Андрей Кедрин – Гардарика любовь моя (страница 11)

— Заметь, нигде не осталось дверей… — Тайра кивнула в сторону трех прямоугольных дыр в стене — назвать их дверными проемами не позволяла бахрома паутины, щедро припорошенная пылью.

— И что с того? — Алексей включил камеру, и яркий луч лампы скользнул по грязной стене. Спутница промолчала, только слегка хлопнула себя по шлему. Сделав несколько шагов, они оказались в узком коридоре квартиры, построенной в последней трети ХХ века. Бумажные обои местами сохранились, но пожелтели и рассыпались от прикосновения к ним. Под ногами что-то стеклянно хрустело, когда спутники двигались по квартире, разглядывая бесформенные груды хлама — Алексей разглядел черепки посуды, непонятные конструкции из металлических прутьев, разбитый телевизор, какой-то древний прибор — возможно, развлекательный…

Беглый обход двух других квартир не дал им ничего интересного. Было ясно одно — во всех помещениях кто-то побывал и методично вывернул их наизнанку. Отсутствие же горючих материалов — деревянной мебели, дверей, даже книг и журналов, подтверждало теорию Тайры — какие-то люди в городе пытались выжить, и небезуспешно. Алексей молча фиксировал все увиденное при помощи телекамеры.

Когда он вернулись на площадку, Тайра быстро извлекла из рюкзака небольшой пластиковый цилиндр, с видимым усилием надломила его и бросила на пол. Соснов с интересом наблюдал, как из контейнера вытекает жидкость, которая тут же вспучивается пузырями и набухает, как дрожжевое тесто в при ускоренной перемотке фильма. Через пару минут на полу образовался пружинящий настил размером два на два метра и толщиной около пяти сантиметров. Тайра тем временем спустилась вниз и завозилась в дверях. Послушался легкий металлический щелчок, потом шипение, словно кто-то надавил на клапан аэрозольного баллона.

— Если ночью решишь сходить в туалет — воспользуйся удобствами в квартире. Вход в подъезд я заминировала. — Алексей, уже снявший бронешлем, с удивлением посмотрел на жену. Она казалась чересчур спокойной, словно та короткая схватка в городе была долгожданным событием, решившим все ее проблемы в этой жизни.

— Спасибо, хотя я обычно смотрю под ноги.

— Мою ловушку ты под ногами не увидишь… — Несмотря на жизнь, наполненную военными маневрами, стрельбами и рукопашными схватками, Алексей с людьми общаться умел. А уж распознать нотки презрения в голосе — и подавно.

— Что случилось-то? — Тайра откровенно фыркнула, сдергивая шлем. Открылось чуть покрасневшее лицо, и Алексей встретил острый взгляд, словно жена мечтала стегнуть им.

— Ты еще хотел мне камеру всучить! Да ты прикрыть меня толком не смог, старлей! Если бы их было больше, нас бы уже разобрали на косточки, ты это понял? — Алексей только теперь догадался, как следовало поступить им — Тайра не сказала, что требуется от него во время схватки, думая, что он сам все прекрасно знает, ждала от него руководства боем, а оказалось, что ей действительно пришлось все делать за двоих.

Глава 9

Ужинали они мясной пастой в саморазогревающихся пластиковых банках и какао из термоса. Ели молча, один — сгорая от стыда, другая — все еще злясь на спутника. Алексей несколько раз пытался подобрать слова — и не мог ни извиниться, ни оправдаться даже перед самим собой. Тайра не могла успокоиться, потому осталась без прикрытия по вине напарника, которому доверяла, хотя уже прикидывала, не стоит ли простить Алексея, если он попросит. Но слова раскаяния так и не прозвучали, поэтому оба с некоторым облегчением растянулись на матрасе из баллона, каждый повернулись спиной к спутнику.

Но долго почивать им не пришлось. Алексея разбудила ладонь Тайры, предусмотрительно прикрывшая ему рот. Спутница молча поднесла к его глазам свой шлем с включенным видоискателем камеры. В зеленоватой пелене прибора ночного видения Алексей разглядел несколько белых силуэтов. Только теперь он понял, чем занималась спутница — кроме ловушки, она закрепила над входом миниатюрную видеокамеру и датчик движения. Оба прибора были подключены к электронной начинке шлема и вовремя разбудили хозяйку, показав ей опасность.

— Собаки… — Беззвучно сказали губы девушки. Соснов сел на своем ложе, пристроив на коленях автомат. Существа снаружи, между тем, приблизились осторожными кругами, постепенно сокращая дистанцию. Они напоминали гончих в поиске, которые не знают точно где скрывается добыча, и, к тому же слишком умны, чтобы понять — нужно действовать осторожно, иначе спугнешь дичь раньше времени. Алексей насчитал шесть животных — крупных, судя по всему, не меньше кавказской овчарки. Потомки домашних любимцев и сторожей окрепли и одичали в борьбе за выживание, превратившись — об этом напомнил зудящий шрам на бедре, в опасных хищников.

