищаться гостеприимством этих людей: мы заехали в один достаточно дорогой магазин арабских сладостей, девушки набрали много всего и собрались расплатиться, но хозяин удивился и сказал, что для них это совершенно бесплатно.
Проснулся, как обычно, в 7.20, позавтракал нашей домашней кашей («мафтуль»), и мы поехали. В этой поездке Елены Владимировны с нами не было, она на несколько дней улетела в Ливан.
В дороге читал статью о Лучано Паваротти – в разделе культуры газеты Al-Ghad. Мировое турне знаменитого тенора охватывает более 20 городов. Он собирается оставить оперу и открыть музыкальную школу в Барселоне. Я смотрел в окно и вспоминал рождественский концерт Хосе Каррераса, на который однажды повезло попасть.
Минут через 50 мы прибыли в Аджлун, провинцию Иордании на северо-западе королевства. Она затерялась в можжевеловых лесах. На вершине горы Джебель-Ауф (1240 м) стоит крепость ар-Рабад. Ее построили в 1184–1185 годах по решению двоюродного брата Салаха ад-Дина – Изеддина Усамы бен Мунказа. Сначала был возведен квадратный бастион с башней на каждом углу. А в 1214–1215 годах мамлюкский правитель Айбак ибн Адбалла расширил его и добавил по две башни на восточную и южную стены и одну на северо-востоке. Раньше здесь находился христианский монастырь, поэтому на камнях крепости можно заметить высеченные кресты.
У нас был один час, и мы обошли абсолютно все.
А потом поехали в Джераш (это к северу от Аммана, на полпути к Ирбиду). Первое упоминание о нем встречается в «Иудейских древностях» Иосифа Флавия. Римляне назвали город Герасой.
Я намеренно отстал от нашей студенческой группы, бродил по улицам, вымощенным каменными плитами, и воображение рисовало мне многолюдный и шумный торговый город.