Первый пес осторожно ступил в подъезд — и, после легкого хлопка взрыва, с визгом бросился обратно, на мгновение ослепив камеру ярко-белой вспышкой от горящей шерсти. В подъезде запахло горелым белком, тошнотворный запах вместе с дымом заполнил все помещение и неспешно потянулся вверх. Алексей заметил всполохи пламени, все еще лизавшие стены подъезда на первом этаже. Его спутница установила в качестве ловушки что-то вроде небольшой зажигательной гранаты — взрыв от нее не очень силен, а вот пламя устойчиво. Костер внизу горел еще минут пять, удерживая остальных собак на расстоянии. Впрочем, у них и так нашлось занятие — стая увлеченно разрывала своего вожака, издохшего от ожога.

— Жизнь берет свое…

— Смерть — тоже. — Сказав это Тайра решила, видимо, прекратить дискуссию — отвернулась от спутника и прилежно засопела. Алексею же больше не спалось, несмотря на длинный день. Он сидел на матрасе, курил сигарету, расплывающуюся дымной горечью во рту, и не мог понять, что же такого неправильного случилось с ними. В такой позе и застала его на рассвете проснувшаяся супруга. Одного взгляда Тайре было достаточно, чтобы понять, что к чему. Покачав головой в адрес Алексея, она звучно сплюнула и оправилась в одну из квартир. К ее возвращению Соснов вышел из оцепенения, достал из рюкзака завтрак — два пластиковых стакана рисовой каши с изюмом, пару кубиков сыра и похожий на небольшой снаряд одноразовый термос с кофе. Сказу же после того, как содержимое было разлито в дар картонных стаканчика, этот сосуд съежился до размера кулака и начал постепенно разваливаться. Проглотив кашу и сыр, Тайра небрежно достала сигарету, и, к удивлению Алексея, умело выпустила дым.

— Ты же, кажется, не куришь? — Девушка вяло отмахнулась от вопроса.

— Говорят, когда-то кофе и табак были традиционными стимуляторами граждан в начале дня. В колледже мы старались соблюдать эту традицию — хотя и выдавали нам в редких случаях по термосу кофе на двоих и пятку сигарет в неделю.

— Не все в старину соблюдали эту традицию — тогда считалось, что дым очень вреден для легких. А никотин — так и для всего организма. Странные люди — они круглосуточно глотали бензиновую гарь автомобильных выхлопов, копоть угольных котельных, чад от одноэтажных хижин с дровяными печками — и боялись лишней сигареты.

— Мракобесие… — Тайра умело затянулась, и легко выпустила дым, тут же запив его глотком кофе из стаканчика.

— Их можно понять — ведь трансплантации свежих органов тогда не производилось… Как ты думаешь, куда нам следует направиться сейчас? — Девушка еще секунду помедлила, словно собирая остатки удовольствия от завтрака, потом достала из нагрудного кармана свой КПК. Под быстрыми прикосновениями пальцев ожила и развернулась карта района. Тайра поколдовала немного — и включившийся мини-проектор отбросил изображение на серую стену.

— Так, мы сейчас вот здесь — в центре южного спального района. Можно пройти дальше, на север, в жилом массиве или свернуть на запад, к реке.

— Это и я вижу. А ты-то сама, что думаешь? — Вопрос для Тайры оказался довольно сложным. Она несколько раз изменяла масштаб карты, переходила со схематического изображения на спутниковую фотосъемку, вглядываясь в каждый дом.

— В районе реки мы наверняка встретим людей. Скорее всего, там находится организованный поселок.

— Откуда у тебя такая уверенность? — Девушка усмехнулась и выключила КПК.

— Женская интуиция, усиленная практическими наблюдениями, знаниями психологии, тактики и стратегии. — От ее насмешливого тона Алексея передернуло. Он все чаще чувствовал себя с ней как калека в присутствии человека здорового. Вслух, однако, он этого не сказал, лишь пожал плечами и одел на голову шлем. Автоматика сразу же ожила, включилась в пассивный режим радиостанция, мигнул экран видеокамеры, бронестекло разом посветлело, приспосабливаясь к полумраку лестничной площадки.

— Идем к реке. — Решился он наконец.

Ничего, кроме следов пламени на стенах не напоминало об утреннм вторжении. Тело собаки уволокли в кусты — об этом можно было судить по образовавшейся в зарослях небольшой прогалине. Сейчас же, обследуя местность при помощи датчиков движения, встроенных в их шлемы, спутники не могли заметить ни одного из напавших на них животных. Тайра помедлила еще, потом привычно махнула рукой и направилась сквозь заросли легкой походкой, словно ввинчиваясь между ветками и стволами. При этом она не забывала замирать, прислуживаясь и сканируя местность через каждые десять шагов — Толька такое движение — короткими перебежками и позволяло Алексею не отставать от спутницы — сам он гибкостью похвастаться не мог, и периодически застревал в кустах.